Мама была умная и добрая женщина, потому подумала: «Жить на сотом этаже небоскрёба недостаточно, чтобы познала я в себе свет, культуру, путь. Мне нужно погрузиться в глубины своей души, чтобы разобраться, кто же я для своих детей и кто мне они!»
Но была бы она неумной, сказала бы старику: «Ты для того поднялся на сотый этаж, чтобы просить кусок хлеба или давать мне глупые наставления?» Но она сказала:
– Спасибо, старик!
На шум вышел муж с недовольным видом.
– Что происходит? – спросил он жену. – Кто он?
– Он – Мудрец, – ответила жена, – спроси, как воспитывать наших детей, он тебе скажет!
Мужчина бросил на старика испытующий взгляд.
– Хорошо, – сказал он, – назови мне три качества для воспитания сына!
Ответил Мудрец:
– Мужество, преданность, мудрость.
– Интересно… Назови три качества для воспитания дочери!
Сказал Мудрец:
– Женственность, материнство, любовь.
– О, – воскликнул муж женщины, – это прекрасно! Дай мне наставление, старик!
Мудрец улыбнулся.
– Вот тебе три заповеди: будь братом для своих детей, будь убежищем для них, умей учиться у них.
Отец был умным и волевым, потому решил для себя: «Значит, мне надо изменить своё отношение к сыну и дочке, и я это сделаю».
Но был бы он неумным, подумал бы: «Господи, что этот старичок несёт – мужество, женственность, любовь… Кому нужны в нашем мире эти покрытые плесенью понятия? И чему я должен учиться у своих детей – глупостям и дерзостям?.. Это педагогика первого этажа, а не педагогика для тех, кто живёт на сотом этаже небоскрёба».
– Спасибо, старик! – сказал отец и обратился к жене. – Дай ему что нужно!
Но Мудрец не дождался даров, вошёл в лифт и нажал на кнопку вниз. Он спешил.
Не паниковать
Тамусики три месяца. Дедушка держит её спиной к себе и гуляет по саду, где много роз. Тамусики вдохновила дедушку: он поёт ей песенки, читает стихи, придумывает развлечения, снимает на видео. Дедушка нежно заботится о внучке.
Он подходит к розам. Для малышки сейчас пора, чтобы набраться как можно больше впечатлений. Она долго присматривается к раскрытым и разноцветным розам.
Оказалось, осы обустроили своё гнездо на стебле одного куста. Когда куст шевельнулся, рой ос злобно зашипел. Они нанесли несколько укусов дедушке, но одна из этих злобных ос успела ужалить в ножку Тамусики. Малышка закричала и горько заплакала.
Не суетиться!
Но никто об этом не вспомнил. Мама взяла Ребёнка у дедушки и начала бегать взад-вперёд, не зная, как успокоить Дитя. Прабабушка из ужаленного вспухшего места выдавливала яд. Тамусики стало ещё больнее, она заплакала ещё громче. Гости из Москвы давали советы, как помочь Ребёнку, но советы были разные. Тётя начала звонить главному педиатру районной детской поликлиники.
И знаете, что та сказала?
Ой, сказала она, это очень опасно, я ничего не смогу сделать, ко мне Ребёнка приводить не надо, срочно отвезите его в стационар.
Паника растёт.
Прадедушка стоит в стороне и тихо плачет.
Звонят знакомому врачу: так вот и так, говорят ему, младенца укусила оса. Что делать?
Ой, говорит тот по телефону, немедленно намажьте такой-то мазью, сделайте такие-то уколы! Это очень опасно, могут быть осложнения!
Врач не сказал: не паникуйте, успокойтесь.
Наоборот: паникуйте как можно больше!
А Тамусики продолжает плакать!
Мама бегает взад-вперёд.
«Срочно едем в Тбилиси, – говорит она мужу, – заведи машину».
А как место укуса?
Распухло? Не распухло?
Но дедушка, которого тоже ужалили осы в восьми или девяти местах на руках и на ногах, не чувствует боли. Он чувствует только боль Ребёнка и свою вину: ведь он держал Ребёнка, он подошёл, как нарочно, к этому злосчастному кусту роз. Конечно, он виноват!
Боль малышки и боль сердца дедушки!
Как это пережить?
Никто не говорит: не паникуйте, ничего страшного не происходит, скоро всё пройдёт.
Дедушку осеняет мысль позвонить в Тбилиси соседу – главному врачу детской больницы.
Он включает громкоговоритель на телефонном аппарате.
Все слышат, что говорит врач.
Оса ужалила? Посмотрите, место укуса опухло?
Нет, не опухло, отвечает дедушка.
Но один врач сказал нам, что Ребёнка немедленно надо везти в стационар, другой же назначил уколы и мази.
А вы сделали укол? Слава Богу, что нет, говорит врач, и все слышат, что он говорит. Как можно такие уколы делать трёхмесячному младенцу! И никакой мази! Никакой стационар тоже не нужен!
И только он по мобильному телефону озвучивает главные слова: «Не паникуйте! Ребёнок, наверное, уже успокаивается».
В самом деле, Тамусики уже не плачет.
«Если даже вспухнет ужаленное место, это вовсе не опасно. Через полчасика пройдёт».
Каждый смотрит на укушенное место: там только малюсенькая красная точечка, больше ничего. Каждый целует эту точечку.
Спустя полчаса звонит врач: «Ну как? Вот видите! Не надо везти Ребёнка в Тбилиси, здесь такая жара… Отдыхайте». И повторяет золотые слова: «Не паникуйте!»
Ох, как труден для молодой мамы путь набирания опыта спокойного воспитания!
Но зачем ждать опыта, когда есть Мудрость!
Не будем паниковать, иначе сердце дедушки такого второй раз не выдержит.
А этим двум врачам…
А этим двум врачам – стыд и срам!
Дай жизнь своим берегам
Женщина увидела Мудреца, проходившего мимо её двора, и пригласила отдохнуть под сенью орехового дерева. Во дворе играло много ребятишек. Спросил Мудрец женщину:
– Почему тут так много детей?
– Я усыновила и удочерила тридцать беспризорных детей. А брошенных и обездоленных – тысячи, и у меня болит сердце за них. Хочу усыновить и удочерить всех, но не знаю, как это сделать! – грустно сказала женщина.
Спросил Мудрец:
– Среди этих детей нет твоих?
– Есть один…
– Какой из них? – спросил Мудрец.
– Любой… – ответила женщина.
Мудрец преклонил голову перед женщиной и произнёс:
– Дарю тебе притчу.
Текла речка по пустыне. Она была маленькая, но возле её берегов процветала жизнь: распускались цветы, шуршала трава, пели птички, ивы опускали свои длинные ветви и ласкали её. Речка радовалась жизни вокруг себя, и ей казалось, что всюду всё было так же чудесно. Однажды ночью подползла к ней змея и прошипела:
– Ты тут радуешься, а чуть поодаль от твоих берегов всё гибнет от зноя…
Была бы змея эта доброй и мудрой, она сказала бы речке: «Какая ты хорошая, что не жалеешь свою влагу и спасаешь от гибели хотя бы часть цветов, трав и деревьев в этой выжженной от зноя пустыне».
Но она была не такая, а злая и завистливая. Речка опечалилась.
– Как мне помочь пустыне?
– Спроси у человека… – ответила змея.
Утром человек выслушал речку.
– Хорошо, – сказал он, – я знаю, что делать…
Был бы человек этот мудрым и заботливым, он бы сказал речке: «Ты и так делаешь всё, что можешь».
Но он не был таким, а был бездушным и халатным.
Взял он кирку и, недолго думая, прорыл от берегов речки множество канав по пустыне. В них вода от речки ушла в песок, а по берегам, где она уже не могла течь, всё высохло.
Ещё больше опечалилась речка.
Прилетела к ней райская птичка.
– Что с тобой? – спросила она. Рассказала ей речка о своей печали. Тогда сказала райская птичка:
– Ты не для того родилась, чтобы орошать всю пустыню. Это тебе не под силу. Вернись в своё русло и дай жизнь своим берегам.
– Но меня печалит пустыня…
– Ты радуйся жизни своих берегов, но печалься из-за выжженной пустыни. Радость укрепит твои силы, а печаль твоя притянет людской взор, и народ, увидев жизнь твоих берегов, поймёт, как можно оживить всю пустыню. Вот твоё предназначение…
Потекла речка опять по своему руслу и понесла с собой радость, что даёт жизнь своим берегам, и печаль, что не может оживить всю пустыню.
