Пустое занятие - кованые панцири гномов с такого расстояния не пробить. Разве что в упор, да и то далеко не из каждого лука.
Стрелы защелкали по броне гномов и бортам фургонов, не причинив нам никакого вреда. По быкам нападающие не стреляли, логично рассудив, что живые быки ценнее, чем застреленные. Уже хорошо, потерять быков было бы досадно. И здесь же с диким криком из рощи рванула толпа вооруженных людей. Сотни полторы, не меньше. Если это разбойники, то шайка довольно велика. И бегут они для разбойников слишком организованно.
Гномы, прикрывающие фургоны, сбились в пятерки, готовясь прикрывать друг друга. Я обернулся в противоположную сторону и с удовольствием отметил, что гномы не бегут на сторону атаки - сбившись в пятерки, они готовятся отражать врага со стороны поля. Не прошли даром тренировки и лекции по тактике. Организовать неожиданную атаку со стороны открытого поля сложно, но полностью сбрасывать со счетов такой вариант нельзя. Самонадеянность еще никого до добра не доводила.
Атакующие не успели пробежать и половины пути от рощи до фургонов, когда со стуком упали борта фургонов, образовав широкие амбразуры. Залп станковых арбалетов в одну секунду проредил нападающих. Учитывая малое расстояние, в арбалеты зарядили по три болта стазу. Но это было только начало - вслед за станковыми защелкали ручные арбалеты. Усовершенствовать их мы пока так и не успели, но с расстояния двадцати-тридцати метров арбалет гномов пробивает среднего качества кольчугу без труда. До наших порядков добежало не более половины атакующих. Представляю, как подействовали на них такие потери. Потерять половину состава до того, как удалось сойтись врукопашную - серьезный аргумент для того, чтобы задуматься. Но разбойники продолжали атаковать, спеша сойтись врукопашную. И здесь из фургонов посыпались вооруженные гномы. Трубач по моей команде подал сигнал, гномы рассыпались на тройки. В каждой тройке гном, бьющийся по центру, был основной ударной силой (для этой цели мы подбирали наиболее сильных бойцов), те, что бились по краям, должны были его прикрывать.
Нами были отработаны несколько типовых построений, применяемые в зависимости от условий и вида атаки.
Со звоном сшиблись мечи. Численное преимущество, на которое рассчитывали нападающие, сошло на нет. Силы были примерно одинаковыми по числу участников с обеих сторон. Но число участников не всегда определяет итог сражения. За гномами были хорошая броня и слаженность действий. Доспехи гномов успешно держали удар, а для их мечей не было преграды. Сотню сопровождения мы постарались вооружить отменным оружием ручной работы. На всех гномов таких мечей пока не хватало, но идущих в поход вооружали качественным оружием в первую очередь.
Раста рубился в первых рядах обороняющихся. Его широкий мощный удар был сокрушающим. Противостоящий ему разбойник пытался парировать удар мечом. Где там, такие удары парировать себе дороже. Раста развалил меч разбойника на две половины, тем же ударом поразил и его самого. Беда нападавших была в том, что они были вооружены двуручными мечами, как и гномы. Каждое оружие диктует свою тактику действий. Двуручный меч не предполагает быстроты маневра. Здесь все строится на силе удара и качестве оружия. Оба преимущества были на стороне гномов. На стороне нападавших было преимущество в индивидуальном мастерстве, но до слаженности действий им было далеко. Разбойники просчитались. Количество оставшихся в живых разбойников сокращалось с каждой секундой. Непредусмотрительно было с их стороны напасть на такой сильный отряд.
Я недооценил коварства разбойников. Со стороны поля по нам ударил их резерв. Разбойники прятались в заранее выкопанных ямах, замаскировавшись травой.
Если бы их план удался, они ударили бы в тыл ничего не подозреваемому противнику. Даже нам пришлось бы несладко. Вот когда все мы оценили предусмотрительность, заставившую нас оставить полтора десятка гномов со стороны поля. Неожиданным удар не получился. Правда, силы с этой стороны были неравны - на заслон из полутора десятков гномов бросилось не менее пятидесяти нападавших. Пришлось бросить в бой последний резерв. Был он невелик - я, Нимли, Сонъер, Лесли и пять гномов-курьеров. Гномы разрядили свои арбалеты в нападающих со стороны поля противников. Я, Лесли и Сонъер схватились за луки. Я успел выпустить три стрелы до того момента, когда пришлось сойтись врукопашную.
- Нимли, Сонъер, вперед! Остальным на месте! - крикнул я, выхватывая меч.
Вооружение курьеров было облегченным. Курьеру важна скорость передвижения. Да и тяжеловаты были для молодых гномов двуручные мечи. В курьеры мы отбирали проворных и легких на ногу.
Сшибиться с нападавшими, не дать им добраться до оставшейся на дороге молодежи - вот наша задача. Тот же Лесли гораздо полезнее с луком, чем в рукопашной - к своим пятнадцати годам с луком он научился хорошо обращаться, а вот веса и опыта в битве на мечах набраться не успел.
Следующая пара минут была очень горячей. Я вертелся волчком, стараясь парировать удары как можно большего числа нападавших. О том, чтобы поразить их, не было и речи, главное задержать. Нимли и Сонъер бились рядом со мной. Если нашей задачей была оборона, то оставшиеся на дороге стрелки не теряли ни секунды, стреляя по нападавшим почти в упор.
Все решило подкрепление, подошедшее к нам с левого фланга. Разбив нападавший от рощи отряд, гномы поспешили на помощь нам на другую сторону дороги.
Я присел на траву, привалившись спиной к колесу фургона и стараясь унять дрожь в руках и ногах - резкий выброс адреналина давал о себе знать, отзываясь внезапно нахлынувшей слабостью. За несколько минут боя я выложился полностью, показав все, что умел. Спасибо мастеру Солте за панцирь. При том граде ударов, что на меня сыпался, без него мне пришлось бы туго. Хороший панцирь позволяет варьировать тактику боя и не бояться пропустить некоторые виды ударов, что дает гораздо большую степень свободы в бою и возможностей, в иных условиях недоступных. Намеренно принимать удары на панцирь - тактика не самая лучшая, но при большом численном перевесе нападающих это здорово выручает.
- Вик, ты цел?
Подошедший Нимли присел рядом. Он шумно дышал, на его отличном гномьем панцире была вмятина.
- Неслабо тебя приложили, друг Нимли.
- Противник здоровый попался, такой хороший доспех помял.
- Но ты ему, конечно, ответил?
- Конечно. Его доспех делали не гномы.
Я улыбнулся, а Нимли засмеялся во всю своей незатейливой шутке.
Странное чувство. Смех после боя это не насмешка и не цинизм. Переживший стресс организм спешит радоваться жизни. В это время даже такая незатейливая шутка покажется смешной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
