Читаем без скачивания Алло, вы ошиблись номером - Люсиль Флетчер

- Полиция?

- У вас есть под рукой карандаш, миссис Стивенсон?..

22.35

- Я начну с того вечера, когда я впервые встретился с мистером Стивенсоном, - сказал Эванс. - Это было на фабрике вашего отца в Цицеро, штат Иллинойс. Время было довольно напряженное, и я задержался в своей лаборатории, чтобы проверить записи кое-каких формул. Я почувствовал вдруг, что кто-то наблюдает за мной сквозь стеклянную дверь. Я не успел оглянуться, как в комнату вошел ваш муж.

- Добрый вечер, - сказал он. - Вот зашел полюбопытствовать. Впервые выдался случай все осмотреть...

Лаборатория у меня была отличная. Я располагал наилучшим оборудованием, все у меня сверкало, сияло, было в идеальном порядке.

- Вы интересуетесь чем-то конкретным? - спросил я его.

- Нет, просто любопытствую, чем вы здесь занимаетесь.

- Пожалуйста, - ответил я, - в этой лаборатории мы получаем алкалоиды из опия. Вы, видимо, знаете, что имеется двадцать четыре опийных алкалоида - морфин, кодеин...

- Отлично, - сказал он, прервав меня. - Наркотики. У вас, должно быть, много наркотиков здесь.

- Конечно, - согласился я.

- А что вы делаете с этими алкалоидами? - спросил мистер Стивенсон.

- Ну они идут в различные продукты фирмы.

- Нет-нет, - сказал он. - Что вы делаете с ними здесь, прежде чем они идут в производство?

Я показал ему тот огромный сейф, в котором хранились наши запасы наркотиков. Это произвело на мистера Стивенсона сильное впечатление.

После этого он заглядывал в лабораторию еще несколько раз, всегда доброжелательный и вежливый. Я показывал ему, как происходят различные процессы. Мне льстило, что столь важный человек так сердечно ко мне относится...

ПОКА ЧТО ТЫ НЕ СКАЗАЛ НИЧЕГО ТАКОГО, ЧЕГО БЫ НЕ ЗНАЛА Я, - подумала Леона. - ГЕНРИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТАКОЙ. ЛЮБОЗНАТЕЛЬНЫЙ. ДОТОШНЫЙ. СЧИТАЕТ СВОИМ ДОЛГОМ ВНИКНУТЬ ВО ВСЕ. КАК ПАПА ГОВОРИТ, ВСЮДУ СУНУТЬ СВОЙ НОС. МОЖЕТ БЫТЬ, ПАПА СЛИШКОМ СУРОВ...

- Однажды вечером после работы, примерно, через месяц после нашей первой встречи, - продолжал Эванс, - я стоял под дождем на автобусной остановке возле фабрики. Я чувствовал себя совершенно несчастным. Вдруг великолепный черный "седан" остановился прямо передо мной, и кто-то окликнул меня. Я всмотрелся сквозь пелену дождя и увидел, что это был ваш муж, мистер Стивенсон.

- Прыгайте ко мне, - сказал он. - Подвезу.

- Очень любезно с вашей стороны, - говорю, - но не хотел бы вас утруждать.

- Оставьте это, - сказал мистер Стивенсон. - Я рад подбросить вас до дома. Терпеть не могу ездить один.

Мы плавно покатили по улице, и я не смог не похвалить красавец автомобиль.

- Это моей жены, - сказал в ответ мистер Стивенсон.

- У меня никогда не было собственного автомобиля, - сказал я ему. Лично я предпочел бы пару хороших лошадей и приличный экипаж.

Мистер Стивенсон не остановил меня, и я еще некоторое время распространялся насчет лошадей. Понимаете, я рос среди них. В графстве Сар-рей 'это было. И, я полагаю, это у каждого остается в крови.

- Лошади - замечательные животные, - сказал я. - Такие сильные и в то же время такие смирные. Мне часто хочется, чтобы у меня было много лошадей.

Тут мистер Стивенсон спрашивает:

- Вы не шутите?

- Нет, - говорю я. - Нет ничег9 в мире, чего бы я хотел сильнее. Табун лошадей, небольшую усадьбу, хорошие чистые конюшни, обильные пастбища, и чтобы все это лучшее во всей Англии.

- В Англии? - спросил мистер Стивенсон.

- О да! - говорю я. - Я думаю, что каждый англичанин, живущий за границей, надеется провести остаток своих дней дома.

- Ничего плохого нет в том, чтобы хотеть что-то, - сказал он. - Плохо не делать ничего для этого.

- Легко вам говорить, извините меня за дерзость, - сказал я. - Но не каждый может подкрепить свое желание необходимой энергией, чтобы купить себе королевство. Я получаю удовольствие просто от того, что прикидываю, как бы я все устроил, если бы смог купить это место.

- Вы правы, - сказал он довольно язвительно. - Вы-то никогда не сможете купить его, работая на моего тестя.

Эти слова смутили меня.

- Да, пожалуй, - говорю. А он снова взглянул на меня, миссис Стивенсон, и на этот раз я заметил, что он словно взвешивает, сказать или не сказать мне что-то. То, что он, наконец, сказал, привело меня в замешательство.

- У нас много общего с вами, Эванс...

ФАНТАСТИКА, - подумала Леона. - ГЕНРИ - И ЭТОТ МЯМЛЯ-СТАРИК! ЗАЧЕМ ЕМУ НАДО БЫЛО СВЯЗЫВАТЬСЯ С ЭТИМ УСТАЛЫМ ИШАКОМ? НЕ ПОВРЕДИЛСЯ ЛИ ОН В УМЕ?

Ну вот... А потом мистер Стивенсон и говорит:

- Не думайте ни о чем, Эванс, кроме работы и этой фермы в Англии.

Некоторое время оба мы молчали. А когда мы подъехали к моему дому и я собирался уже выйти, мистер Стивенсон вдруг положил мне руку на плечо и говорит:

- У меня есть идея. Если дело выгорит, у вас будет ферма в Англии, а для меня... ладно, неважно, что это будет означать для меня. Только вы можете сказать мне, Эванс, хороша эта идея или нет. Только вы.

Он сжимал мое плечо все крепче, пока мне не стало больно.

- Что вы имеете в виду? - поспешно спросил я.

- Я имею в виду, что вы можете купить себе свое королевство в Англии или где угодно, сделав несколько ошибок.

- Ошибок? - спросил я. - Я не понимаю вас.

- Ошибок, - спокойно сказал он. - В дозировке наркотиков. Не в сторону увеличения, Эванс, в сторону уменьшения.

- Боже праведный, нет! - сказал я. - Я никогда не слышал...

- Никто, кроме вас и меня, не узнает, Эванс, - сказал он. - Вы знаете, что эти дешевые пилюли были бы еще полезнее для страждущего человечества, если бы наркотиков в них было поменьше. Никто - и уж во всяком случае никто в фирме Котерелла - не заметит разницы...

НЕТ! - безмолвно закричала Леона. - ЭТО НЕВОЗМОЖНО! ЭТОТ ЧЕЛОВЕК НЕНОРМАЛЬНЫЙ. ЧЕГО ОН ХОЧЕТ? КТО ПОВЕРИТ ЕГО БРЕДУ? ПРЕДПОЛОЖИТЬ, ЧТО ГЕНРИ СПОСОБЕН НА ТАКОЕ! ОН СУМАСШЕДШИЙ, ВОТ КТО ОН. СУМАСШЕДШИЙ... НО ЧТО-ТО ДОЛЖНО БЫТЬ ЗА ЭТОЙ ЧУШЬЮ. ГЕНРИ, ДОЛЖНО БЫТЬ, ИМЕЛ КАКИЕ-ТО ДЕЛА С ЭТИМ ЧЕЛОВЕКОМ. МИСС ДЖЕННИНГС УПОМИНАЛА, ЧТО ОН НЕСКОЛЬКО РАЗ ЗВОНИЛ ГЕНРИ В КОНТОРУ...

Его слова напугали и одновременно загипнотизировали меня. Он так меня ошеломил, что я ни о чем не успел как следует подумать.

- Не уверен, что все это так просто сделать, - сказал я.

- Что? Для такого фармацевта, как вы?

Его лесть действовала на меня, должен признать. Еще никто никогда не давал себе труда выразить какое-то понимание тех чудес, которые моими руками совершались в лаборатории фирмы. И уж меньше всего сам мистер Котерелл.

Я не знал, что делать, миссис Стивенсон. Искушение - ужасная штука. Тем более что от меня хотели того, что действительно было пустяком для хорошего химика. Я колебался, теребя пальцами замок на дверце машины. Но тут мистер Стивенсон говорит:

- Не будьте глупцом. Я уже обговорил кое с кем это дело.

- Вы сказали кому-то? - закричал я. - Боже правый, какое безрассудство!

- Не безрассудство, Эванс, - сказал он. - Здравомыслие. Кто-то ведь должен реализовывать порошок, который мы добудем. Я не знаю, что с ним делать. Но тот, с кем я поговорил, он знает. Его зовут Морано. Он будет брать у нас все. А доходы на три части...

ДУШЕВНОБОЛЬНОЙ, - подумала она. - ТЕПЕРЬ УЖЕ НИКАКИХ СОМНЕНИЙ В ЭТОМ. МОЖЕТ БЫТЬ, ЕГО УВОЛИЛИ, И ОН СВИХНУЛСЯ. ДУРАЦКАЯ ИСТОРИЯ. КАК В ПЛОХОМ КИНО...

В конце концов чудовищность происходящего дошла до моего сознания. Будь это не мистер Стивенсон, кто угодно другой, я, может быть, не испытал бы такого шока. Но то, что этот сильный молодой человек приятной наружности, к тому же зять миллионера, мог задумать такое, было невероятным.

- Вы разыгрываете меня, мистер Стивенсон? - спросил я его тогда. Зачем бы вам - именно вам - впутываться в такое темное дело? Вы, наверное, проверяете мою честность, и я должен сказать, что такие методы проверки кажутся мне обидными, сэр.

Он ухмыльнулся довольно-таки неприятно и говорит:

- Эванс, вам нужна ферма. Мне тоже нужно кое-что. Деньги. Много. И чем скорее, чем легче, тем лучше. Точка. Давайте-ка подымемся к вам и все обговорим.

- Но послушайте! - взмолился я. - А если нас поймают?

- Не поймают, - сказал он. - Пошли.

И нас не поймали, миссис Стивенсон, целых четыре с половиной месяца никто не замечал того, что мы делали. Я выполнял свою роль с удивительной легкостью. Заменять безвредными порошками и жидкостями немалые количества алкалоидов оказалось совсем просто. Обычно я проделывал это поздно вечером, когда в лаборатории уже никого не было. Никто не обращал на меня ни малейшего внимания. А пакеты с наркотиками я передавал мистеру Стивенсону каждую пятницу. Он, в свою очередь, передавал их мистеру Морано. Где и как, не знаю. Я даже никогда не видел этого мистера Морано.

За четыре с половиной месяца я получил почти пятнадцать тысяч долларов. Это было невероятно. Моя мечта становилась явью. Но тут в один прекрасный день я получаю от фирмы извещение о переводе меня на фабрику в Бэйонне, штат Нью-Джерси. Хотя, как было видно из документа, я и там должен был работать с наркотиками, это меня встревожило. Мне казался странным этот перевод на новое место, где я должен буду делать ту же работу и за ту же зарплату. При первом удобном случае я показал извещение о переводе мистеру Стивенсону.