Читаем без скачивания Коронный номер мистера Х - Дарья Донцова

– Что? – встрепенулся я.

– Тетка живет над своим магазином, – пояснила Варвара. – Прямо как в Европе, на первом этаже лавка, на втором апартаменты. В Москве это редкость.

– Не надо делать скоропалительных выводов, – остановил я свою «напарницу», – мы понятия не имеем, как обстоит дело с владельцами мелких торговых точек в столице. Надо работать с фактами, а не с фантазиями.

– Судя по бумагам из налоговой, она в плюсе, – возвестила Косова, – сверхприбылью ее деньги не назовешь, но на жизнь одинокой мадам остается достаточно, она может каждый месяц новую сумку покупать.

Я усмехнулся про себя: все женщины, с которыми у меня складывались близкие отношения, были инфицированы «сумочно-туфельной» болезнью, мимо магазинов с платьями-косметикой-парфюмерией они еще худо-бедно могли пройти не задержавшись, но при виде витрин, заставленных ридикюлями и обувью, застывали как загипнотизированные коброй кролики. Я покосился на торбу Косовой, украшенную позолоченной буквой «Д». Жуткая вещь! Похоже, Варвара заражена тем же вирусом, что и большинство дам.

– Иван Павлович, вы здесь? – окликнула меня собеседница. – Сидите с таким видом, словно на лодке далеко уплыли.

Я вынырнул из своих мыслей.

– Крайне внимательно вас слушаю. Если в паспорте у человека нет штампа о браке, это вовсе не свидетельствует, что он одинок. Кое-кто не оформляет отношений. А что у Генриха Донелли с деньгами?

Варвара снова заглянула в свой айпад.

– После развода он открыл магазин «Страна чудес», сначала это была крохотная лавчонка. Сейчас дело разрослось, магазин увеличился, при нем существует «Школа волшебников», где за определенную плату ребенка или взрослого человека научат делать фокусы, продадут необходимый инвентарь. Кроме того, Донелли и его сотрудники работают иллюзионистами на праздниках, у него на сайте есть прайс и описания номеров артистов. Например, маг Вильгельм может распилить человека, глотать шпаги, выдыхать огонь, работает с картами. Есть и категория «18 плюс», цитирую дословно: «Ассистентка мага Леона, победительница конкурса красоты, может работать в разных костюмах по желанию заказчика, от наряда сказочной принцессы до восхитительно сексуального мини-бикини». Фокус плюс стриптиз в одном флаконе. Наверное, пользуется успехом на мальчишниках и корпоративах. Анри тоже пашет в фирме отца, у него разные трюки, требующие сложной аппаратуры, вот тут указано, что Генрих Пятый не работает в помещениях площадью менее ста квадратных метров. Наверное, там всякие приспособления поставить негде. Светлана – ассистентка отца, акробатка, а еще трансформер. Это что такое?

– Мгновенное переодевание, – пояснил я. – На сцену выходит актриса в красном платье, жонглирует мячами, скрывается за ширмой на сцене, через секунду выходит снова, но на ней уже брючный костюм, а в руках булавы. Молниеносная смена наряда и инвентаря повторяется несколько раз, потом ассистент складывает ширму и все видят: за ней ничего нет. Куда подевались платья, которые фокусница скидывала, где оставленные ею мячики, кольца?

– А и правда, как у нее это получается? – заинтересовалась Варвара.

– Ни малейшего волшебства в этом нет, – заверил я, – номер базируется на дорогостоящем оборудовании. Платье не снимается, оно трансформируется в другое после нажатия на кнопки, скрытые в одежде. С инвентарем так же. Надо быть предельно внимательным, иначе произойдет казус: на ногах брюки, сверху мини-платье, на голове кепка. Хотя в цирке это удивления не вызовет, публика решит, что специально такую нелепицу собрали, чтобы народ повеселить. Кстати, когда я сегодня находился в магазине у Донелли, видел, как один из служащих подобным образом выступал перед покупателями. Но там было все просто: костюмы животных, медведь становился белкой. Примитивный трюк и не особенно дорогой, у Морелли Мими его проделывала и ни разу не ошиблась, куда пальцем нажимать надо.

– Кто такая Мими? – мгновенно полюбопытствовала Варвара.

Я понял, что ляпнул лишнее: не собираюсь вываливать перед полузнакомой дамой детали своей биографии. Незачем ей знать о моем долгом путешествии с бродячим цирком и о том, что Мими – самая умная на свете обезьяна. Впрочем, это единственный близко знакомый мне примат. Вероятно, они все такие.

Косова захихикала.

– Иван Павлович, когда вы задумываетесь, у вас лицо делается зверское, брови сдвигаются, нижняя челюсть выпячивается. Вам больше идет, когда вы улыбаетесь.

– Что еще вы выяснили про семью Донелли? – вернул я девицу к основной теме беседы.

Та развела руками.

– А ничего. Есть сведения об их цирковой династии, все предки работали на арене, женились на девушках своего круга, супруги становились у мужей ассистентками. Традицию нарушил Всемогущий, он отвел в загс Анфису, жительницу Подмосковья, которая работала уборщицей в санатории «Лесное чудо». Может, он туда отдыхать приехал и влюбился?

– Немолодая поломойка из богом забытого места и циркач, – пробормотал я. – Похоже, Генрих просто потерял голову от Анфисы. Сомневаюсь, что его родня пришла в восторг от такого мезальянса. Люди арены настороженно относятся к чужакам, своими за кулисами считают только тех, кто родился в тырсе.

– Где? В тыкве? – не поняла Варвара. – При чем тут овощ?

– В старину арену засыпали смесью из опилок и песка, она называлась тырса, – пояснил я. – Если про члена труппы говорят: «Он родился в тырсе», это означает, что человек появился на свет в семье циркачей и ему предстоит продолжать дело отцов и дедов.

Варвара отодвинула пустую тарелку.

– Она числилась уборщицей до заключения брака, и нет сведений о том, кем работала, будучи замужем за Генрихом. Что же касается родных, которые могли попытаться разбить неравный брак, то их не было. Генрих давно сирота. Его родители скончались, когда ему исполнилось девятнадцать. После ухода жены Донелли более отношений не оформлял. Сомневаюсь, что он жил монахом, но в официальный брак не вступал. Заварская тоже до сих пор одинока.

– Однако странно, – удивился я. – Уборщица из подмосковного дома отдыха не зарабатывает миллионов. Откуда средства на чайный бизнес?

– Генрих дал, – пожала плечами Косова.

– За что? – усмехнулся я. – За брошенных ребят? По какой причине он должен поддерживать бывшую супругу, которая отказалась от родительских обязанностей? За время работы я несколько раз сталкивался с подобными особами, все они изменяли мужьям и удрали к любовникам, которые не имели желания тянуть на горбу чужих детей. Вероятно, и с Анфисой та же история.

Варвара возразила:

– Анфисе мог дать средства тот, к кому она ушла. Или у нее была заначка!

– Сделайте одолжение, озвучьте всю биографию Заварской, – попросил я.

Варвара откашлялась.

– Она родилась в Москве, отец писатель Семен Заварский, мать актриса. Что-то я о таких не слышала. Имеет высшее образование, окончила журфак МГУ, работала литературным секретарем у поэта Брохина. Потом стала уборщицей. Последнее место службы – санаторий «Лесное чудо» в пяти километрах от МКАД. Затем дети, замужество, развод, приобретение магазина. Самой ей на «чайный домик» не заработать. Наверное, любовник помог. Какая нам разница, откуда у бабенки пиастры? Прошло двадцать с лишним лет с тех событий. Зачем нам вообще эта Анфиса?

Я взял с блюда пирожок с мясом.

– Должность секретаря у какого-либо писателя – синекура. Как правило, один литератор звонит другому и говорит: «Слушай, возьми к себе на работу мою жену (дочь, сестру, маму), надо, чтобы у нее трудовой стаж шел». Коллега соглашался, оформлял договор, но зарплату не платил. Женщина считалась работающей, в трудовой книжке имелась нужная запись, но на самом деле она занималась чем хотела. Думаю, с Анфисой дело обстояло так же. Потом Брохин по какой-то причине уволил ее, и дамочка пристроилась в санаторий. Сомневаюсь, что она там со шваброй бегала, просто оставила в кадрах трудовую книжку. Светлана могла узнать, что ее мать жива, и решила с ней познакомиться.

– С женщиной, которая ее бросила в раннем детстве? – фыркнула Варвара. – Я бы никогда с такой даже здороваться не стала!

– Давайте я завтра съезжу к Анфисе Семеновне и попробую вызвать ее на откровенность, – предложил я.

– Ладно, – кивнула Варвара, – хотя уверена, что вы зря потеряете время. Ничего мадам про дочь не знает.

Я подозвал официантку и расплатился.

– Вы домой? – спросила Варвара.

– Сначала в магазин для животных, – пояснил я, – надо кое-что купить.

– Можно мне с вами? – заныла Косова. – Обожаю ходить по таким лавкам. В Париже есть набережная, где торгуют щенятами-котятами, это недалеко от Нотр-Дама. Мне там очень нравится.