Боря произнес «Саса» и «дзенаты», китайцы хронически не выговаривают шипящие, цокают. Я ответил, что да, мол.
– А дети уже есть?
Это в том смысле, что если есть, то потерять способность к воспроизводству не так уж страшно. Ни хрена себе, утешили!
– Есть, две дочки.
– А сколько вам лет?
– Тридцать восемь. Скоро тридцать девять уже. (Напомню, это был 1999 год.)
Не поверили. Боря решил, что он просто плохо знает русский язык. Переспросил:
– Что-то слишком много, может двадцать восемь?
Пришлось достать свой загранпаспорт, предъявить. Китайцы удивились: не может быть! Вы что, знаете секрет вечной молодости? Мы тоже их не поняли, нормально выгляжу для своих лет, что тут такого. Сначала я мысленно льстил себе, мол, хорошо сохранился. Потом уже мы поняли, в чем дело. Расовые различия. Для нас тоже все китаянки выглядели или на двадцать лет, или на восемьдесят. Промежуточные состояния для нас были не различимы.
Истребитель китайского производства J-7, аналог нашего МиГ-21.
Потом китайцы поинтересовались лицензионной чистотой нашего программного обеспечения. С каких это пор их стали волновать вопросы лицензионной чистоты? Весь мир заполнен «левой» китайской продукцией. Я вспомнил, как в конце 60-х годов наши военные отправили через территорию Китая эшелон с тридцатью истребителями МиГ-21 для Демократической Республики Вьетнам, сражающейся с американцами и их южновьетнамскими пособниками. Во Вьетнам этот эшелон с МиГами дошел, но только это были… китайские МиГ-17! Новейшие МиГ-21 бесследно исчезли. Зато через некоторое время в Китае начался выпуск этих МиГ-21, но уже под названием J-7(F-7). Причем выпускали их в Ченду, по-моему и сейчас выпускают, и на экспорт продают.
Об этой истории я читал, когда еще служил в армии. Мы с Сеном пошли к шкафу с моей системой. Он достал документацию, что мы им посылали с оборудованием. Интересно было видеть схемы, что рисовали мы с Андреем в Питере, исписанные иероглифами. Общались с Сеном по-английски. Боря в основном был со Славой и Алексеем, так как Слава изучал французский, ему было труднее всего. Напарником от китайцев у Славы был мистер Ян, заместитель начальника лаборатории. Так же с ними работала молодая красивая девушка, вакуумный техник. Освоившись, мы уже не удивились, что ее нам не представили, и она с нами не здоровалась. Вообще она была как бесплотная тень. Если попросят что-нибудь – сделает, а так не видно и не слышно. Похоже у нее были какие-то проблемы, она всегда была молчалива, серьезна и грустна. «Какая-то смурная», – как сказал Слава.
Мне могут сказать: что это в моем повествовании постоянно присутствуют какие-то девушки, в основном симпатичные. Извините, ориентация у меня такая. Да и что мне, избегать их что ли. К тому же озабоченных разочарую. Мы там только работали.
На обед нас отвезли в гостиницу. Обеденный перерыв в этом НИИ длился два часа, с двенадцати до двух. В жарких странах так часто делают, в самые жаркие часы не работают. Сиеста, понимаешь. При желании можно успеть вздремнуть.
Китайские девушки, что кормили нас в столовой. Позади их Слава расставил свои загребущие грабли.
Слева стол для посуды и столовых приборов. Справа наш стол, еще не накрыт, у стены видны две бутылки пива.
Мы вошли в столовую для иностранных специалистов. Увидев, что на столе для троих человек наставлено восемнадцать блюд, мы слегка обалдели – это впору для десяти давать. За соседним столом обедали томичи.
– Это как же все это можно съесть? – спросили мы у них.
– Так конечно не съесть, надо пивом запивать, а вечером водочкой. Тогда легче пройдет.
– А что здесь наготовлено, из чего это?
– Сами каждый раз, гадаем. Кое-что нам объяснили, конечно. Вот это – побеги бамбука, а это – корень лотоса.
– А пиво где покупаете?
– Нам ставят на стол две бутылки в обед и в ужин. Скажите своим, что б и вас им снабжали.
Томичи немного пошептались меж собой и один из них подошел к нам с бутылкой пива:
– Это вам от нашего стола.
– Спасибо.
– Пожалуйста, приятного аппетита.
За обедом нас обслуживали две симпатичные молодые девушки, немного говорили по-английски. Впрочем, несимпатичных я в Сычуани не встречал. Попозже я напишу о китайских девушках.
За обедом посовещались насчет завтрашнего дня, воскресенья. Решили поработать до трех часов, а потом погулять по городу. Надо ведь когда-то и на Китай посмотреть. А то все работа, работа.
Глава 7.3. Воскресенье, после 15.00 (Прогулка по городу.)
Мы предупредили мистера Ли, что в воскресенье хотим закончить в три часа. Он поинтересовался, нужно ли нас отвезти в гостиницу. Нет, сказали мы, прогуляемся пешком. Итак, мы сегодня впервые сами гуляем по Мяньяну. Без конвоя, как пошутил я.
Я уже писал, что это чистенький небольшой городок. Но это относится лишь к научному городку возле НИИ. В нескольких километрах есть еще собственно Мяньян – большой промышленный город населением около восьмисот тысяч человек. В большом Мяньяне, помимо всего прочего, находится крупнейший в Китае завод по производству телевизоров. Мы еще побываем в большом Мяньяне перед отъездом. А пока мы разглядывали маленький. Думаю, китайцы разглядывали нас не меньшим интересом. Впрочем, откровенно на нас глаза не пялили, народ деликатный. Помню один раз только пятилетний малыш изумленно выпучил на меня глаза. Наверное ему не приходилось видеть европейцев, да еще такого огромного, по его понятиям, роста. Его мама тут же начала строго ему что-то выговаривать. Дескать неприлично так разглядывать. Алексей сказал мне:
– Саша, наверное она сейчас говорит ему: вот будешь плохо кушать кашку – вырастешь таким же уродливым и бледным.
Весь Мяньян (я все время буду говорить о малом) расположен на холмах. Приходилось все время то подниматься, то опускаться. Через город протекала река с мутной желтой водой. В центре река имела высокие, трехметровой высоты, набережные. Наверное, в период наводнений уровень воды значительно поднимается. Интересно, а рыба в ней есть? Рыбаки с удочками нам не попадались Впрочем, это еще ни о чем не говорит.
Дома в основном были небольшие, панельные пятиэтажки. Но в центре были и высотки этажей этак в двадцать, точно не считал. В одной из таких высоток жил мистер Ли, как он сам мне сказал, получил там квартиру от работы. На улицах было очень чисто. Ни бумажки, ни пробки от бутылок. Никак не привыкну после России. По дороге мы увидели маленькие совсем такие избушки в китайском национальном стиле. В них было только одно окно, закрытое железной ставней и такие же металлические двери. При нас к такой избушке подошел китаец с большим пакетом мусора в руке, распахнул железную ставню внутрь и кинул туда пакет. Ставня захлопнулась под своим весом и перед нами опять был аккуратный маленький разрисованный домик, все чисто и прилично. И никаких открытых зловонных мусорных баков и контейнеров, по которым снуют крысы, голуби, бездомные кошки и собаки. В здешнем жарком и влажном климате катастрофически быстро размножаются болезнетворные бактерии, и это просто вынуждает китайцев быть чистоплотными. Хотя, как рассказывали наши инженеры, в соседней Индии это совсем не так, антисанитария у индусов жуткая, отсюда и масса желудочно-кишечных заболеваний. Многие наши там хворали животом, несмотря на регулярную «дезинфекцию» желудка водкой.
Погода в день нашей прогулки была хорошая, солнечная. Еще на работе, когда мы вышли передохнуть во двор перед лабораторией, я разделся до пояса и решил немного позагорать. А то доказывай потом, что приехал из южного Китая, незагоревший. Тем более, что было тепло, около двадцати градусов. Увидев, что я разделся, китайцы громко, вслух, удивились. А потом посмотрели на себя: пиджаки, джемперы, ветровки, свитера. И тоже сняли все лишнее, оставив на себе лишь рубашки. Кстати, это был единственный солнечный день за все время нашего пребывания в Мяньяне. Такая погода здесь редкость. И то к вечеру уже собрались облака. В основном было пасмурно, в воздухе постоянно висела дымка, белесая мгла. Видимость по прямой была не больше километра. Дело в том, что провинция Сычуань – это возвышенность в пятистах – тысяче метрах над уровнем моря, со всех сторон окруженная горами. Своеобразная котловина. Большие массы влаги, испаряясь под жарким солнцем, никуда не уходят (горы защищают от ветров), а висят над возвышенностью, часто выпадают в виде осадков. Мы не раз попадали под меленький такой дождичек – моросявку. То ли очень густой туман, то ли очень мелкий дождик. Обычная погода для Сычуани в это время года. А как летом – не знаю, не был. Как нам рассказали, в Ченду в этом смысле (безоблачного неба) еще хуже. Дело осложняется тем, что Ченду – крупный промышленный город, над ним висит плотный смог. Люди годами не видят солнца. И ничего – живут. Впрочем, воздух в Ченду вполне приличный, без загрязнений, дышится свободно.
