Что же касается одежды, то понять, по каким критериям родители выбирают те или иные вещи, весьма непросто; часто они напяливают на себя такое, что нельзя назвать ни удобным, ни практичным, не говоря уже о весьма сомнительной эстетической ценности подобных нарядов. Учитывая поэтому, что мы не можем со всей очевидностью определить, в каких целях родители надевают на себя то или другое, нам кажется, лучше всего вмешиваться в эту область очень тактично и только в тех случаях, когда родительские туалеты перестают отвечать каким–либо разумным требованиям. По той же причине стоит избегать и слишком откровенных комментариев.
Глава 14
РОДИТЕЛЬСКОЕ ЖИЛИЩЕ
Чаще всего родители живут в домах любой формы или в частях домов, которые называются квартирами, но могут жить и в комнатках, и в фургонах на колесах, и в пещерах, и в бочках, и на деревьях, и вовсе в неожиданных местах. Однако, за очень редким исключением, родительское жилье — это постоянный беспорядок, грязь, отсутствие хоть какой–нибудь логики и полная невозможность что бы то ни было найти. Характер тут ни при чем. Это характеристика всего родительского рода.
Для уборки жилья родители прибегают к изумительнейшим способам, проявляя маниакальную привязанность к какой–то странной системе. Например, есть привычка собирать одинаковые предметы в одном месте. Таким образом, можно быть уверенным, что где бы родители ни оказались, под рукой никогда не будет того, что нужно. Любой же ребенок, будучи в своем уме, старается всюду, где только возможно, собирать в кучки разнообразные вещи — гамма этих нужных и приятных вещей должна быть как можно более широкой, — все это необходимо, чтобы в любой момент, как только в том возникнет надобность, можно было найти любую вещь. Родители же теряют часы, дни, даже месяцы своей жизни на поиски вещей, им необходимых, а после того, как найдут их и используют, снова относят «на место»… Необъяснимость подобных действий со всей очевидностью проявляется, когда этот способ уборки создает непреодолимые препятствия для малышей или детей побольше, которые передвигаются на четвереньках или путем вращения вокруг собственной оси: большинство точек скопления необходимых предметов оказывается, таким образом, вне их досягаемости, и они вынуждены направлять всю свою сообразительность на поиски обычных предметов в необычных местах.
Правда, нам известен метод одного папаши, который пытался ввести в своей семье более разумные критерии уборки вещей: он оставлял их в тех местах, где пользовался ими в последний раз, считая, что есть много шансов на то, что вещи и в следующий раз могут пригодиться именно в этом же самом месте. Все члены семьи, за исключением его сына, выказали по отношению к нему тупое непонимание и под любыми хитроумнейшими предлогами старались разрушить такую организацию пространства проживания.
Дома у родителей часто грязища; какими только вонючими химикалиями они не опрыскивают свое жилье, утверждая, будто делают это исключительно для того, чтобы уничтожить естественные запахи. По ним, так чем чаще стирать, тем лучше, и чем гуще в доме пахнет хлоркой или персолью, тем «чище». Кроме того, родители забивают свое жилье всякого рода хламом — уродливым, грязным, лишенным всяческого интереса и совершенно непригодным в пищу. Таким образом, ценность плиток шоколада уравнивается с китайскими вазами, художественной бронзой, раскрашенными картинками, часами с боем и прочими глупостями. Родители этими вещами практически никогда не играют, но привязаны к ним накрепко.
Нам рассказали об одном отце, который целую стенку в гостиной завесил полочками со стеклянной посудой — вещами хрупкими, но интереса по большей части никакого не представляющими, однако сам отец с завидным постоянством заботился об этом складе. Маленькая дочка решила однажды прийти ему на помощь: нечеловеческим усилием воли она в один прекрасный день сумела свернуть полочки со всем их содержимым. В один миг она превратила все это барахло, которое мешало отцу спокойненько наслаждаться жизнью и развлекаться в гостиной, в кучу мусора. Ну и что? Можете верить, можете не верить, но, когда отец вернулся с работы, с ним случилась настоящая истерика.
Получается, что правильнее предоставить родителям самим благоустраивать жилище, даже если их внутренний мир весьма странен. Стоит ограничиться тактичными и несерьезными выступлениями, которые не привлекают пристального родительского внимания, ибо, какими бы они ни были, оценить их все равно никто не сумеет. Часто получается, что дети для родительского же блага вынуждены действовать втихомолку, — объяснить, почему они делают то или другое, они все равно не смогут и надеются, что родители поймут их и оценят позже.
Глава 15
ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ЖИЗНЬ РОДИТЕЛЕЙ
Почти все родители работают, как утверждают, «чтобы заработать себе на жизнь». Кажется, что речь идет о зарабатывании денег, потому что жизнь, если верить им, скорее теряет от необходимости работать, чем выигрывает. Попытаемся же разобраться, что происходит на самом деле.
Итак, родители зарабатывают деньги, отдавая большую часть дня той деятельности, которую они называют работой, «их делом», службой, «лямкой» и т. д. и занимаются которой, бывает, в ущерб выполнению родительских обязанностей. Они так уверенно настаивают на неизбежности этих занятий и их необходимости, что обычно дети бывают склонны принять эту версию, не подвергая ее сомнению и даже с уважением. Однако подобная устоявшаяся родительская позиция может быть подвержена пересмотру критическими умами. Родителей удалось уличить в совершенно тождественном отношении к деньгам и работе, что заставляет еще раз подумать — впрочем, не в первый и не в последний раз, — что не нужно принимать подобные родительские заявления буквально.
Рассмотрим, например, проблему денег, которые родители, так сказать, зарабатывают для семьи. Бывает, что они их действительно отдают своей «половине», иногда с очевидной неохотой. Случается, перепадает и ребенку, но очень мало. Но родители платят деньги целой куче людей, на первый взгляд не имеющих никакого отношения к семье, как–то: продавцы в булочной, мясной лавке, в молочном магазине, на бензоколонке… Эти–то ладно, они еще что–то дают взамен, чтобы доказать, что действительно люди близкие и имеют право на часть семейных денег. Но деньги еще отдаются врачам и дантистам, которые совершенно ничего не предоставляют взамен, если не наоборот: они, случается, начинают вести себя просто агрессивно и доходят до того, что вырывают у вас ваши собственные зубы! Ну так вот: родители не только снабжают их деньгами безо всяких разговоров, они еще и благодарят за то, что те взяли деньги. Следует думать, что это чрезвычайно важные члены вашей семьи!
Но львиная часть денег, зарабатываемых родителями, тратится на дальних родственников, которые даже не дают себе труда показаться на глаза. Они только отправляют бумаги, называемые счетами, квитанциями, предупреждениями, расписками, договорами и прочее… и родители платят! Эти наглецы не испытывают по сему поводу ни малейшей благодарности; их наглость доходит до того, что они требуют еще больше денег, если родители просят чуточку подождать. Не остается никаких сомнений, что важнее этих благодетелей в семье никого нет!
Дети, порвавшие с сыновним и дочерним конформизмом и предпринявшие исследование проблемы родительской работы, считают подобную ситуацию нестерпимой. Из ряда вон выходящим они считают тот факт, что родители исчезают из дома на восемь–десять часов в день, если не больше, забывают о своих родительских обязанностях, и все ради того, чтобы удовлетворять непомерные денежные аппетиты людей, которых никто в глаза не видел и которые в обмен на деньги посылают вам какие–то клочки бумаги, а из этих клочков даже не сделать средних размеров самолетик.
В конце концов дети приходят к выводу, что родителей лучше никуда не отпускать, ни на какую работу, — пусть занимаются чем–нибудь дома или играют с детьми. Таким образом, дети делают все возможное, чтобы отвлечь родителей от пустого времяпрепровождения на службе. Иногда им это удается — до некоторой степени, — особенно тем, у кого много родителей. Конечно, такая позиция заставляет родителей более обдуманно пользоваться своим рабочим временем и разумнее распределять его, чем в тех семьях, где дети позволяют работать всем своим родственникам. Следует, правда, заметить, что родители от такой помощи счастливее обычно не становятся.
Создается впечатление, что, несмотря на свое отвращение к работе, о котором они заявляют во всеуслышание, родители извлекают из нее нечто важное, в чем сами не признаются, а может, и сами не знают. И возможно, все их разговоры о деньгах — пустой предлог (это подтверждается фактом, что, заработав деньги, родители тратят их бездарно — дают по чуть–чуть неизвестно кому, только бы больше не просили).
