Ладно, ваше дело. Так… Дубленку, может, сменишь? У племяша есть куртка тут, как раз твой размер. Шапку сейчас тоже выдам.
Проинформировав её о дальнейших действиях, этот Мартыненко прошел мимо неё, направляясь в коридор. Рита проводила его недоуменным взглядом. Чем ему её дубленка не угодила?
Интересно как выходит…
Незнакомый мужчина пытался понять её мотивы и действия.
Серьезно?
Анализировал, почему она не врезала ему по яйцам?
У Риты это не укладывалось в голове. Филипп даже не старался понять, почему она его не простила. Почему даже не попыталась простить! Он же столько для неё сделал…
Начиная с того, что сначала купил квартиру, а потом уже на Рите женился.
Подстраховался заранее, как выяснилось теперь...
А она что? Она ничего, в том-то и дело!
Думала, что она любима, защищена, а оказалась «никто и звать её никак».
Хорошо, что она образование получила в своё время, пусть и заочное. Хотя бы до этого додумалась.
Фил ей всегда говорил:
- Ты же моя девочка… Моя красивая девочка… Зачем тебе в университет ходить? Я ревновать буду…
Потом было:
- Зачем тебе работать? Я тебя полностью обеспечиваю. На тебя глазеть всякие будут…
И так постоянно.
Она никого не винила. Только себя.
За бесхребетность и нежелание видеть дальше собственного носа. За уверенность там, где давно поселились подлость и бесчестие. За беспечность.
Ей, кстати, та же Аля говорила, что сначала лучше им пожениться, а потом жилье купить. И что деньги, получается, только Фила. Мало ли…
Для Маргариты «мало ли» не существовало.
И итог вышел вполне закономерным, если подумать...
Хорошо, что тётя Саша дом оставила, иначе ей и жить негде было бы. Хватит и того, что теперь не на что.
Рита нахмурилась, развернулась и пошла в сторону коридора, плотнее запахивая на себе дубленку. Ни во что она переодеваться не будет!
Мартыненко терпеливо ждал её у двери, держа в руках спортивную куртку и шапку. Сам он успел полностью одеться – не в пальто, в котором встречал её, а в теплый пуховик. Увидев лейбл на куртке, Рита мысленно вздрогнула, потому что ровно год назад Фил себе купил лыжный костюм этого бренда. Рита тогда сильно обиделась на мужа, потому что данная покупка пробила существенную брешь в их семейном бюджете.
- Переодеваться не будешь?
- Нет, - упрямо ответила она.
Мужчина продолжил хмуро смотреть в её сторону, молча протягивая шапку.
Мужскую. Серую. На вид – теплую.
Коридор пусть и не был узким, но стены ужасно давили.
Особенно учитывая, что тут творилось всего полчаса назад …
Легкая паника снова подобралась к Рите, но девушка успешно подавила её, сделав шаг вперед и выхватив шапку из лап Мартыненко.
К черту всё! И его в том числе! Мерзнуть она не будет!
- Хоть что-то, - пробормотал Савелий, открывая дверь и выходя на улицу.
Рита замешкалась в дверях и с удивлением увидела, как мужчина присаживается на корточки, сгребает снег ладонью и обтирает им лицо.
* * *
П…ц. Другого слова не было. Сава пытался осознать масштаб произошедшего, и пока не мог.
Было разное в его жизни… Хватало и дерьма. Но чтобы такого…Он изнасиловал незнакомую девочку…Только что пережившую, видимо, очень хреновой развод…И тут он со своим трахом. Зашквар полный.
И главное, ни одна толковая мысль не приходит. Полный штиль в мозгах. Снег немного освежил лицо и голову.
Так… Можно, дальше действовать. А с тем что произошло… будут разбираться потом. И не здесь.
Статуэточка вышла на улицу следом и недружелюбно посмотрела на него. Савелий вздохнул. А чего, собственно, он хотел? Улыбок и кокетства, после того, как жестко ей присунул прямо в коридоре?!
Хорошо, вообще разговаривает, а не бьется в истерике, сжавшись где-нибудь в углу.
Мартыненко приходилось видеть женщин после насилия. И он лично ломал причастных к этому беспределу.
Потому что девочек обижать нельзя. Физически – точно. С ними можно скандалить, ругаться, можно громко хлопать дверью и спать в машине, но никогда ни при каких обстоятельствах нельзя наносить девочкам физический вред.
Он выпрямился и указал на калитку.
- Могу сначала снег расчистить.
- Нет, - решительно сказала Рита и сошла со ступенек, сразу же черпанув своими непутевыми уггами снег. – Я хочу домой.
- Домой так домой.
Савелий ни на чем больше не будет настаивать. Сначала надо посмотреть, что и как у неё в доме.
А уже потом… думать.
Хотя и так по большому счету все понятно.
Но раз надо, то надо.
Добраться до соседнего участка уже оказалось не так просто, как раньше. Савелий чертыхался и ругался от души. Он нихрена ничего не видел. Светил фонариком от телефона, пытаясь найти тропу, но её не было. Плюс он не знал дороги и брел наугад. Позади него пыхтела и так же периодически ругалась Статуэточка. Правда, не так витиевато, как он.
Савелий несколько раз проваливался по самые яйца, выбирался и снова проваливался.
Такой метели он не мог припомнить за много последних лет.
Поэтому, когда он наконец толкнул калитку на соседний участок, счастью его не было предела.
- Твой?
- Да.
Голос Риты звучал глухо. Она старательно следовала за ним, так же умудрившись провалиться несколько раз. Савелий оборачивался, убеждался, что она выбирается, и следовал далее.
Пока надо оставить её в покое.
Оказавшись на крыльце, Савелий долго отряхивался. Рита встала рядом, затопала ножками. Но у неё ситуация была куда критичней. Она ему уже напоминала не статуэточку, а снежную деву, о чем он благополучно промолчал.
- Показывай дорогу.
Рита вошла в дом, включила свет в коридоре. Что бросилось Савелию в глаза – это то, как у той стучали от холода зубы. Значит, всё-таки заболеет. Мужчина плотно сжал губы. Он что мог, уже всё сделал. И хорошее, и плохое.
Хотя…
- Т…там.
Она указала на котельную. Савелий кивнул и молча направился к ней. Дом остыл, тут не надо было быть профессионалом, чтобы понять очевидное.
Как ранее он и предполагал, котел не работал от слова совсем. Не мигал, и не подавал каких-либо признаков жизни в виде кодов ошибок и прочего.
- Ведро давай,
