Но наркоторговец в сомнении качал головой.
— Из-за тебя я могу оказаться в большом пролёте. Десять таблеток "Бешеного жеребца" — это крутые бабки, сам знаешь.
— Хэнки, я сказал, что отдам, значит, отдам!
Хэнки некоторое время молчал, глядя на него задумчиво.
— Ладно, — кивнул, наконец, он. — Попробую что-нибудь сделать, и то только ради нашей старой дружбы.
— Да, ради нашей дружбы!
— Но всё же… — Хэнки в раздумье хмурил лоб. — Но всё же обещать не могу. Целых десять таблеток "Бешеного жеребца"… Это деньги. Может, пяти хватит?
— Нужно десять. А деньги будут завтра утром.
— Сейчас схожу к корешу, узнаю у него, — сказал наркоторговец. — Если он сегодня отоварился партией, то возьму, — весь вид Хэнки выражал сильное сомнение. — Ну и задачку ты мне задал… А если завтра не отдашь?
— Хэнки, ты меня знаешь!
— Ладно, ладно, приятель, только для тебя!
Расставшись с кибернетиком, Хэнки поспешил прямиком в кабинет Длинного Дика, где тот в это время с двумя подручными подсчитывал дневную выручку от продажи наркотиков среди окрестных школьников.
— Босс, тут такое дело…
Узнав о просьбе Микки, Дик расхохотался во весь голос.
— Дохляк уже зассал! — Его трясло от хохота. — Таблеток запросил, хмырь! Ну что, парни, дадим ему таблеток?
— Хрен ему во всё рыло, а не таблетки, — ржали братки.
Дик пальцем поманил Хэнки к себе.
— Ты это, вот что… Поди сейчас к Картавчику, он на втором этаже, и возьми у него пустышки. Возьми десять штук и загони дохляку.
Подручные Дика заржали еще громче. "Пустышками" на их жаргоне назывались таблетки из мела и лимонной кислоты, которые на вид и вкус ничем не отличались от настоящих таблеток "Бешеного жеребца". Всучивали их, понятное дело, под видом настоящих, и брали за них полную цену.
Хэнки понимающе закивал.
— Всё понял, босс. Чувствую, прокатим сегодня лоха по полной!
— Будет помнить, как возникать против меня, — проворчал Дик. — Шевелись, и присматривай за ним, а то как бы снова не слинял.
Микки ещё не успел допить своё пиво, как появился запыхавшийся Хэнки и с таинственным видом, озираясь, протянул ему под столом свёрток с десятью "таблетками от импотенции", говоря, что еле выцарапал их, но для старого друга он готов на всё.
Таблетки "Бешеного жеребца" были запрещены в Гелиополисе, поскольку не только повышали потенцию, но и вызывали сильную наркотическую зависимость. Однако в баре, где заправлял Длинный Дик, действовали свои законы. Здесь всегда можно было купить любой наркотик и заполучить любую девушку из тех, что в одних купальниках появлялись на сцене.
— Бабки отдашь завтра обязательно, — процедил Хэнки, сверля его взглядом. — Если не отдашь, с нас обоих голову снимут, и в первую очередь — с тебя!
— Деньги завтра будут, — уверенно пообещал Микки, хотя понятия не имел, где он их возьмёт.
Тем временем представление продолжалось. Акробатов снова сменили Джоули и кордебалет. Затем две голые дамы устроили на сцене "бой без правил", принявшись лупить друг друга почти взаправду, до крови. Зрители визжали от восторга, натравливая одну на другую. В разгар веселья Микки снова вышел в туалет. Но на сей раз попытка покинуть бар была пресечена в самом зародыше. Он ещё только подходил к двери, ведущей на улицу, как перед ним возникли двое мордоворотов. Микки пришлось ретироваться в зал.
Время перевалило за полночь. Бар скоро должен был закрыться, и публика понемногу покидала заведение. Но Микки знал, что некоторые особо избранные клиенты останутся на главное, заключительное блюдо сегодняшнего вечера: групповой секс, который будет устроен здесь же, в зале, и в котором примут участие танцовщицы, акробатки, стриптизерши, официантки и проститутки с окрестных улиц. Действо, как всегда в "Ночной моли", должно было быть грандиозным. Сразу после официального закрытия бара в главном зале воцарилась лёгкая суматоха. Прислуга освобождала середину помещения от столов, сдвигая их в сторону, и расстилала ковры. Механики налаживали свет. Клиенты, собиравшиеся принять участие в групповухе, заранее заправлялись "Бешеным жеребцом", таблетки которого, по мере приближения назначенного часа, росли в цене.
Мимо Микки, ухмыляясь, прошёл Дик.
— Что ты жмёшься у стены, как бедный родственник? — Он подмигнул кибернетику. — Ты у нас половой гигант, а значит, в групповухе должен быть на первых ролях! Может, выйдешь в разогревочной группе? — Он засмеялся и потрепал Микки по плечу. — Ладно, я знаю, ты парень скромный, разогревочная группа — это не для тебя. Там нужны артисты… Кстати, я уже сказал Джен, что у тебя с потенцией полный порядок. Она обрадовалась, можешь мне поверить. Ждёт не дождётся, когда ты засадишь ей по самые яйца!
Хохоча, сутенёр отправился дальше, а Микки подошёл к стойке и попросил у бармена стакан воды.
Толстяк Джим не удивился просьбе. Он знал, что если клиент просит воды, то ему нужно запить "Бешеного жеребца".
— Микки, тут прошёл слушок, что ты полный импотент, — сказал бармен, благодушно улыбаясь. — Неужели вступишь в групповуху?
Микки даже не счёл нужным ответить. Он отправил в рот все десять таблеток и выпил воду залпом. Подействовать должно было минут через пятнадцать, как раз к началу группового секса.
И всё же он очень сомневался, что таблетки подействуют. Когда-то, когда он ещё был хроническим наркоманом, он пытался принимать большие дозы "Бешеного жеребца", но это не помогало. Член не вставал. И неизвестно было, встанет ли он сейчас. Реально помочь ему мог только Пип с его чудо-пальцами. Микки вспомнил, как Пипу удалось вздыбить член полудохлого от старости орангутанга, и сокрушённо вздохнул. Надо было ещё тогда, в мастерской, заставить Пипа произвести лечение его никчёмных гениталий. У Пипа получилось бы, он был в этом уверен, и сейчас у него было бы гораздо меньше проблем.
Он стоял и прислушивался к себе — не наступает ли эрекция? Но время шло, а ничего похожего на эрекцию не было и в помине. Микки нервничал и покрывался потом. Если "Бешеный жеребец" не подействует, то он окончательно провалится в глазах Джен и всей здешней публики.
Наконец ковры были расстелены и зал погрузился в полумрак. Зазвучала музыка, по коврам запорхали голубые и зелёные лучи. На их свет выбежал Джоули в узком бюстгальтере, из которого вываливались арбузные груди.
— Леди и джентльмены, все сюда! — заверещал он с интонациями балаганного зазывалы. — Начинается развлечение! Всем на потеху и удивление! Просим не стесняться, за любые попы-сиськи хвататься! Можете во все дырки совать, и всё, что в рот попало, сосать! Только просим на партнёров без их согласия не ссать!.. — И он захохотал.
