– Кот, мы что, будем это делать при соседке?
– Какой еще соседке, тут никого нет!
Я вгляделся в темноту, и силуэта девушки уже не было. Не знаю, что это было, но, чтобы не показаться вам больным алкоголиком, спишем это на мираж.
На следующий день, в перерыве между занятиями, я вышел на крыльцо подышать воздухом. Среди знакомых мне ребят стоял один лысый паренек лет 28—29. На его лице было написано, что он повидал в жизни многое. Подойдя ближе, я увидел: у парня нет правой руки, и все, кто к нему подходили здороваться, по привычке тянули правую руку. Выглядело это жутко неловко – так повторялось раз за разом. Было видно – парня это сильно смущает. В этот момент я подошел ближе и начал поочередно здороваться с ребятами правой рукой, а когда очередь дошла до него, я невозмутимо протянул левую руку.
Состоялось крепкое рукопожатие: нужно было видеть его глаза – он с удивлением посмотрел на меня, он видел, что я правша, но тот факт, что я невозмутимо протянул левую руку, просто сделал свое дело. С этого дня этот повидавший жизнь парень расплывался в улыбке каждый раз, когда я с ним здоровался. Всего-навсего рукопожатие, а как много оно значило для этого парня. Звали этого парня Алексей, но о его сложной истории я расскажу позже.
На очередном занятии в класс зашла наш мастер. Она опять что-то бульонила себе под нос, я нихуя не понимал ее диалект и, повернувшись к аудитории, я попросил перевести ее речь. Оказалось, эта старушенция объявила дерьмовую новость – господин Лущан более не имеет права обучаться в нашей группе и будет немедленно переведен в группу бухгалтеров для местных. К слову, в той же группе учились Зырян и Косяк. Блин, все самые веселые парни ушли в параллельную группу, теперь учиться будет достаточно скучно. Радовало, что Игара и Макс по-прежнему оставались в нашей группе.
Эта новость здорово обрадовала стукача Михаила. Он, довольный, потирал руки, не знаю почему, но он был чертовски доволен уходом Лущана. Игара спросил его:
– И че ты радуешься?
Миша ухмыльнулся и ничего не ответил. Игара люто не переваривал этого парня.
Но развязка наступила этим же вечером: в минувшем учебном году он ухлестывал за одной девицей, которая с ним благополучно рассталась и уже вовсю крутила шашни с другим типом. Этот факт не давал покоя Михаилу – он требовал объяснений от девушки. В какой-то момент, его требование превратилось в истерику, и девушка уже кричала о помощи:
– Ребята, уберите его от меня!
Мы выскочили с Игарой из своих комнат и побежали растаскивать эту сладкую парочку. Самое тупое и смешное в том, что рядом стоял ее новый кавалер и нихрена не делал, он просто боялся лезть. В общем, поступок не мужской, скажу я вам, но это их дело. А мы тем временем вытащили Мишку на улицу, чтобы его успокоить. Должен заметить, что дело уже было вечером и на улице неплохо стемнело.
Слово взял Игара:
– Ты че, бля, руки свои распускаешь, чучело? Ты не видишь, что она не любит тебя и уже встречается с другим – хуле ты лезешь-то?
Миша рычал и мычал, но против Игары ничего не говорил. В этот момент из общаги вышла уже целая куча наших одногруппников, среди которых был Борман. Он тихо и мирно встал в сторонке, наблюдая за происходящим. Когда воспитательная беседа была завершена, Миша был отправлен на все четыре стороны, естественно, с предупреждением, что в следующий раз он получит по еблу за такие выходки.
И вот Миша уже почти скрылся в дверях общежития, как вдруг он кричит:
– Кто козел! Йа козел? А вот за козла ты мне ответишь!
И подрывается с места и бежит на Игару с кулаками. До схватки оставалось меньше метра, как вдруг Миша меняет траекторию атаки на девяносто градусов и наносит «сокрушительный» толчок мирно стоящему Борману. Боря падает, мы все в ахуе – дело в том, что Борман страдал очень редким заболеванием – «царская болезнь», или гемофилия, это когда твоя кровь попросту не сворачивается и чтобы убить человека, ему достаточно разбить нос.
И вот Борман упал на землю. У меня шок, секундная заминка, вся толпа одногруппников кидается хуярить Мишу. Этот позорник собрал отличную коллекцию подач и пинков за свой гнилой поступок. Затем мы поставили его на ноги, Игара кричал:
– Зачем! Зачем ты Бормана ударил, сука?! Он вообще слова тебе не говорил, это я с тобой разговаривал, ты мне предъяву кидай, ты меня ударь, но его-то за что?!
Миша был отличным актером, он стонал и мычал, делая вид, что избит до полусмерти.
Я подбежал к Борману:
– Ты как, чувак, целый?
На наше счастье, Борман был почти цел, лишь небольшой ушиб на руке, который моментально раздулся – гемофилия штука страшная.
– Я в порядке, парни, все хорошо!
Миша ускакал под шумок в общежитие, вахтерша тактично не заметила драки, а мы всей группой люто ненавидели Мишу за его козлячую выходку. В тот вечер за свой проступок он получил прозвище, которое въелось крепче родного имени. Отныне Мишу величали кратко, но емко – Парашник.
Глава 11. Приключения начинаются
Посреди учебной недели я отправился в Екатеринбург, чтобы посетить университет им. Горького. Я уже писал в 9 главе, что меня туда вызвали на вводную лекцию, заодно и с новой группой познакомиться, а до сей поры я вроде как в академическом отпуске находился.
Конец ознакомительного фрагмента.
