— А я-то думала, ты украл свою лошадь, — заметила она с иронией. — Кажется, я ошиблась.
Креган рассмеялся:
— К конокраду ты относилась бы большим уважением? Он подмигнул ей и ласково похлопал свою лошадку. — Я воспитал Нери из жеребенка. Если я захочу, она пронесет меня через девять кругов ада или загонит себя до смерти, чтобы поспеть за твоим волшебным скакуном.
— Да, тут ты промахнулся со своей маскировкой, — заметила она. — Разве у оборванного старика может быть такая лошадь?
Он кивнул:
— Как раз это и хотели выяснить сыновья лорда Рольфа, когда я подъехал к постоялому двору. Хоть путь из Шондо был долгим и она порядком измоталась, я все-таки не хотел бы ее терять.
С севера подул свежий ветер. Солнце село, на северо-востоке собирались темные тучи.
Книга Последней Битвы, тяжелая и теплая, по-прежнему была спрятана под туникой. Стужа бессознательно прижимала ее к себе, когда ветер развевал одежду, ощущая ладонью сквозь ткань жесткий переплет и вырезанные на нем руны.
— Что ж, нас ждет долгая скачка в Шондо, — сказала она, вздохнув. — Тогда скажи мне, что делать с Книгой.
Она протянула ее Крегану. Он помрачнел:
— Я пока еще не знаю, что с ней делать. — Его лицо стало суровым. — Нужно скакать в Шондо. Больше делать нечего. Там есть все необходимое, а главное — люди, которые мне помогут. Если я и смогу что-то сделать с Книгой, то только там. Мы должны доставить ее в Шондо.
Ей по-прежнему ужасно не нравилась подобная перспектива. Хотя Стужа верила конкретно этому шондосийцу, его народ пользовался дурной славой, и ей было нелегко забыть об этом. Впрочем, Незнакомец в лесу доверял этим людям, а все, о чем он говорил, оказалось правдой.
— Если иначе нельзя, тогда мы теряем время, — сказала она. Ее друг задумался. Потом отрицательно покачал головой.
— Время еще есть, — произнес он спокойно. — Мы проделали долгий путь, а тебе к тому же пришлось драться. Если хочешь, можешь окунуться в ручей и освежиться.
Стужа улыбнулась, оценив его деликатность. Наверняка от нее разило потом, а на руках и лице толстым слоем лежала дорожная пыль. Ее одежда была вся в темных пятнах крови. Даже в волосах, спутавшихся и взлохмаченных во время скачки, запеклась кровь.
— Еще совсем недавно мой отец отрезал бы язык любому, кто осмелился бы такое сказать. — Она пожала плечами, в голосе ее прозвучала грусть. — Да, времена меняются.
— Если ты стесняешься, я куда-нибудь отойду, — предложил Креган.
— Я больше никого не стесняюсь. — Она постояла, глядя через плечо на юг, туда, где лежала Эсгария. — Это осталось в прошлом.
Как сказать ему? Как признаться хоть кому-нибудь в том, что она совершила?
Сложив одежду на берегу и оставив тут же Книгу и меч, она вошла в журчащий ручей. Вода была ласковой и прохладной. Стужа, будучи от природы грациозной, наклонилась вперед, просто и естественно. Густые черные волосы поднялись и закружились, словно водоворот, когда она погрузилась в воду с головой. Потом она вынырнула и начала смывать с себя грязь.
Купание подняло ей настроение. Она опустила в воду лицо, чтобы вода помассировала ей кожу, ступнями она ощущала песок и гальку на дне. Она постирала одежду, смыв с нее пыль, но бурые пятна остались видны на серой ткани.
Она иногда поглядывала на Крегана, чувствуя, что он не спускает глаз с ее обнаженного тела. Он сидел на берегу, и ей забавно было наблюдать, как он то и дело меняет положение. Теперь он сидел плотно сжав колени.
— Может, это тебе не помешает, — сказала она, брызгая в него водой.
Она натянула на себя мокрую одежду, надела пояс и пристегнула меч.
— Пожалуй, тебе не следует одеваться в мокрое, — сказал он, поднимаясь.
Она моргнула. Было уже довольно поздно, но даже в сумерках нельзя было не заметить, что он возбужден.
— Ты просто хочешь продлить удовольствие, любуясь мной, — упрекнула она его. — Гораздо быстрее я обсохну на скаку. — И как бы между прочим добавила: — Эй, а ты сможешь скакать в таком состоянии?
Креган пригладил спереди свою тунику и широко улыбнулся. Она подняла с земли Книгу и спрятала ее, подзывая Ашура. Зверь вскинул голову и подошел к ней.
— У меня есть немного вяленого мяса в седельной сумке, — сказал Креган. — Поедим на скаку.
Когда Стужа взобралась на спину Ашура, а Креган уселся в седло, они принялись за еду. Мясо было очень соленым, но Стужа была так голодна, что оно показалось ей удивительно вкусным. Как только с мясом было покончено, она ударила Ашура пятками в бока, и он пустился вскачь, Нери за ним. Стужа наблюдала за бегущими впереди тенями, в то время как поднявшаяся из-за горизонта луна светила им в спины.
Справа от них выросла стена — грозные Крильские горы. Похожие на исполинских солдат, скалистые и обрывистые, они смутно виднелись вдали, отбрасывая черные тени, среди них возвышалась гора Друд. У Стужи мурашки побежали по спине, и она постаралась избавиться от этого ощущения. Она слышала, что эти горы и зажатые меж остроконечных вершин долины населяет племя столь злобное и дикое, что даже закаленная в битвах роларофская регулярная армия не рискует пересекать границы земель этого племени. Она почувствовала глубокое облегчение оттого, что их путь не лежал через эти страшные края.
В Эсгарии почти не было гор. Но однажды, когда шло ее пятнадцатое лето, она взобралась на высокую скалу над Календским морем. Соленые брызги летели ей в лицо, ветер трепал волосы. Она дала себе полную волю, и ее колдовской дар высвободился во всей своей ужасающей силе. Громадные волны разбивались о зубчатые скалы внизу, море бесилось и пенилось.
Это сделало не божество, которым управлял чародей. Никаких магических символов и заклинаний. Это сделала ведьма с помощью той силы, что является частью ее самой. Это она вызвала шторм. Это по ее повелению он прекратился.
Впрочем, так было первый и последний раз. Ее силы иссякли, ее дар отняли. Теперь у нее был только меч.
Брат Стужи узнал о мече и попытался ее убить, на что имел полное право согласно древнему закону Эсгарии, запрещавшему женщинам пользоваться мужским оружием. Но в ту ночь пролилась его кровь, и мать прокляла ее за это.
На нее нахлынула тихая грусть. Чтобы отвлечься от горьких воспоминаний, она стала вслушиваться в ночь и обнаружила, что стука копыт Нери не слышно. Она придержала Ашура, чтобы дать Крегану возможность догнать ее. Нери была вся в мыле, ее гнедые бока блестели от пота. Креган осадил лошадь и соскочил на землю. По его лицу было видно, что он очень устал.
— Я не хочу загнать ее до смерти, — сказал он довольно спокойно, ласково поглаживая кобылу, — даже ради спасения этой чертовой книги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
