Мой начальник по-прежнему свирепствует, прямо спасу нет».
Вот прочитал эту строчку и призадумался. Ну не зря я так часто склонял своего начальника в письмах, прямо как любимого человека. Видать, въелся качественно, как цирроз в печенку алкоголика.
Благоверная
Однажды я после службы пришел домой, и тут моя жена сильно меня напугала своим странным заявлением:
— Если ты мне изменишь, я об этом сразу узнаю.
— Не ври, пожалуйста. Это невозможно установить, — сказал я.
— Очень даже можно.
— Ну и как же это можно узнать?
— Очень даже просто. Есть один секрет, — таинственно заявила моя ну очень-очень благоверная жена.
Эта ее настырность меня насторожила, однако, все еще не доверяя ее заверениям, я с вялым интересом уточнил:
— Что же это за секрет?
— Не скажу.
Нежелание поделиться со мной пустяшным секретом впервые в нашей совместной жизни насторожило меня почти всерьез. Ведь до этого не было такого, чего бы я не знал о ней или она обо мне. А тут поманила секретиком и тут же, как устрица, закрылась в себе. Проявляя настойчивость и пытаясь спровоцировать ее на откровенность, я сказал:
— Да врешь ты все, — и с напускным равнодушием отвернулся, делая вид, что мне не интересны пустопорожние разговоры.
Такое прямое обвинение во враках в нашей семье тоже произошло впервые. Поэтому оскорбленная жена небольшую часть своего секрета тут же и выложила:
— А вот в следующий раз, когда ты придешь домой, я это и проверю. Только ты залезешь в ванну… — и осеклась, решив, что и так слишком много сказала. И больше ничего рассказывать не пожелала.
Я же, озадаченный такой «принципиальной» постановкой вопроса, ломал себе голову: ну что же это за тест такой странный, да и еще связанный с помещением моего тела в ванну. Тоже мне, жена Архимеда.
Нет что-то здесь не так… Ведь нет дыма без огня…
На мои прямые или наводящие вопросы жена загадочно молчала, только подленько и гаденько улыбалась. Я даже пытался подойти к разгадке этой тайны с другого боку, задавая разные вопросы, например:
— Ну, хорошо. Может, тогда ты подскажешь, как мне тебя на измену проверить. Может, ты мне втихаря изменяешь, а?
— Дорогой, ты что, во мне дуру нашел? Так-то я разбежалась все тебе рассказывать. И потом, милый, разве ты мне не доверяешь?
И точка! И никакой тебе больше ни дополнительной, ни наводящей информации. И думай, что хочешь.
В общем, мне стало ясно, что без подручных средств или союзнических усилий со стороны собратьев-мужиков мне этот бастион не взять.
Впервые мне захотелось сбежать от жены и оказаться на службе! Виданное ли дело? Еле дождался утра, чтобы без опоздания явиться на место и опросить какого-нибудь бывалого товарища, который наверняка это испытание уже прошел и что оченно важно — с честью. Пока ехал в автобусе только об этом и думал, а не о какой-то там ну очень любимой жене или ее сестре — службе. Размышлял, к кому с этим вопросом обратиться и главное как «подкатить», потому что это могло оказаться подлой провокацией.
После долгих колебаний я решил подойти к Феле. Так по-свойски мы звали нашего интенданта Феликса Палыча Пинкевича. Подошел, спросил. Это написать просто: подошел и спросил. А на деле я, менжуясь и сомневаясь, краснея и бледнея, подошел и начал издалека и витиевато нести всякий бред. Наконец улучив момент, вставил свой вопрос как пятачок в прорезь метровского турникета:
— Фела, а как это бабы проверяют нас, мужиков, на верность, да еще как архимедов несчастных, когда мы сидим в ванне? Не пойму.
Феликс среагировал сразу, и весьма лаконично ответил:
— Пусть она, дура, ждет, пока яйца всплывут.
До меня тут же дошло, что это со стороны моей жены подлая и коварная провокация, направленная на запугивание во мне полноценного мужчины. Одновременно я почувствовал облегчение, будто затолкал на гору Большой Иосиф тележку с собранными по всему Техасу камнями. Сразу и настроение доброе появилось, и веселиться и радоваться жизни захотелось.
Хотя, с другой стороны, ведь речь шла об очень интересном предмете. А то, как Фела сформулировал ответ, у меня как бы особых сомнений не породило, но все же… я-то думал исключительно о мужском достоинстве. А вдруг Фела имел в виду обычные куриные яйца, которые во время варки по готовности всплывают?
Тогда же я подумал, что, видимо, подобной провокации подвергся дома и Фела, коль он так быстро, а главное без лишних вопросов мне ответил. Если это так, то, похоже, женская часть нашего ареала отрабатывает на своих мужьях новую технологию по профилактике измен.
Как бы то ни было, но при всех сомнениях у меня доминировало представление о мужских яичках, а не о куриных яйцах. И снова, как час тому назад, у меня возникло желание объявиться дома, чтобы получить сатисфакцию от своей любимой женушки.
Тогда же меня озарило понимание, сочувствие и вхождение в положение моей жены. Ну как же она, бедная, могла ответить на мой провокационный вопрос о проверке женщины на верность. Ведь как в ее случае может всплыть то, что упрятано глубоко в естестве?
Прошло время, и наконец я оказался дома. Но и здесь было не все так просто, как вначале думалось. К счастью, нам подали горячую воду, и я заказал себе ванну. Погрузив с любопытством Архимеда свое тело в чугунно-эмалированный сосуд, я призвал женушку для выполнения очень важного дела:
— Аленушка, поди сюда, пожалуйста!
— Зачем я тебе понадобилась, мой родной? — ласково пропела жена.
— Как это для чего? Для выполнения святого супружеского долга.
— Про какой долг ты говоришь?
— Как это — про какой? Мужу спинку потереть не желаешь?
— А-а, — без особого энтузиазма протянула любимая жена, — а я-то уж подумала…
Согнувшись надо мной в позу прачки, как старуха над разбитым корытом, она, кряхтя и охая, принялась совершать трущие движения: туда-сюда, туда-сюда. При совершении этого семейного таинства ее взгляд упал на тот самый объект, который в данный момент выступал в роли лакмусовой бумажки. Ну, это для нее. А для меня он был, скорей, катализатором моего состояния. Тогда я срывающимся полушепотом спросил:
— Ну, что милая?
Она примерно в том же тоне, шепотом уточнила:
— Ты о чем, дорогой?
— Они уже всплыли?
Ответом был подзатыльник, смягченный намыленной мочалкой. Это было сделано широким жестом, от всей души и по-семейному интимно и многообещающе…
Вывод: Выбирайте жен не по страсти, а по дружбе, тогда вы будете избавлены от пошлых подозрений, глупых разговоров и сальных двусмысленностей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
