– А откуда лес знает, что я – это я? – Денису было до ужаса интересно всё, что с ним происходило, и, как ни странно, он всё реже вспоминал, то это другой мир. Было ощущение, что он просто переехал в далёкий город, на новое место жительства, которое оказалось намного интереснее предыдущего.
– Так он же тебя и приманил, – как маленькому, ещё раз объяснил ему Генри, – так неужели он тебя не узнает!
Так ничего и не высмотрев и разочарованно вздохнув, Генри в ответ на вопросительный взгляд Дениса пробормотал что-то невразумительное и первым шагнул в круглые ворота, распахнув железную калитку. Оказавшись на той стороне, инспектор сморщился, словно откусил лимона, и торопливо надел на шею вынутый из кармана амулет. Во всяком случае Денис для себя эту круглую штуковину на шнурке обозначил именно так.
Глубоко вздохнув, Денис вслед за инспектором шагнув в круглые ворота и… совершенно ничего не почувствовал: ни какого-то сканирования, ни попыток как-то на него воздействовать. С подозрением оглянувшись на ворота – а вдруг сломались? – он подошёл к поджидающему его Генри.
– Ну что? – нетерпеливо спросил тот. – Неприятно, но терпимо, да?
– Неприятно что? – осторожно уточнил Денис и снова посмотрел на ворота: нет, ну точно сломались!
– А ты что, ничего не почувствовал? – изумился Генри и как-то немного обиженно добавил. – Не кольнуло даже?
– Неа, – Денис почему-то почувствовал себя слегка виноватым: ну как же – все что-то чувствуют, а он нет. Неправильно это, не по-честному!
– Значит, точно лес тебя сам выбрал, – с абсолютной уверенностью сказал Генри и, поправив амулет, направился от стены в глубь леса по выложенной аккуратными плоскими камнями дорожке.
Денис шёл рядом с Генри и внимательно рассматривал деревья и кусты, пытаясь найти в них что-нибудь нездешнее, чуждое, странное. Но окружающая растительность вела себя до отвращения прилично и ничем от известной Денису по прошлой жизни не отличалась.
Неожиданно деревья кончились, и приятели вышли на симпатичную опушку, словно сошедшую с плаката: «Победитель соревнования за звание самой аккуратной поляны». Ели и берёзы ровными рядами окаймляли идеально круглое пространство, на котором, как показалось Денису, на совершенно равном расстоянии цвели ромашки абсолютно одинакового размера. В центре – наверняка именно в центральной точке – стоял аккуратный домик из светлого камня с симпатичным крылечком и лавочкой возле него.
Над крылечком висела аккуратная табличка с надписью, которая повергла Дениса в состояние глубокой задумчивости. Красивыми буквами, напоминающими готические, ярко-алой краской на белоснежном куске дерева было написано. «Аптека «Не мешай».
– Какое интересное название! – не смог удержаться от комментария Денис. – И полянка такая… правильная. У меня такое впечатление, что тут даже размер травинок и диаметр цветов выверен с линейкой.
– Да вот вообще не удивился бы, – проворчал инспектор, решительно направляясь к крыльцу.
Они поднялись, и Генри, чисто символически постучав, потянул на себя дверь, а Денис затаил дыхание, готовясь к первой в своей жизни встрече с самым настоящим вампиром. Вдумываться в то, как это звучит, он не стал – себе дороже. Нужно учиться как-то принимать новую реальность. Пока он с этим справлялся очень неплохо, вот и дальше надо продолжать в том же духе.
За дверью обнаружился небольшой, но такой же идеально правильный зал, который Денис с трудом мог бы назвать аптекой: не было ни стеллажей с лекарствами, ни витрин с бесчисленными коробочками, ни привычного «аптечного» запаха.
Светлое просторное помещение было практически пустым, только у дальней стены возвышался прилавок, больше похожий на стойку ресепшн в приличном отеле. Почти белое дерево, никаких излишеств, лишь букет каких-то синих цветочков в высокой узкой вазе. Под окном приютился небольшой диванчик, на котором посетители, видимо, могли подождать выполнения заказа. Ни журналов, ни рекламных листовок Денис не заметил, да и смотрелись бы они в этом лаконичном и стильном интерьере как минимум странно.
– А вы что, док, предполагали увидеть здесь паутину, тлен и гроб, в котором я провожу свободное от изготовления ядов время? – прозвучал насмешливый голос, который подошёл бы не аптекарю, а диктору какого-нибудь центрального канала: мягкий, насыщенный, очень красивый.
Денис резко повернулся и увидел вошедшего в зал высокого мужчину, возраст которого он затруднился бы назвать: с одной стороны, выглядел вошедший достаточно молодо, но что-то в нём неуловимо говорило о прожитых столетиях, если не больше. Ярко-алые глаза недвусмысленно намекали на его нечеловеческую природу, а мелькнувшие во время улыбки клыки не оставляли возможности для отрицания очевидного.
– Хопис, я привёл к тебе нового дока познакомиться, – жизнерадостно сообщил инспектор, вальяжно располагаясь на диванчике. – И надеюсь, что ты запомнишь, что это сделал именно я!
– Ну, разумеется, – сверкнул клыками Хопис, – можно подумать, что без твоего вмешательства это событие никогда не произошло бы. Вы, люди, такие суетливые… Сначала это раздражает, а потом ничего, привыкаешь и как-то даже начинаешь относиться с некоторым умилением. Приветствую вас, доктор, – вампир изящно поклонился, – я, как вы уже наверняка знаете, аптекарь Хопис, по совместительству – глава немногочисленной, но достаточно влиятельной вампирской общины Фуортала. А вы, я так понимаю, иномирец?
– У меня это на лбу написано? – изумился Денис, а Хопис засмеялся мягким, каким-то бархатистым смехом.
– Ну что вы, док, – отсмеявшись, ответил он, – просто Гурций – это главный шаман Фуортала – советовался со мной, какой день лучше всего выбрать, да и тётка вашего приятеля, моя, как вы, люди, говорите, заклятая подружка, тоже свою очаровательную ручку приложила.
– Так я и думал, что она не просто предсказала, а приняла живейшее участие, – отозвался с диванчика Генри, – ей всегда нравились высокие блондины.
Тут он скептически покосился на светлые волосы Дениса, перевёл взгляд на «платиновый блонд» – кажется, именно так называла этот оттенок последняя подружка ошарашенного доктора – Хописа и с осуждением покачал головой. К кому именно относилось это самое осуждение, Денис не очень понял, но понадеялся, что к тётке, познакомиться с которой захотелось ещё сильнее.
– А почему такое странное название для аптеки? – не выдержал Денис, так как эта мысль не давала ему покоя с того самого момента, как он увидел вывеску.
– Почему странное? – алые глаза с интересом уставились на Дениса. – В чём конкретно вы видите его необычность?
– Да во всём, – молодой человек пожал плечами, – обычно аптеки называют как-нибудь оптимистично… Ну, не знаю, «Будь здоров» или там «Первая помощь»…
– Странные названия, – переглянулся с инспектором Хопис, – это как на трактире написать «Будь сыт!» или «Еда».
– А как рассуждали вы, выбирая столь экзотическое для моего восприятия название? – слегка обиделся за отечественный нейминг Денис.
– Я взял за название ту фразу, которую произношу здесь чаще всего, – любезно сообщил ему владелец аптеки, – зато сразу всем всё понятно. Пришёл, сделал заказ или забрал его – и не мешай. Вот вы, мой юный друг, какую фразу чаще всего произносите во время работы?
– Там, где я жил раньше… с учётом специфики моей деятельности, о которой вы, похоже, как и все вокруг, уже в курсе, – Хопис ничего не ответил, но тонко улыбнулся, – наверное, «вскрытие покажет». Согласитесь, было бы странно назвать так хоть что-нибудь.
– А по-моему так просто великолепное название для клиники, учитывая особенности твоей клиентуры, – неожиданно хихикнул Генри. – И можешь мне поверить, лесные, с их извращённым чувством юмора, будут в восторге!
– Это тот редкий случай, когда я соглашусь с тобой, Генри, – кивнул аптекарь и мечтательно прикрыл алые глаза, – стильно, со вкусом и никакого примитива!
– Вы сейчас ведь шутите? – растерянно уточнил Денис. – Я имею в виду – вы оба сейчас просто пошутили, да?
