У моей у Маши губы, как пушок,
Ой, у моей у Маши губы, как пушок-пушок.
Любить ее можно – целовать нельзя,
Ой, любить ее можно – целовать нельзя-нельзя,
Ой, жаль, жалко мне – целовать нельзя.
Возьму поцелую, – врешь ты, не умрешь,
Ой, возьму поцелую, – врешь ты, не умрешь, не умрешь,
Ой, жаль, жалко мне – врешь ты, не умрешь.
Старый муж, грозный муж
Старый муж, грозный муж,
Режь меня, жги меня:
Я тверда; не боюсь
Ни ножа, ни огня.
Ненавижу тебя,
Презираю тебя;
Я другого люблю,
Умираю любя.
Режь меня, жги меня,
Не скажу ничего;
Старый муж, грозный муж,
Не узнаешь его.
Он свежее весны,
Жарче летнего дня;
Как он молод и смел!
Как он любит меня!
Как ласкала его
Я в ночной тишине!
Как смеялись тогда
Мы твоей седине!
Вот мчится тройка удалая
Вот мчится тройка удалая
Вдоль по дорожке столбовой,
И колокольчик, дар Валдая,
Звенит уныло под дугой.
Ямщик лихой – он встал с полночи, —
Ему взгрустнулося в тиши,
И он запел про ясны очи,
Про очи девицы-души.
Вы, очи, очи голубые,
Вы сокрушили молодца,
Зачем, о люди, люди злые!
Вы их разрознили сердца?
Теперь я горький сиротина!
И вдруг махнул по всем по трем,
И тройкой тешился детина —
И заливался соловьем.
Я любила его
Я любила его
Жарче дня и огня,
Как другим не любить
Никогда, никогда!
Только с ним лишь одним
Я на свете жила;
Ему душу мою,
Ему жизнь отдала!
Что за ночь, за луна,
Когда друга я жду,
Вся бледна, холодна,
Замираю, дрожу.
Вот идет он, поет:
«Где ты, зорька моя?»
Вот он руку берет,
Вот целует меня!
Милый друг, погаси
Поцелуи твои!
И без них при тебе
Огнь пылает в крови.
И без них при тебе
Жжет румянец лицо,
И волнуется грудь,
И кипит горячо;
И блистают глаза
Лучезарной звездой!..
Я жила для него!..
Я любила душой!..
Ах, где ты, голубь, был
«Ах, где ты, голубь, был,
Где, сизенький, побывал?» —
«У голубушки своей в гостях
Я на правом крыле спал,
Сверху левым ее обнимал.
Вдруг проснулся голубок —
Голубушки со мной нет!
Полечу я за ней вслед,
Взовьюсь, голубь, высоко,
Опущусь на гору.
Из-под горки ключ бежит,
Тут голубушка моя лежит!
Знаю, знаю, кто ее убил:
Злой охотник из ружья,
Он тут ружьица пытал
И в голубушку мою попал».
На родимую сторонку ясный сокол прилетел
На родимую сторонку ясный сокол прилетел,
Он на ольху молодую тихо, жалостно присел.
Он головушку повесил, хвост печально распустил.
«Что ж ты, сокол мой, невесел, призадумался сидишь?
Или много горя видел в чужой дальней стороне?
Или кто тебя обидел в поднебесной высоте?» —
«Я в степях, в лесах был во дремучих, соколиху я любил,
Один сокол черноперый у меня ее отбил».
Соловей мой…
Соловей мой, соловей,
Молоденький, легонький,
Голосочек тоненький!
Не пой, не пой, соловей,
Громким голосом своим,
Не давай тоски-назолы
Сердечушку моему!
Уж и так мое сердечко
Надорвалось плакучи,
Я не знаю по чему.
Знать, по ней же, знать, по ней,
По сударушке своей!
Ты, сударушка моя,
Одолела ты меня,
Одолела, уезжала
В чужи дальни города.
Уж мне некого нанять,
По сударушку послать:
Уж мне малого нанять —
Мал не смыслит, как сказать.
А мне старого нанять —
Стар не дойдет до нее;
А мне ровнюшку послать —
Ровня сам охоч гулять.
Уж он пойдет по нее,
Засидится у нее,
Заглядится на нее,
На ее бело лицо,
На прекрасну красоту.
Уж и, знать, мне молодцу,
Подниматься самому
По сударушку свою!
По лугу я, девица, гуляла
По лугу я, девица, гуляла,
По лугу я, красная, гуляла,
По лугу я, по лугу я,
По лугу, по лугу, по лугу я!
Ягоды девица собирала,
Ягоды красна собирала,
Ягоды, ягоды я,
Ягоды, ягоды, ягоды я!
Страху девка набралася,
Страху красна набралася,
Страху я, страху я,
Страху я, страху я, страху я!
Ольху девица ломала,
Ольху красная ломала,
Ольху я, ольху я,
Ольху я, ольху я, ольху я!
Сверху девица сломила,
Сверху красная сломила,
Сверху я, сверху я,
Сверху я, сверху я, сверху я!
К речке девка подходила,
К речке красна подходила,
К речке я, к речке я,
К речке я, к речке я, к речке я!
Свежую рыбушку ловила,
Свежую красная ловила,
Рыбу я, рыбу я,
Рыбу я, рыбу я, рыбу я!
Печку жарко затопила,
Печку красна затопила,
Печку я, печку я,
Печку я, печку я, печку я!
Дружка в гости заманила,
Дружка красна заманила,
Дружка я, дружка я,
Дружка я, дружка я, дружка я!
Свежей рыбушкой кормила,
Свежей красная кормила,
Рыбой я, рыбой я,
Рыбой я, рыбой я, рыбой я!
Косточкою подавила,
Косткой я, косткой подавила,
Косткой я, косткой я,
Косткой, косткой, косткой я!
Прошло лето, прошла осень
Прошло лето, прошла осень,
Прошла красная весна,
Наступает время скучно —
Расхолодная зима.
Все речушки призастыли,
Ручеечки не текут,
В поле травоньки завяли,
Алы цветы не цветут.
Зелены луга посохли,
Вольны пташки не поют.
Ты, расейска вольна пташка,
Воспремилый соловей!
Ты везде можешь летати —
Высоко и далеко,
Сколь высоко, сколь далеко —
В славный город Ярослав.
Разыщи мне там милого
Не в трактире, кабаке,
Сядь пониже, сядь поближе,
Дружку жалобно воспой.
Ты воспой, воспой милому
Про несчастье про мое,
Про такое ли несчастье:
Меня замуж отдают
Не за милого за друга —
За старого старика,
За старого, за седого,
За седую бороду,
За большую голову.
Уж вечор-то я, добрый молодец
Уж вечор-то я, добрый молодец,
У любушки был.
Сказала мне любушка
Нерадостну весть,
Нерадостну весточку:
«Мил, отстать надо!
Отстань, отстань, миленький,
Отстань, вольный свет!
Женись, женись, миленький,
Женись, вольный свет!
Возьми, возьми, миленький,
Кого я велю:
Возьми, возьми, миленький,
У вдовиньки дочь:
У вдовиньки доченька,
Дочь Авдотьюшка.
Вспомни, вспомни, миленький,
Про прежнюю любовь:
Как мы с тобой, миленький,
Совыкалися,
Под белой березою
Расставалися.
На этом-то местечке
Трава ль не растет;
Растет, растет травонька,
Все цветы цветут,
Цветут, цветут цветики,
Все алеются,
Зеленая травонька
Зеленеется.
У мово дружка милого
Кудри в три ряда,
В три ряда кудерушки
По плечам лежат,
По плечам кудерушки, —
Жениться велят!
Женись, женись, миленький,
Женись, вольный свет!»
Розовый цветок
Расцветай-ка, расцветай-ка,
В поле розовый цветок!
Побывай-ка, побывай-ка
Ко мне, миленький дружок!
Посидим-ка, посидим-ка
Мы последний с тобой вечерок,
Поговорим-ка, поговорим-ка
Мы про прежнюю с тобой любовь.
Что такая любовь злая —
Наглядеться с милым не дала,
Наглядеться, насмотреться
На его бело лицо…
Кабы знала, кабы знала,
Не зачинала бы любить!
И с того горя-кручины
Пойду в зелен сад гулять.
Я сорву ли, я сорву ли
В саду розовый цветок,
Я завью ли, я завью ли
На головушку венок.
Родимая ты моя мати
Родимая ты моя мати,
Матушка!
Ты дай мне поспать,
Понежиться,
Покуда я, младешенька,
Во девушках;
Замуж выдадут,
Поспать не дадут,
Поспать не дадут,
Работать велят:
«Работай, наша невестушка,
Не постаивай!
На родимую сторонушку
Не поглядывай!..»
А на родимой на сторонушке
Три зазнобушки:
Еще первая зазнобушка —
Родный батюшка;
Другая зазнобушка —
Родная матушка;
А третья-то зазнобушка —
Еще брат с сестрой…
Соловей мой, соловеюшка
Соловей мой, соловеюшка,
Соловей мой, родный батюшка,
Полети, мой соловеюшка,
На мою дальну сторонушку,
Ты скажи, мой соловеюшка,
Кому воля, кому нет воли гулять?
Красным девушкам своя воля гулять,
А молодушкам мужья не велят,
Гулять волюшка у батюшки,
У родимы у матушки;
У молодки три заботушки;
Уж как первая заботушка
Чужа дальная сторонушка,
А другая-то заботушка
Муж удалая головушка,
А как третья-то заботушка
Лиха матушка-свекровушка,
Не пущает младу по воду одну.
Ах, кабы на цветы не морозы
Ах, кабы на цветы не морозы,
И зимой бы цветы расцветали,
Ох, кабы на меня не кручина,
Ни о чем-то бы я не тужила.
Не сидела бы я подпершися,
Не глядела бы я в чисто поле.
И я батюшке говорила,
И я свету своему доносила:
«Не давай меня, батюшка, замуж,
Не давай, государь, за неровню;
Не мечись на большое богатство,
Не гляди на высоки хоромы.
Не с хоромами жить, с человеком,
