Нюрнберг 8 августа 1946 года. Представитель обвинения: «Вы — бывший штурмбанфюрер СС Вольфрам Зиверс, руководитель «Аненэрбе»?» Подсудимый: «Да». Допрос посвящен опытам СС над заключенными концлагерей. Зиверс отрицает свою причастность к ним. Он говорит о Шамбале, Агарти… По залу распространяется шумок недоумения. Наконец бывший полковник начинает рассказывать об одном из основателей «Ahnenerbe», докторе Хильшере. Допрос резко обрывают…
Заглянем в архивный список руководителей СС. Зиверс имеет право носить кортик и серебряный перстень с черепом. Это говорит о достаточно высокой степени посвящения. Однако в общей иерархии штурмбанфюрер стоит на скромном 1082-м месте. Странно: Нюрнбергский трибунал приговорил его, обыкновенного полковника, к смертной казни наряду с главарями рейха. Может быть, не чин определял его истинное положение? И что это за странное название «Ahnenerbe»?
Французские исследователи Жак Бержье и Луи Повель в книге «Утро магов» упоминают еще одну необычную подробность. Перед казнью Вольфрам Зиверс осуществил какой-то таинственный ритуал. Охранники ничего не могли понять в странных телодвижениях и непонятных словах эсэсовца. Они походили на заклинания. Но к кому обращались эти жесты и звуки?
Участвовал в необычном действе и загадочный Хильшер. Парадокс: он был допущен в камеру осужденного как посетитель. А сам, будучи одним из основателей «Аненэрбе», избежал не только казни, наступившей 16 октября 1946 года, в еврейский праздник День искупления, но и какого бы то ни было наказания вообще.
В 1989 году в Нью-Йорке вышла книга «Мессианское наследие». Ее авторы цитируют одного из обвинителей со стороны союзников. По его словам, из документов Нюрнбергского процесса были сознательно изъяты свидетельства о ритуальных и оккультных аспектах Третьего рейха. Близкий к масонским кругам писатель Тревор Равенскрофт в книге «Копье судьбы» прямо написал об общих духовных источниках фашизма и некоторых современных, чрезвычайно влиятельных тайных структур. «Те, кто знал, хранили молчание. Лидеры секретных обществ, связанных с формированием мировой политики, понимали: они отнюдь ничего не выиграют от разоблачения сатанинской природы нацистской партии».
Что ж, попробуем заглянуть за обманчивую завесу известных фактов.
В австрийском городке Ламбах существовал бенедектианский монастырь. Его настоятелем являлся некий Теодор Хаген. В середине XIX века он совершил продолжительное путешествие на Ближний Восток и Кавказ. Целью был поиск эзотерических знаний, утраченных в Европе.
Из хеля, германо-языческого царства мертвых, за Хагеном внимательно следили чьи-то глаза. Тора? Вотана? Но демоны не имеют национальности. Недаром одно из имен Вотана — Гримнир — «скрывающийся под маской». Из-под этой белокожей маски еще появится смуглая физиономия…
Хаген привез огромное количество древних манускриптов. Их содержание осталось загадкой даже для братии. Известно только, что вскоре настоятель дал заказ местным мастерам — сделать в аббатстве новые барельефы. Их основой стала свастика — древний языческий знак кругообразного вращения мира{26}. В те годы в сознании западных европейцев свастика уменьшилась до размеров засохшего насекомого. Паучка, нацарапанного кем-то на камне в незапамятные времена. Однако скоро, очень скоро этот концентрат спящей энергии будет разбужен…
Интересное совпадение: примерно во времена появления свастики на стенах ламбахского монастыря в его церковном хоре пел один худенький мальчик. Звали его Адольф Гитлер…[61]
После смерти Теодора Хагена в Ламбах пожаловал Цистерианский монах Йорг Ланс фон Либенфельс. Почему-то загадочные манускрипты Востока братия предоставила ему без малейшего ропота. Очевидцы вспоминали, что Либенфельс несколько месяцев провел в монастырской библиотеке, лишь изредка выходя для приема скудной трапезы. При этом цистерианец ни с кем не разговаривал. Он выглядел крайне возбужденным. Как человек, находящийся во власти поразительного открытия.
Изучение старинных свитков подвигло Либенфельса основать духовное тайное общество. Оно получило название Орден нового храма. Странно! Католический монах возжелал нового храма. Но если не христианского, то какого?
В 1947 году Либенфельс напишет, что именно он привел Гитлера к власти. Но это будет потом. А пока, на рубеже веков, Орден нового храма стал одним из центров малоизвестного оккультного течения. Оно называлось «виенай». В переводе со старонемецкого — «посвящение». Это понятие в гордых умах эзотериков трактуется как мистическое постижение того, что для профанов является объектом слепой веры…
К течению «виенай» относился и орден Гвидо фон Листа[62]. Он был учрежден в Вене в 1908 году. Себя Лист считал историком, читающим прошлое по фольклору и пейзажам. Порой они приводили его в транс. И тогда этот несчастный ясно «видел» события минувших веков. Он уверенно называл места гробниц тевтонской богини Иса, злого духа Агира… Кто-то указывал ему незримое? Или просто врал на ушко?
Еще мальчиком Лист посетил катакомбы под собором Святого Стефана в Вене. Темнота и низкие своды стали фоном для его самоинициации. Неожиданно для себя он преклонил колена, как он считал, перед подземным языческим жертвенником и поклялся построить храм Вотана… Взмахнув своим синим плащом, древнегерманский бог столетиями скованный забвением, вошел в душу несчастного[63].
В отличие от своих давних предков, не знавших Единого Бога, Лист поклонился идолу, будучи крещенным. Страшный выбор! Но в Германии он был подготовлен. Все шло словно по плану Пайка. Философия XIX века создала в душах атеистическую пустоту, и в выметенный с немецкой аккуратностью дом со свистом ворвались демоны. На крыльях музыки Вагнера слетались белокурые валькирии из Валгаллы. Из небесного Асгарда мчались асы. Тяжелый шаг Вотана застыл в граните изваяний… Сам Один, испивший экстатического меда поэзии, подсказывал новым скальдам звучные, как звон мечей, рифмы… И чем громче звучали имена ветхих богов, чем чаще актеры призывали их в свои тела, тем большую силу они приобретали.
В духовной пустоте отступившей от Христа Германии путч ветхих богов шел как по маслу.
Впоследствии Листу «открылись» рунические заклинания Вотана в древних исландских источниках. Один из постулатов звучал так: «Заключив в себе мир, ты станешь творцом универсума».
Лжеслово трудилось вовсю.
В зрелые годы Лист всерьез взял на себя роль «демиурга». Средствами оккультной интерпретации он пытался перестроить прошлое по законам современной ему пангерманистской идеологии. Этот странный человек утверждал: жрецы Вотана образовали в древности первую аристократию германских племен во главе с королями-священниками. Гонения христианства заставили их создать тайные общества. В недрах этих «бундов» скрывалось сакральное арийское знание.
Чтобы восстановить его, в ордене Листа был образован внутренний круг — Арманенорден. Он должен был стать преемником целой цепочки организаций, веками передававших друг другу эстафету тайны. Тамплиеры, розенкрейцеры, суды Вема…[64]
Лист писал о германской традиции как исключительной носительнице духовности и мудрости предков, обитавших на древнем континенте Арктогея. В книге была помещена даже карта этой легендарной земли со столицей Туле.
Фантазии этих странных людей уносились в Атлантиду, Лемурию… Если бы кто-то из сегодняшних «романтиков», которые произносят имена Листа, Либенфельса и им подобных с пиететом, знали немецкий язык и имели бы возможность почитать их многословные, тяжеловесные труды, они ужаснулись бы низкопробному бреду. И группы-то их были карликовые, анекдотичные. А ритуалы? Вот Лист отмечает 1500-летие разгрома германцами римских легионов: на вершине холма выкладывает свастику из выпитых бутылок. Длинная седая борода развевается по ветру. Старинного покроя берет съехал на ухо. Арийские собутыльники смотрят на все это с восхищением.
Бесы любят поиздеваться над людьми, но главной своей цели не забывают. Вся эта чушь скоро сложится во что-то грандиозное. Ложь, существование несуществующего, обретет вампирическую жизнь. И тогда многим станет не до смеха.
Роза пахнет серой
Закончив книгу «Мистериальный язык индогерманцев», Лист поставил подпись. Она любопытна. В нее вплетена пятиконечная алхимическая звездочка. Таков намек на преемственность Арманенорден по отношению к традициям некоего загадочного движения. А именно — розенкрейцеров, проявившихся в эпоху Возрождения и ставших одним из прообразов тайных обществ Европы.
О происхождении ордена всегда ходили разноречивые слухи. Некоторые исследователи ссылались на каббалистическую книгу «Зогар», называющую розу символом еврейства. Исходя из этого, цветок на кресте можно считать символом господства иудеев над христианством{27}.
