— Эй, Ита, у тебя все в порядке? — спросил меня Раслин.
— Не знаю, у меня какие-то браслеты на руках появились, а узор на висках мальчиков пока еще немного светится, — не соображая, что говорю, ответила я.
— Браслеты, какие браслеты! — с громким воплем подбежали ко мне Ралин и Раслин. — Ты что совсем с ума сошла, вместо невинной шутки настоящую помолвку с ними заключать, причем с обоими сразу.
— Как, помолвку7 Вы же говорили, что это все просто шутка — волнуясь, спросила я, замечая, как они обеспокоены произошедшим.
— Это и была шутка, пока ты своей кровью не закончила узоры. И что нам теперь с этим делать? — хмурясь, сказал Раслин.
— Но это была не я, ну по крайней мере не специально — начала объяснять я, — просто, когда я захотела закончить узоры, потому что в них чего-то нехватало, и поднесла руки к их вискам, кровь полилась сама.
— Вот значит как, — сказал незаметно подошедший сзади Раминер. — Значит это боги вмешались, а расхлебывать все тебе.
— Боги? Какие боги? И как часто он вмешиваются в жизнь людей? Что за сюрпризы? — шокировано спросила я.
— Да, боги у нас есть и их довольно много. Сложно сказать, чье пристальное внимание ты привлекла, Ита, — снова ответил Раминер. А он, похоже, очень много знает, но почему я этого раньше не замечала? Зачем он это скрывает? — Но частого вмешательства в нашу жизнь раньше замечено не было. Теперь все иначе, ты привлекла внимание и отныне не жди спокойной жизни. Не получится. От тебя уже ничего не зависит. А по поводу браслетов скажу одно — им об их существований знать не надо, — сказал он, указывая на спящих мужчин. — Следи за каждым своим шагом и не совершай больше необдуманных поступков. Сейчас все еще хорошо кончилось — уже полу — шутя, сказал он и пригрозил мне пальцем.
— Хорошо, да что же в этом хорошего? Я обручена с двумя «людьми», которых я совсем не знаю, и выхода нет.
— Как это нет? Выход есть всегда — подмигнул мне Ралин. — ведь у нашего народа, если в течении трех циклов одного сезона у обрученных не наступает близости, то помолвка считается расторгнутой.
— А если же наоборот?
— Ну тогда добро пожаловать в семью. Тогда брак считается заключенным, и не важно хотят этого или нет. Да к тому же, у нас браки один раз и на всю жизнь. Выйти замуж или жениться еще раз можно только после кончины одного из супругов, по прошествии двенадцати сезонов.
— Это что же, раз и навсегда, Да? А бывают такие же нестандартные ситуации, как у меня?
— Хм, а у тебя ситуация стандартная, покажи ка браслеты еще раз, — сказал Раслин. — Да я так и думал, видишь у тебя один браслет красный, а другой темно синий.
— Ну да, все именно так…
— А это значит, что с Сирелом у тебя образовалась кровная связь — вот браслет и красный.
— Значит я и он уже муж и жена что ли?
— Нет, конечно, все просто. Теперь он твой кровный брат, отныне он часть твоей семьи, это здорово найти родственника особенно в нашем обществе, хотя твой случай уникален. И все благодаря богам — цени этот нежданный подарок, а браслет скоро исчезнет, но ты всегда сможешь найти Сирела, где бы он не был. Эта связь похожа на брачную, но все же немного другая, она у вас как у близнецов, скоро ты и он сможете ощущать чувства друг друга, а это так здорово, — завистливо сказал Раслин.
— Завидуешь, на тебя это не похоже.
— Да, завидую, но не только я, а Ралин и Раминер в том числе. Ведь мы братья, тоже хотели бы подобную связь, а природа нам этого не дала. Жаль.
— Не расстраивайся, думаю, рядом со мной вас ждет что-то более значимое, чем это, раз уж меня «одарили» боги, — с сарказмом закончила я, — а как же другой браслет?
— С этим труднее. — перехватил у Раслина инициативу Ралин, — он темно синий, под цвет волос и силы Дарина, ведь волосы отражают нашу истинную природу и возможности. А это значит, что этот браслет как раз таки обручальный. Не нравится мне это. Теперь у него есть право заявить свои права на тебя, а это не к добру. Да и ты совсем не знаешь его…
— Расскажи мне о нем, что с ним не так? — заинтересовалась я, моя же судьба решается.
— Тут объяснять нечего. Он из рода Вечного льда, а у них ледяные сердца. В прошлом этот род был многочисленен, как и твой впрочем. Но из — за льда в сердце, в душе и всей сущности они начали уходить один за другим, практически не оставляя потомков после себя. Их осталось всего семеро. А Дарин, он старейший из них, нет, по нашим меркам он молод и полон сил, но душа — у него ее нет. Он бесчувственный холодный лед. Это те слова, что отражают его истинную сущность. Он часто играет с нами в жестокие игры, плетет интриги, делает все, что бы развеять скуку. Я думаю, что ты заметила, как он оживился, когда в отряде появилась ты. Ему вновь стало интересно, он начал немного «оттаивать». Но, увы, после того, как ты стала общаться с нами — все вернулось на круги своя.
— И что, совсем ничего нельзя сделать? — расстроено спросила я.
— Ничего. По крайне мере из того, что я знаю. А ты обручена с ним, он не из тех, кто пустит все на самотек. Ведь он всегда добивается своего, а ты его заинтересовала, это заметно. Но от этого вряд ли что — нибудь изменится, уж поверь мне.
— Я попробую все исправить, выход должен быть, — уверенно сказала я.
— Выход есть, не спорю, — усмехнулся Раминер, — убеги от него на три цикла и ты свободна, все бы хорошо, но, если ты так сделаешь, то он пойдет на принцип, чтобы добиться тебя. Это точно.
— Ладно, допустим, может браслет исчезнет, станет невидимым, как уже исчезает красный?
— У него нет, у тебя да — станет невидимым, но его все больше будет тянуть к тебе, причем не его интерес, а магия, ведь вы помолвлены. Не представляю, как долго ты сможешь скрывать это, — с грустью сказал Раминер, — тем более, мы надеялись, что ты выберешь кого — нибудь из нас, а тут такая несуразность, — ничего, мы справимся, но теперь ты будешь нашей сестренкой, и мы не дадим тебя в обиду. Согласна?
— Конечно да, в чем вопрос, вы мне тоже как братья — с радостью ответила я, — как же это здорово, — за одну ночь обрести родного, кровного брата и трех названных — так могло случиться только со мной. Но я довольна и не о чем не жалею!
Естественно за исключением Дарина, с ним неясно, он «темная» лошадка… А Дарин, он необычный, и симпатичен мне и пугает одновременно. Да странно это, что я его заинтересовала в столь «юном» возрасте, чай на четыре года младше сейчас, над этим стоит задуматься, хотя кто знает их обычаи, а теперь и моя, вдруг так принято выходить замуж в семнадцать — восемнадцать лет…
Закончив разговор на этом, мы решили все — таки продолжить нашу шалость. Поэтому мальчики подняли магией большой пласт снега и положили на спящих Сирела и Дарина. Аккуратненько все замаскировали, чтоб Рен утром не заметил, и отправились спать. То-то завтра будет картина — загляденье. Надо только убедить Рена, что наши «спяшие» ушли раньше, на разведку, и встретятся с нами позже. А все, хватит, спать пора, иначе утром не обойдется без скандала.
