моих пальцев на страницы и я в два счета заканчиваю краткое описание сюжета романа, чтобы показать его Беатрис. А потом Джим взял и все испортил.
Я твердила себе, что не нужно обращать на него внимания, что он такой неделикатный из-за стресса, но в глубине души знала, что муж прав. Пусть и не прибегая к столь резким словам для выражения своих мыслей, я не могла не признать, что образования мне не хватает. Честно говоря, я даже толком не знала, что это такое. Колледж я посещала, но недолго, и всегда считала, что люди открывают для себя литературу, философию, естественные науки, музыку и всякие такие вещи через личный интерес. Просто проштудировать литературу по списку, проставить галочки в каждой графе, а потом получить академическую степень — по мне, это отдавало жульничеством.
Я поднялась, выбросила из головы все мысли о новых начинаниях и решила вместо этого приготовить ужин. За дело я принялась рьяно и в процессе очень старалась не расплакаться.
* * *
Беатрис прислала мне электронное письмо. Ей хотелось обсудить наш проект. Она написала, что много о нем думала и ей не терпится приступить. Когда мы встретимся? Отлично, вот только мне больше не хотелось заниматься никаким проектом.
— О чем это ты, Эмма? Конечно, мы им займемся! — заявила Беатрис, когда я сообщила ей о своем нежелании.
Я почувствовала себя виноватой. С ее стороны было так мило предложить помощь, а я, значит, только зря ее время потратила и ничего не написала. Проще было бы отделаться расплывчатыми формулировками вроде: «Позволь мне еще подумать; не уверена, найдется ли у меня время, надо посмотреть; может, начнем после праздников; там будет видно», но нет, мне приспичило высказать все четко и ясно.
— Беатрис, я серьезно, это глупая идея, мы тогда просто перебрали розовой шипучки.
— Ты только при мсье Реймоне не назови «Барт» розовой шипучкой. Он вышвырнет тебя из «Л’Амбруази», и мы с тобой никогда больше туда не попадем.
Я засмеялась, радуясь, что в ее изложении получалось, будто из-за моей оплошности неприятности могут возникнуть у нас обеих. Как будто мы с ней были подругами. Настоящими подругами.
— Давай начистоту, Эмма. Не сдавайся еще до того, как начала. Весь смысл задания в том, чтобы я показала тебе, как его нужно выполнить, и, кстати, сомневаться совершенно нормально. В общем, дорогая, пусть это будет твоим первым уроком. Не уступай сомнениям. Нужно прорваться сквозь них и увидеть, что там, за углом, а иначе как ты это узнаешь?
Конечно, в ее словах был смысл, и я вдруг обнаружила, что рассказываю о реакции Джима и о том, как она меня обескуражила. Может, я наговорила больше, чем следовало, но зато дала выход бурлившему во мне негодованию. Призналась, что с тех пор, как Джим заступил на новую должность, он порой заставляет меня почувствовать себя несколько… как бы сказать-то… обесцененной. Слово, конечно, не совсем точное, но явно из нужной оперы.
Не знаю, с чего я все это наболтала, потому что на самом деле наши отношения с мужем были совсем иными. Мы замечательно жили, я чувствовала, что люблю и любима, но все-таки меня что-то грызло изнутри. Может, мне хотелось попытаться обсудить эту тему, высказаться, понять, как это прозвучит и что выйдет в итоге.
— Прости, Эмма, но он тебе завидует, — заявила Беатрис, и я расхохоталась.
— Вот уж вряд ли. Можешь не сомневаться, завидовать тут нечему.
— Ты удивишься, но завидует. Мужчины вроде Джима склонны к соперничеству. Просто поверь на слово: я знаю, что так оно и есть.
«Мужчины вроде Джима». Я понимала, что намерения у Беатрис самые добрые, но меня все равно кольнуло чувство вины.
— Слушай, Беатрис, мне вообще не следовало все это говорить. И я совершенно неправильно обрисовала тебе Джима. На самом деле он совсем не такой.
— Доверься мне, милочка. Ты красивая, состоявшаяся, умная деловая женщина, которая прокладывает свой путь в жизни. Ты замечательная, и с тобой следует считаться. Он просто пытается не отстать.
По идее, ее слова должны были бы меня порадовать, как и то, что такая незаурядная женщина горой стоит за меня, серую мышку, но она совершенно не знала Джима, и мне показалось, что с ее стороны слишком самонадеянно судить мужчину, с которым я живу столько лет. Как будто Беатрис понимает его лучше, чем я! Мне подумалось, что своим рассказом я оказала Джиму медвежью услугу. Он придет в ярость, если об этом узнает. И я уж всяко не была красивой — тогда уж точно, — но меня это не беспокоило. Особо состоявшейся я тоже себя не чувствовала, и назвать меня деловой женщиной можно было лишь с натяжкой. Незачем мне слушать вранье.
— Беатрис, я описала тебе всего одну ситуацию, а не картину в целом. Мне жаль, что я наговорила столько всего. Не надо было, это несправедливо с моей стороны. Забрать свои слова я не могу, но жалею, что сказала их.
— Ой, да не бери в голову, это же между нами, девочками. И я понимаю тебя, на самом деле понимаю. Но вот что я тебе скажу: повезло ему с тобой.
— О’кей, и давай уже оставим эту тему.
— Конечно. Только не думай, что сорвалась с крючка. Мы заключили договор, ты и я, к тому же я не требую, чтобы ты мне «Войну и мир» принесла, хватит и пары листов. А там посмотрим.
Я почувствовала облегчение, расслабилась и снова стала получать удовольствие от беседы.
— Ладно, решено. Значит, две страницы.
— Плотное заполнение, одиннадцатый размер шрифта. Не жульничать.
— Понятно.
— Этот твой мужчина, когда он возвращается? Потому что сегодня вечером я хочу тебя похитить. Не возражаешь?
— Он вернется только завтра, но…
— Отлично! Пойдем вместе на маленький званый вечер к Крейгу Барнсу. Это мой друг, он тебе понравится. И ты познакомишься там со всевозможными очаровательными людьми, которые пишут очаровательные истории. Пожалуйста, соглашайся.
На миг я заколебалась, но всего лишь на миг, а потом сказала себе: «Сделай что-нибудь новое, Эмма. Знакомься с новыми людьми, вкладывайся в новую дружбу с этой потрясающей женщиной».
— С удовольствием.
— Чудесно! Как же я рада! Встретимся у меня? А потом вместе поедем в гости.
Весь остаток дня голова у меня кружилась от восторга.
* * *
— Эмма, дорогая, только посмотри на себя! Выглядишь просто замечательно.
Я надела платье до колен с короткими рукавами, красное, в больших маках. Оно мне очень нравилось. Я получила его в подарок от одного
