Еще одно потрясение. Прежняя Поля обожала поспать подольше, и, чтобы она успела к первому уроку, мама буквально с одеялом стягивала ее с постели.
Поля ушла. Дина разделась, натянула необъятную майку, видимо, принадлежавшую Аполлинарии, легла на хрустящее белье и моментально провалилась в сон.
Пробуждение ее было столь же внезапным, и в первое мгновение она не могла понять, где находится. Потянулась к часам. Ровно шесть. Странно, но спать больше не хотелось.
«А пойду-ка я потихонечку умоюсь», — решила она и, нашарив на полу мягкие широкие тапочки, тоже, вероятно, из Полиных запасов, двинулась по коридору.
Отворив дверь, Дина от неожиданности громко взвизгнула. Прямо посередине ванной стоял абсолютно голый молодой человек, которого она неоднократно видела по телевизору.
— Здравствуйте, а вы кто? — глупо улыбаясь, прошептала она.
Молодой человек, даже не попытавшись прикрыться, с неменьшим изумлением таращился на нее.
— А вы-то сами кто? И что делаете в моей ванной?
VI
В ванную влетела Аполлинария. Рукава ее накинутого на плечи халата развевались, как крылья.
— Ой, ты проснулась! Уже познакомились? Потрясенная, Дина лишь невнятно помычала в ответ.
— Владик, детка! — обратилась Поля к возлюбленному. — Ты бы хоть в полотенце замотался. Нельзя так добропорядочных женщин пугать.
Можно подумать, она в первый раз в жизни мужика голого видит, — сердито отозвался тот. — Я, между прочим, нахожусь в своей собственной ванной. Меня чуть кондратий не хватил, — добавил он, закрывая за собой дверь душевой кабины.
Из душа с шумом полилась вода.
— Видела, какой красавец? — хвастливо осведомилась Аполлинария. — Сложен как греческий бог! Настоящая атлетическая фигура!
Дина терялась с ответом.
— Ладно, пошли. Не будем больше смущать пусика. Помоешься в моей ванной.
И она увлекла Дину за собой.
— А уверяла, что он у тебя на гастролях, — все еще не могла прийти в себя от потрясения та.
— Так он на них и есть, — кивнула подруга. — Окошко образовалось, вот на денек домой и заскочил. Говорит, очень соскучился. Боится, верно, как бы в его отсутствие не увели.
Щеки у Поли алели, словно у девочки, глаза сияли, а Дина, не зная, куда деваться от смущения, ощущала себя так, будто случайно застала подругу и Владика в постели.
Похоже, Полька по уши влюблена в этого мальчишку! Господи, ужас какой! Нет, он, конечно, красивый. Но Дина молодых людей его возраста воспринимала примерно так же, как Мишкиных ровесников. То есть Владику, естественно, уже далеко не одиннадцать, но ведь совсем ребенок. И выражение лица совершенно щенячье. А Полька его в постель к себе укладывает, и там…
Дину передернуло. Ну Польку понять можно, что она его хочет, но он-то как? Практически в сыновья ей годится. Полька, при всей ухоженности, выглядит не моложе своего возраста, а может, даже и старше. Однако какие-то чувства он к ней испытывает: Аполлинария не из помойки его вытащила. Владик до нее два года как пел. И явно что-то зарабатывал. Значит, не от отчаяния с ней связался.
Тут Дине вспомнилось, сколько раз она сама в прежние годы твердила подруге, что вкусы у мужиков разные. Твердить-то твердила, но даже она не предполагала, до какой степени. Или это она сама с возрастом превратилась в ханжу? В конце концов, если оба довольны своим союзом, кому какое дело до разницы в возрасте и прочего?
Однако как она ни пыталась примерить подобную ситуацию на себя, ничего не получалось. Она бы так не смогла.
— Слушай, давай и тебе молоденького найдем? — Аполлинария извлекла из шкафа стопку свежих полотенец.
— Я постарше предпочитаю, — с трудом сдержалась Дина. Шутка подруги порядком ее резанула.
Та фыркнула.
— А-а, теперь понимаю, почему ты из своей поликлиники уходить не хочешь. Геронтофилка. Старички тебе нравятся.
— Перестань! — Дине стало еще неприятнее.
— О-о, да ты, гляжу, и чувство юмора растеряла, — поцокала языком подруга. — Или это у тебя от недосыпа? Но ты в корне не права. Молодые гораздо лучше. Владька у меня просто динамит в постели! Так что, прежде чем отказываться, советую хоть один раз попробовать. Не Владьку, конечно! — скороговоркой предостерегла она. — Этого даже тебе не дам.
«Они только что переспали, — поняла Дина. — Потому Полька так и светится». Ей сделалось пусто и одиноко. Сама-то уже забыла, когда так светилась в последний раз. Более того, успела за годы одиночества забыть, что такое возможно.
— Да ты не расстраивайся. — Видимо, чувства отразились на Динином лице до такой степени, что Аполлинария заметила. — Найдем мы тебе мужика. Классного. Любого возраста, какого захочешь! Обещаю! Ты даже не представляешь, сколько их по Москве бесхозных бродит. Причем вполне доброкачественных, а их такие лахудры в результате подбирают!
Дину по-прежнему коробил Полин покровительственный тон.
— Перестань меня сватать, тем более что еще не знаешь, за кого. — Она попыталась произнести это легко и шутливо, но голос предательски дрогнул. — Я привыкла сама свою жизнь обустраивать.
— Во-первых, не обижаться мне тут! Не первый день знакомы. Ты мне полжизни почти как сестра была. — Аполлинария приобняла ее за плечи. — Не знаю, как бы я без тебя школу закончила. А теперь, разве не вижу? Ты несчастлива. А у меня все наладилось. Моя очередь тебе помочь. Ничего стыдного нет. Ты себя заперла и словно ключ от двери выбросила, а я хочу тс освободить.
— Поля, не обижаюсь я на тебя. Просто привыкла сама.
— Ни к чему хорошему ты не привыкла, — ласково продолжала Аполлинария. — Пойми, ты достойна гораздо большего, чем сейчас имеешь, но почему-то сама перестала в это верить. Иди мойся. Сейчас завтракать будем. А то мой птенчик очень голоден.
— Растущий организм, — не удержалась Дина.
— Ехидничаешь? Хороший признак.
Поля закрыла дверь ванной.
«Опять последнее слово осталось за ней», — подумала Дина, но почему-то не расстроилась и даже поймала себя на том, что мурлыкает под душем.
В одетом виде Владик оказался совсем очень даже милым. И веселился от всей души по поводу своеобразного утреннего знакомства.
— Мне сперва показалось, фанатка в квартиру проникла, — смеясь объяснял он Дине. — Думаю, влип. Сейчас изнасилует.
— Ну в ваши фанатки я, наверное, по возрасту не очень гожусь, — сказала она.
— Ошибаетесь. — Владик кокетливо на нее покосился. — Ко мне иногда такие тетечки с букетами ломятся. А вы-то молодая, красивая.
Он весьма плотоядно оглядел Дину с ног до головы.
— Пусик, не соблазняй подругу, — немедленно отреагировала Аполлинария. — У меня на нее совершенно другие планы.
