самообразования. И если мое личное душевное спокойствие нарушается, могу что-нибудь такое колдануть и, как часто это бывает, потом не вспомнить, что в сердцах наслала.
- Я ж сказал – байки, – усмехнулся оборотень, подставляя мне свое пузо. - Зар-р-р-рий мужик хор-р-р-роший. Зачем поднимать панику? Скор-р-р-рмил липовую вер-р-р-рсию всем, а сам, бледный, носиться, охр-р-р-ранку усиливает. И я ему говор-р-рил – не соглашайся на ящериц. Одни пр-р-роблемы от них.
В этом с Дафуром я согласна. Но и догадываюсь о настоящей причине его негатива. Драконы те же оборотни, но в ходе долгой и кровопролитной войны отстояли свое право на независимость вида. Дела-то давно минувших дней, а обида осталась.
- Положим, не все драконы плохие, – тут же воинственно откликнулась Ванда.
Эхе, подруга, смотрю Хаши тебя серьезно зацепил. Надо будет обязательно напроситься на церемонию представления потенциального жениха родителям. Зрелище обещает быть кровавым.
- Ты, кр-р-расавица, с НОРМАЛЬНЫМИ не общалась, - усмехнулся снежный барс. – Хаши потому и изгой, что другой.
Беседу прервал визит зареванной ведьмочки. Миниатюрная девушка с конопушками на вздернутом носике. Сзади ее подпирали подруги бледнее луны. Дафур моментально оценил обстановку и слинял. Еще бы, не зря он преподаватель тактики и стратегии.
- Ну-с, – я посмотрела на дрожащую девочку, – кто из драконов обидел? – А откуда я знаю, что именно они? Интуиция!
Ведьмочка стянула остроконечную шляпу и стала неуверенно мять ее тонкими пальцами.
- Понимаете… я… мы же просто общались… а теперь… вот… - она всхлипнула.
И это «вот» мне совсем не понравилось.
- Конкретней!
Девочка судорожно вздохнула и решилась:
- Рша. Он подсел ко мне за обедом. Мило общался. Спрашивал про учебу, преподавателей, экзамены. Комплименты сыпал. – Вел себя как обычный дракон в целом. - А час назад объявил, что я должна теперь с ним… в постель…
У меня слуховые галлюцинации? Это же всякое нарушение правил! За подобное исключают сразу же. Какой необычный способ суицида - вставать между мной и мороженым?!
- Объявил?! – воскликнули мы в один голос с Вандой.
- Да. А у меня парень. Ведьмак. И он все слышал…
Учителям не пристало носиться по Академии. Особенно задрав мантию. Но мы с Вандой, наплевав на все, ломанулись в сторону арены.
Ванда, в отличие от меня, не спринтер, при работе с ядами быстро бегать не обязательно. А вот мои подопечные редко согласны быть послушными. Иногда они категорически против, сопровождая свой отказ гастрономическими поползновениями.
На арену я влетела со скоростью сокола, пикирующего на добычу. Добыча встретила меня неласково, растянувшись подо мной в пыли и отчаянно ругаясь.
- Гарпия! – уже привычно взвыл Оли, отплевываясь от песка.
Но звучные фанфары заглушили мой экспромт на тему идиотов, отрезая всем остальным путь на арену. Твою ж! Не успела! Теперь не отменить дуэль между драконом... и, собственно, кем?
Поудобней расположившись на де Расмусе (а что, пускай отрабатывает, раз следить за своими подопечными не может), я подперла голову кулаком, игнорируя призывы матраса.
В центре песчаной арены стоял Рша. Гордый, с нахальной улыбкой на губах и уверенный в своих силах. Мне стало боязно. Ага, секунды две. Пока не увидела его оппонента. Напротив дракона стоял, опершись на посох, лучший студент потока ведического факультета Дорн. Плащ, неизменный атрибут любого ведьмака, как и шляпа, небрежно валялись в сторонке. Ух, что сейчас будет!
Де Расмусу надоело изображать подстилку. Но скинуть меня в песок ему не позволил или инстинкт самосохранения, или воспитание.
- Гарпия, – полузадушенно прохрипел он, – вам удобно?
- Очень, – созналась я. – А вам?
- Не совсем, – так же честно ответил Оли.
- Печально, – расплылась я в коварной улыбке и поерзала, устраиваясь удобнее. – Вы ж мужчина, терпите.
Раздался гонг. Тут уже стало не до мести. Резво вскочив с охнувшего де Расмуса (ну да, оттолкнулась я коленями от его ммм… чуть ниже поясницы), я поспешила к дракону. Помогать, конечно, нельзя, но прикрыть, чтобы не убили, можно. Ничего личного - просто момент воспитания. Пускай ведьмак поваляет эту наглую морду.
Первое же проклятие Рша рассыпалось на полдороге, а песок под его ногами стал зыбучим. Но на реакцию дракончик не жаловался, и поэтому следующие полчаса резвой козой скакал по арене, одновременно отбиваясь от роя диких пчел и схлопывающихся ловушек. На его голове, вцепившись в шикарную шевелюру, противно верещала маленькая шишига. Какое тут колдовать? Рша, подвывая в такт мелкой нечисти, ставил академический рекорд по скоростному бегу. Ведьмак же наблюдал за ним с той же снисходительной улыбкой, только делал шаг в сторону, когда оказывался на пути дракончика.
- Как это прекратить? – пропыхтел мне в ухо де Расмус.
Я аж подпрыгнула от неожиданности.
- Никак. Только рефери определяет победителя. Тогда и закончится поединок.
- А кто из нас рефери? – Оли недовольно поморщился от особо визгливого писка шишиги.
Я ткнула пальцем в пространство за моим плечом.
- Гарпия, где твои манеры? – проворчал преподаватель боевой и физической подготовки, проявляясь в воздухе.
- Оли де Расмус, это наш Серанэнь Эй. Мучитель студентов. Ужас Академии.
- Эй? - заторможено переспросил де Расмус. – Призрак?
- Он самый, - усмехнулся Серанэнь. Как порядочный псих-убийца, он любит, когда его боятся.
Эта раса - первый и единственный эксперимент по скрещиванию видов. Все миры хотели универсальных солдат. Скинулись по парочке отморозков. И стали проводить опыты. Делали, делали и, наконец, наваяли. Пятьдесят элитных бойцов, способных появляться из ниоткуда, и не знающих страха и жалости. Ага, сотворили, и сами испугались. Быстренько добавив им закрепление к конкретному месту. Если это форт, то за него новоделке нельзя было ступить. Если же привязку делали к человеку, то шагов на десять, не дальше. Вот и прозвали эту расу Призраками.
Красавцы они, все как на подбор. Наш, например - высокий, стройный, с синей кожей, красными светящимися глазами, острыми клыками, когтями-ножами. Как улыбнется, сразу все молитвы вспоминаешь.
Призраков по широкой дуге обходили даже дикие орки, у которых враги делятся на два типа: нужно убить и можно сожрать.
Магией же пользуются неохотно. Лишь для перемещения к противнику. Мол, ничто не сравнится
