Читаем без скачивания Духи в зеркале психологии - Владимир Лебедев

В этих самонаблюдениях четко прослеживается нарушение восприятия «схемы тела», под которой в психологии понимается отражение в сознании основных свойств и способов функционирования как отдельных частей нашего тела, так и тела в его цельности.

Иллюстрацией нарушения единства «Я» может служить следующее наблюдение. «В первой горке при наступлении невесомости, — рассказывал испытуемый Н., — возникло чувство проваливания, которое длилось секунд пять. А затем появилось необычное ощущение. Стало казаться, что это не я сижу в кресле, пристегнувшись ремнями, а кто-то другой. Юн» выполняет пробу на координографе, а я только наблюдаю за ним. Я понимал, что так не может быть, но тем не менее до конца режима это ощущение продолжало оставаться». В приведенном примере испытуемому казалось, что его действия совершаются не им, а кем-то другим (то есть утрачивается единство собственного «Я»). Психический автоматизм может появляться также при астенизации (истощении) нервной системы в условиях изоляции, когда в коре полушарий головного мозга начинают появляться гипнотические фазы. Примером может служить самонаблюдение М. Сифра, сделанное во время пребывания в пещере. В своей книге-отчете он пишет: «Ощущение было неуловимое, неприятное и до какой-то степени ошеломляющее. Словно ты раздвоился и потерял контроль над своим «Я»… Я. что-то делал и одновременно видел, как бы со стороны, что я, другой, делаю.

Два «Я» в одном теле. Мне казалось это диким, бессмысленным, тем более что разум мой был еще острый и ясный, и я сознавал, что сижу под землей на глубине 130 метров. Непреодолимое желание физически утвердить свое «Я» охватило меня».

«Расщепить» психическую деятельность и вызвать высвобождение психических автоматизмов может и длительная бессонница. У испытуемого А. в эксперименте О. Н. Кузнецова с лишением сна до 74 часов в условиях сурдокамеры на 67-м часу бессонницы появилось непонятное и незнакомое ему чувство раздвоенности, отчужденности и насильственности выполняемой им работы. «С одной стороны, — рассказывал он после эксперимента, — мне было безразлично, что я делаю, с другой, мне казалось, что я для другого кого-то делаю. Как будто не я сам, а какая-то сила заставляет меня это делать. Как будто кто-то мне говорит: «Выполняй», и я работаю. А потом я говорю ему: «Зачем тебе все это надо? Давай заканчивай».

В данном случае у человека произошло «расщепление» психической деятельности, которое вызвало переживание утраты единства «Я» и иллюзию, что кто-то командует его действиями.

В отличие от психических нарушений при заболеваниях, а также возникающих у мистиков в результате определенных приемов чувство раздвоенности у всех наших испытуемых не сопровождалось нарушениями в поведении и бредовой интерпретацией. Логически рассуждая, они правильно оценивали свое состояние, не преодолевая при этом, однако, иллюзорность самовосприятия и эмоциональную тягостность. Но испытуемые были на том рубеже, при переходе через который человек теряет критичность и начинает действовать по приказу чьих-то голосов.

В мистических сектах для вызывания необычных психических состояний, возникающих в результате дезинтеграции, расщепления психической деятельности, чаще всего прибегают к длительным постам, изоляции, к ночным богослужениям и т. д. В сектах для этой цели применяются, говоря современным языком, интенсивные методы. Примером могут служить радения в сектах хлыстов («божьих людей»).

Радения, как правило, происходят по ночам. Верующие переодеваются в длинные белые рубахи. В руки берут полотенца и зеленые ветки («пальмы»). Радение начинается с молитв, чтения «священных книг», пения религиозных песен. Затем все встают и медленно в такт пению начинают ходить друг за другом, образуя круг. Дальнейшее описание обряда нами заимствовано из романа «На горах» П. И. Мельникова (А. Печерского): «Живее и живее напев, быстрее и быстрее вертятся в кругах. Не различить лица кружащихся. Радельные рубахи с широкими подолами раздуваются и кажутся белыми колоколами, а над ним г» веют полотенца и пальмы… Быстрей и быстрей кружатся. Дикие крики, дикий визг, неистовые вопли и стенания, топот ногами, хлопанье руками, шум подолов радельных рубах, нестройные песни сливаются в один зычный потрясающий рев… Все дрожит, у всех глаза блестят, лица горят, у иных волосы становятся дыбом, то один, то другой восклицает:

— Ай дух! Ай дух! Царь дух! Бог дух!

— Накати, накати, — визгливо вопят другие.

— Ой ева! Ой ева! — хриплыми голосами и задыхаясь, исступленно, в диком порыве восклицают третьи.

— Благодать! Благодать! — одни с рыданиями и стонами, другие с безумным хохотом голосят во всю мочь вертящиеся женщины…»

Приостановимся в описании радения и посмотрим па происходящее с точки зрения психологии. Перед глазами человека при плохом освещении мелькают люди в необычных нарядах. На слух действуют резкие, редко встречающиеся в обычных условиях звуки. Измененная афферентация приходит в мозг от непрерывно работающих мышц. Вестибулярный аппарат во время вращения посылает в мозг также нервные импульсы. Мозг непрерывно бомбардируется болевыми ощущениями от ударов «пальмами» по телу и рукам. Все это происходит в состоянии бессонницы. И как результат чрезмерного перевозбуждения — рассогласование, нарушение психической деятельности.

Дезинтеграция психики проявляется в том, что кто-либо из радеющих впадает в корчи и судороги. Он начинает «слышать» голоса и «видеть» святых и другие видения… Срываясь с голоса, против своей воли выкрикивает слова и фразы, которые остальными сектантами воспринимаются как речения «святого духа», его пророчества. Эти высвободившиеся из-под контроля сознания психические автоматизмы хлысты считают проявлением «божественной благодати» и называют их «хождение в слове». Вокруг того, в кого вселился «святой дух», собираются все остальные и начинают восклицать: «Эка милость благодать, стали духом обладать!» «Дух, святой дух накатил!»

Безусловно, когда автоматизмы выходят из-под контроля сознания мистически настроенного человека, то ему кажется, что он «избранник» потусторонних сил, которые управляют им и диктуют ему свою «высшую» волю. Именно в этом состоянии люди совершают нелепые поступки, как, например, шофер Серов, а порой и тяжкие преступления. Вот почему вырвавшиеся из-под контроля сознания психические автоматизмы можно сравнить со сказочным джинном, чье поведение стало носить неуправляемый характер, как только его выпустили из найденной бутылки.

«На пасху из любопытства мы, несколько студентов, пошли в церковь на ночное богослужение. Во время молебна одна из женщин упала, у нее начались судороги. Она истошно кричала и нецензурно ругала бога, богородицу и других святых. Верующие говорили, что в нее вселился бес, который не выдержал молитвенного пения и взбунтовался. Потом об этом случае пошли разные слухи. И сейчас рассказывают разные небылицы. Нам интересно, как психологическая наука объясняет подобное состояние».

Сразу же следует сказать, что случаи «бесоодержимости» в нашей стране в настоящее время встречаются чрезвычайно редко. Однако если заглянуть в историю религии, то там можно найти множество аналогичных примеров. Возьмем для начала «священное писание» — Библию. В Ветхом завете рассказывается, как дьявол вошел в царя Саула и сделал его безумным. В Евангелии от Матфея говорится: «Когда же настал вечер, к нему (Христу. — В. Л.) привели много бесноватых, и он изгнал духов словом своим и исцелил всех больных». В Евангелии от Марка пишется: «В синагоге их был человек, одержимый духом нечистым, и вскричал (дух, — В. Л.)… Но Иисус запретил ему, говоря: замолчи и выйди из него. Тогда дух нечистый, сотрясши его и вскричав громким голосом, вышел из него».

В эпоху средневековья «бесоодержимость» принимала характер психических эпидемий. Типичным примером может служить эпидемия «бесоодержимости» в монастыре урсулинок в Луэнде, описанная в руководстве по психиатрии профессором В. П. Осиповым. Настоятельнице монастыря аристократке Жанне де Белфил начал являться но ночам призрак покойного приора монастыря. Он беспокоил ее нехорошими словами и бесстыдными ласками. После того как настоятельница рассказала об этом другим «сестрам», бесоодержимость приняла массовый характер. Экстаз эротического характера овладевал монахинями ночью и днем, причем они блаженно говорили о браках с ангелами и демонами. Их охватывали страшные конвульсии, во время которых они извивались и корчились, сгибаясь дугою, прикасаясь пятками к затылку, кричали на разные голоса, «бегали собаками, порхали птицами, карабкались кошками». Называли демонов, ими владевших, выкрикивали имена лиц, которые якобы напустили на них нечистых духов. Церковники изгоняли бесов заклинаниями. Осипов приводит извлечение из книги преподобного отца Иосифа об этой процедуре: «В день поклонения Волхвов (сочельник) демоны стали терзать игуменью (монастыря урсулинок. — В. Л.). Лицо ее посинело, и глаза уставились в изображение лика богородицы. Был уже поздний час, но отец Сюрен решился прибегнуть к усиленным заклинаниям, чтобы заставить пасть демонов в страхе перед тем, кому поклонялись волхвы. С этой целью он ввел одержимую в часовню, где она произнесла массу богохульств, пытаясь бить присутствующих… Затем он приказал привязать одержимую к скамье и после нескольких воззваний повелел демону Исаакаруму пасть ниц и поклониться младенцу Иисусу; демон отказался выполнить это требование, изрыгая страшные проклятия… Были сделаны еще новые попытки, чтобы заставить демона покаяться Иисусу… перед божьей матерью, во время которых у игуменьи появились столь страшные конвульсии, что пришлось отвязать ее от скамьи… Исаакарум, повергая ее на землю, воскликнул: «Да будет проклята Мария и плод, который она носила!» Заклинатель потребовал, чтобы он немедленно покаялся перед богородицей в своих богохульствах; но, извиваясь по земле, как змей, и облизывая пол часовни, он все отказывался…»