Читаем без скачивания Фундамент для любви. Серия «Друзья» - Ирина Насонова

Когда Вероника закончила работу, в офисе уже никого не осталось. Она настолько устала, что никак не могла перестать зевать, а ведь нужно было ещё набраться сил, чтобы доехать до дома.

Добираться в пятницу вечером при плохих погодных условиях общественным наземным транспортом она не хотела, однако при мысли о метро у неё начинала болеть голова. Так что единственным разумным выходом оставалось вызвать такси, правда, для этого нужно было взбодриться, тем более потому, что уснуть в машине с незнакомым человеком Вероника всегда ужасно боялась.

Перебравшись в комнату отдыха и включив чайник, она уселась на широкий подоконник и как всегда с интересом посмотрела в окно. Крупные бархатные снежинки сначала медленно и ровно скользили вниз в мягком свете жёлтых фонарей, а затем постепенно терялись в ярких огнях проспекта. Красиво украшенный широкий величественный мост и блестящая панорама вечернего города вдалеке. Ника очень любила этот вид, это место и грустила оттого, что скоро в её жизни не будет и их. Конечно, ей хотелось верить в хорошее: другие обязанности, новые друзья и перспективы. Однако ещё больше ей хотелось вернуться назад, в то время, когда она была спокойна, счастлива и окружена друзьями, пускай даже такими лживыми и ненадёжными, как Вася. Главное – не быть такой одинокой и никому не нужной, как сейчас.

Глубоко вздохнув, Ника залила пакетик чая кипятком и уже собиралась вернуться к окну, но в этот момент за приоткрытой дверью скользнула тень, и на пороге возник Александр Викторович.

От испуга Ника громко ахнула, отскакивая назад, и тут же снова вскрикнула, потому что обожгла руку расплескавшимся чаем и уронила чашку.

– Вы меня испугали! Неужели трудно было дать о себе знать. Я же была уверена, что тут больше никого нет! – проворчала Ника, собирая осколки.

– Так никого и нет. Как я понял со слов охранников, кроме тебя и какого-то маньяка с пятого этажа в здании больше никого не осталось.

– Это вы маньяк, – еле сдерживая улыбку, пробормотала Ника, наблюдая за тем, как всемогущий финансовый директор крупной строительной компании снимает пальто и усаживается рядом на корточки, чтобы протереть пол салфетками.

– Что? – игриво возмутился он, пожав плечами. – Думала, я позволю тебе одной собирать такие ценные осколки? Офисные чашки всегда бьются на счастье.

– Я о вас вообще никогда не думаю, – нахохлилась она, правда, не потому, что разозлилась, а для того, чтобы побыстрее перевести опасную тему.

– И кстати, что вы здесь делаете? Учтите, если это очередной способ уговорить меня пойти с вами на ужин, то зря стараетесь.

– Ника, я, конечно, многое могу, но разбивать чашки силой мысли пока ещё не научился. Я увидел свет и зашёл посмотреть, кто это тут такой трудоголик. Вы, Вероника Михайловна, на часы давно смотрели? Я думал, такая молодая особа да в пятницу вечером уже должна быть на полпути в какой-нибудь шумный-прешумный клуб. Ты же сама недавно говорила, что на все оставшиеся дни имеешь планы, причём до конца жизни.

– А я не обязана отчитываться перед вами за свою личную жизнь, тем более в нерабочее время. Вам что, поговорить больше не с кем? Какое вам, вообще, дело до моего досуга? – резко вставая, проворчала Ника, задетая и расстроенная его словами. Она и так всеми силами только и делала, что пыталась забыть о своём одиночестве и о том, что у неё нет планов даже на ближайшие часы.

– Ну не злись на меня снова. Я не хотел тебя обидеть, честно! Давай отвезу домой или куда скажешь, только не ругайся! – Александр Викторович тоже поднялся и улыбнулся такой милой и откровенной улыбкой, что полностью её обезоружил.

– Правда? Без подвохов? Вообще-то, это было бы здорово. Я уже так отвыкла от общественного транспорта, что он меня здорово нервирует.

– Тогда тем более. Доставлю в лучшем виде в карете со всеми удобствами. – Он весело отдал Нике честь, но, когда она ушла собираться, глубоко вздохнул и растёр лицо руками.

Честно говоря, делать такой большой крюк в сторону её дома в его планы совсем не входило. Ника жила на другом конце города от места проведения праздника, на котором он должен быть уже через полчаса. И даже если они не застрянут в пробке, его опоздание уже будет, мягко говоря, неприличным.

Но тогда зачем он это предложил, да и что, вообще, здесь делает, Александр не понимал.

С самого утра его мучили непонятные сомнения, подогретые чувством того, что он что-то упускает. А уж после их последнего разговора вообще не мог найти себе места от волнения, боясь, что перегнул палку. Вообще-то, Александр очень надеялся, что Ника перезвонит или придёт выяснять отношения, однако она, к его удивлению, повела себя с точностью до наоборот. Никаких взрывов эмоций, неумелых аргументов и смущённых взглядов. И именно это его беспокоило.

До сегодняшнего дня Ника вела себя именно так, как он рассчитывал. Его провокации её раздражали, а мягкость и нежность ставили в тупик. Она не могла его понять, а потому была заинтригована. Это милое создание даже боялось смотреть ему в глаза, из чего следовало, что всё идёт чётко по плану.

Запрос на официальное разрешение парковаться на её месте, чтобы напомнить об их прошлых встречах, несколько дней тишины, чтобы дать по себе соскучиться, и уже во вторник, на корпоративном банкете, Ника будет принадлежать ему целиком и полностью. Шампанское, комплименты, «искренние» извинения за то, как он вёл себя при их первой встрече, и «робкое» объяснение, что все его действия – это защитная реакция, ведь он совсем не ожидал, что кто-то сможет так его покорить.

И конечно же, она, как и любая другая девушка, тут же растает, потому что ждёт не дождётся услышать подобные слова от человека, который ей нравится. Ну а дальше всё просто: несколько ярких свиданий, страстных ночей, и Вероника будет готова есть из его рук, не то что шептать громкие признания.

Казалось бы, нет нужды волноваться. Но тогда почему он всё ещё здесь? Ведь его в офисе давно ничто не держит. Желание убедиться, что его плану ничего не угрожает, или банальный повод её увидеть?

Все эти мысли Александру не нравились. Ведь если разобраться, сейчас он собирался променять лучших друзей на смазливую мордашку только потому, что она осмелилась ему отказать и он хотел с ней за это поквитаться. Александр даже подумал, не изменить ли своё решение, высадив Нику у ближайшего метро. Однако, как только увидел её улыбку, понял, что не сможет этого сделать.

Как Ника ни трясла головой, избавиться от зевоты у неё не получалось. Плавный ход машины, сиденье с подогревом, монотонная музыка и мягкий голос её спутника – всё это так расслабляло, что она с трудом улавливала и направление движения, и тему беседы. Нике было так хорошо и спокойно, что ей даже стало нравиться общество Александра Викторовича. Возможно, из-за накопившейся усталости или недавних противных мыслей об одиночестве, но сейчас его внимание её действительно радовало. Он вёл себя настолько приветливо и мило, что сбивал с толку. Лёгкие и, кажется, вполне искренние улыбки, хорошие манеры и тактичное молчание, когда она предпочла лифту ступеньки. Причём он не только не стал это комментировать и задавать вопросы, но и галантно отправился вместе с ней. Когда же Ника сочла нужным пояснить, что дело не в боязни пользоваться грузоподъёмным механизмом, а в том, что её умиротворяет ходьба по ступенькам, Александр Викторович лишь коротко кивнул и больше к этой теме не возвращался.

Вообще-то, сейчас этот мужчина казался Нике таким настоящим и искренним, что она не могла понять, почему когда-то относилась к нему с неприязнью и даже ненавистью. Глядя на его изящный профиль, она размышляла о том, что, скорее всего, просто ошибалась в его оценке, потому что такой красивый человек никак не может быть негодяем…

– Я что, уснула? – неуверенно оглядываясь по сторонам, пробормотала Ника. Судя по знакомому пейзажу, её начальник прекрасно знал домашний адрес своей подчинённой, потому что привёз прямо к дому, тогда как она просила подбросить до ближайшей остановки. Но самое удивительное, что, если верить часам, сделал это он уже очень давно, и теперь Вероника не находила себе места от смущения.

– Ага, уснула, причём так резко, что я сначала даже испугался. Просто упала носом в ремень безопасности и отключилась. Смешно, нелепо и очень мило, потому и будить не стал. Такой самозабвенный дрых, позавидовать можно. Серьёзно, я так не умею. Я тебя и звал, и за руку тряс, и даже радио громко включил – реакции ноль. Пришлось катать Спящую Царевну вокруг района, не выталкивать же из машины. Целовать, чтобы очнулась, как ты понимаешь, не стал по понятным причинам – испугался, что ты мне нос разобьёшь, – весело засмеялся Александр.

– Александр Викторович, простите, мне так стыдно… Нужно было трясти сильнее.