Кажется, я только о таком и мечтала.
Но стоило Маньячелле отодвинуться, как резко стало холодно, несмотря на летний теплый день, по телу словно мороз пронесся, и что-то требовательно заныло внутри, капитулируя.
– Врать не стану, проблемы у тебя серьезные. Более того, ты правильно боишься, что Мясников на тебе отыграется за то, что я его отметелил. Отыграется. Еще как. Но на твое счастье, я в сторону отойти хочу только с приятными для нас обоих последствиями. Сделка, если хочешь. Ты – мне, я – тебе.
– Зачем это тебе? Черт… Это же не маленькие деньги.
Глава 8
Я задала главный вопрос, который не давал покоя: зачем?
Почему он так на мне зациклился?
Что во мне такого? Я не уродина, знаю, но в последнее время совсем не могла себе позволить ни походы по салонам красоты, ни обновление одежды и обуви, на всем экономила, даже волосы сама себе ножницами ровняла… Знаю, что современные мужчины не дураки и подмечают тех девушек, которые тратятся на себя, держат марку, а я не в той ситуации. У меня была одна цель – выжить любой ценой!
Почему этот мужик так зацепился за меня и даже был готов расплатиться с немаленькими долгами?
Я спросила и замерла в ожидании его ответа, где-то в глубине души осмелилась всего на секунду помечтать, будто это любовь с первого взгляда.
Якуб выдал свою версию:
– Все просто. Есть такая штука – прихоть. Я хочу и могу себе это позволить.
– Ааа…
– Бэ и прочие витаминки. Но я предпочитаю Е, Бэ, Цэ.
– Хорошо. Я согласна!
Якуб радостно сгреб меня в охапку и забросил на плечо, потащив куда в сторону.
Я не ожидала такого!
Задница оказалась ниже головы, я с трудом удерживала котомку, в которую забросила самые ценные вещи, а трость вообще валялась где-то у стен престарелого здания.
– Постой! Ааай! Моя задница! – заверещала от могучего шлепка.
– Хорошая задница. Я, кстати, люблю девушек в попку трахать! Твоя попа, как, знакома с таким видом удовольствия? – поинтересовался похабник.
– НЕТ!
– Познакомлю, – пообещал.
Моя попа обеспокоенно сжалась от таких обещаний.
– П-п-п-постой! – начала заикаться от страха. – Нам нужно обсудить условия.
– Условия сделки?
Ладонь мужчины снова легла на попу, погладив ее и ущипнула.
– Полный доступ к твоему телу! – предложил с аппетитом, от которого у меня закружилась голова.
Отдаться ему немедленно?! Еще чего…
– Утром деньги, вечером стулья! – выдохнула из последних сил.
– То есть?
– Поставь на землю, объясню.
Якуб стремительно опустил меня на потрескавшийся асфальт, часть юбки задралась на спину, я пыталась ее одернуть вниз. Манипуляциям с юбкой мешала котомка в руке, Якуб дернул за ручку. Очевидно, он желал мне помочь, но…
С этим громилой определенно было что-то не так! Всякий раз его помощь оборачивалась медвежьей услугой для меня.
Так вышло и сейчас!
Старенький замок не выдержал резких движений Якуба и разъехался, вытрусив содержимое мне под ноги.
Испанский стыд, чтоб мне под землю провалиться!
Каким-то образом, вибратор, припрятанный на дне котомки, оказался на самом верху горы барахла и гордо сигнализировал резиновой головкой!
Я быстро подцепила носком кеда футболку и набросил на вибратор.
Может быть, Якуб не заметил прибор?
Ага, как же!
Здоровок нагнулся и схватился за вибратор.
– Шалунья. Вот каких друзей ты предпочитаешь! – помахал резиновым членом у меня перед носом. – А он… жужжит?
Якуб нажал на кнопочку, вибратор издал едва слышный «вжжж…» и замолк.
Сдох окончательно.
– Вай, ты его до смерти того… – хохотнул мужлан.
Я краснела и обливалась потом от стыда. Якуб же как ни в чем не бывало, перебрасывал инструмент для доставления удовольствия из ладони в ладонь.
Маньячелло смотрел на меня с аппетитом и продолжал поигрывать игрушкой.
Вибратор в виде мужского пениса довольно приличных, как мне казалось, размеров, внезапно начал казаться маленьким. У Якуба член был намного больше.
Словно прочитав мои мысли, он так и заявил:
– У меня дружок побольше и потолще! И вообще, модель у тебя не очень… Я тебе другой подарю, этот можешь в музей использованных вибраторов отправить! – протянул игрушку для взрослых головкой в мою сторону. – Ну! Бери… Бери, не стесняйся, скоро кое-что другое брать придется.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я заставила себя вспомнить, что вообще-то хотела поговорить о сделке.
– Возьму! – сказала сухо и сомкнула пальцы на приборе.
Якуб свои пальцы разжимать не спешил. Господи, мы держались за резиновый пенис с двух сторон, как за эстафетную палочку.
– Бери-бери, – сказал совсем хрипло. – Я куплю тебе новый и опробую его на твоей попке. Начнем с небольшого. Разработаем дырочку постепенно, подготовим безвизовый въезд в сладкий рай…
Я совсем растерялась, сунула вибратор в карман кофточки и попыталась найти слова.
– Сделка. Ты рассчитываешься по моим долгам с Мясниковым?
– Да.
– Взамен хочешь…
– Трахаться с тобой!
– Где? Назови время и место.
– Сколько дней, ты хотела сказать? – ухмыльнулось чудовище.
– То есть как это? Не понимаю!
– Долги большие, разовым перепихом здесь не рассчитаться! – потер ладони. – Предлагай?
– Три?
– Не жадничай, Пчелка. Рискуешь потерять шанс на спасение.
– Пять! – выдавила.
– Детский сад.
– Десять!
Ну десять много же! С таким здоровяком – точно много! Его агрегат устрашающих размеров, до самого дна матки достанет…
Секс с таким мужчиной нужно вносить в раздел «удовольствия много, но опасно для жизни…»
– Не серьезно это. Значит, решай свои проблемы сама. Как хочешь. Только своим дурацким маскарадом ты даже случайного мужика не обманула, а у коллекторов на подобные выкрутасы – нюх. Никто больше не предложит заплатить за тебя бешеные бабки! – произнес Якуб тоном, словно уже навел справки, сколько я осталась должна Мясникову. – Никто, кроме меня.
Я молчала. Язык к небу прилип.
– Короче, пошел я! – махнул рукой Якуб и… реально пошел в противоположную сторону.
Он уходил.
Уходил неторопливо.
Но в то же время я не могла сказать, что он нарочно замедлил свой шаг.
Нет.
Просто он делал все не спеша, с чувством осознания собственного достоинства.
Роскошный мужик, не лишенный средств и связей.
Любит себя.
Признаю, ему есть за что любить себя.
Мне внезапно стало страшно…
Секунда. Две. Три. Четыре…
На исходе пятой секунды я не выдержала и побежала следом за Маняьчелло, кое-как сунув свои жалкие пожитки в клетчатую сумку.
– Якуб, постой!
Ни на секунду не замедлил свой шаг!
Сколько же ему предложить?!
Пятнадцать дней?!
– Я согласна! Сколько ты хочешь? – произнесла с отчаянием.
Он остановился, подумал немного, развернулся.
Сложил руки под мощной грудью.
– Сама предложи! – сказал с вызовом. – И не жадничай.
– Двад… – начала я и осеклась. – Тридцать дней!
– Месяц?
– За вычетом моих женских дней.
– Сколько они у тебя длятся? – поинтересовался деловито.
– Четыре.
– Вычет не годится! – цокнул языком. – Накинем! Итого, тридцать четыре дня.
– Нет! Тридцать дней, и ни днем больше!
– А как же мои потребности? – сощурился. – Трахаться я люблю! Простой? Не годится…
– Я ртом… – предложила, ненавидя себя за такое.
– И попкой.
– Иииии… – едва не захныкала от страха. – Да, но тогда у меня дополнительное требование!
– Слушаю!
Он ни на секунду не выдал своих похотливых намерений: ни взглядом, ни словом, ни дернул бровью надменно. Словом, мы заключили сделку серьезно! Как торгаши.
– Бабушка, – выдохнула я. – Мою бабушку надо отправить в нормальный дом престарелых! Это не заведение, это душильня! Ухода нормального нет, – я отвернулась, едва сдерживая слезы. – На всем экономят, еда плохая, я сама видела…
