Тамара замычала сквозь скотч, видимо, хотела что-то сказать.
Крюгер обернулся к спокойно наблюдавшему за зверством Арнольду:
— Босс! Овца, по-моему, желает что-то проблеять.
— Освободи ей пасть, пусть скажет, — равнодушно разрешил Арнольд, слегка махнув рукой с выставленным вперед безымянным пальцем, на котором сверкала печатка, усыпанная бриллиантами.
Крюгер довел скотч до угла рта женщины, когда та мертвой хваткой острых обломков зубов вцепилась палачу в запястье правой руки и прогрызла ее до кости.
Милютин взвыл от нестерпимой боли и тут же левой рукой нанес Тамаре удар в горло, за ним второй. Женщина ослабила захват, дыхание сбилось, она, как рыба, выброшенная на берег, судорожно пыталась сделать вдох, но не смогла и, посинев, обмякла. Тело задергалось в предсмертных судорогах.
— Грязная параша, — выл Крюгер, — она мне руку прогрызла, Арнольд! Мне нужна помощь!
Арнольд, внешне безучастно смотревший на этот кровавый спектакль, приказал:
— Перетяни руку жгутом. Вызывай Седого, пусть тебе поможет.
— Арнольд, а эта тварь никак ласты склеила!
— Разве ей была уготована другая участь? Седой пусть охраняет девицу, я пойду в соседнюю комнату, отдохну немного. После коньяка в сон потянуло. Разбудишь, как Старикова доставят. Все!
Входя в соседнюю комнату, обернулся:
— А ловко она тебя, Крюгер, купила, в последнем броске все же достала!
— И сдохла!
— Это другой базар!
Седой зашел в дом, и, когда увидел залитую кровью комнату, его едва не вырвало. Он вышел в сени, оставив двери открытыми, чтобы Мавр, остающийся здесь, мог видеть изуродованный комочек тела девочки. Тот вздохнул и стал ждать, чутко вслушиваясь в шум дождя. Седой же в джипе перевязал Крюгеру рану. Там они и остались, ожидая связи с группой захвата Старикова.
* * *
Николай, еще в квартире сестры, надел под джинсовый, еще и специальный бронекостюм, закрывающий в отличие от бронежилета все тело. Был у Старикова и бронешлем, но не наденешь же его, идя домой? Достал из-за шкафа упакованный в дорожную сумку «бизон-3» с емкостью запасных пистолетных девятимиллиметровых патронов и гранатами. Из боевой аптечки вытащил два шприц-тюбика с сильным обезболивающим, прикрепил между ног, выше колен, клейкой лентой. Там, где обычно обыск не проводился. Взял из шифоньера триста рублей. Сестра простит. А он, если останется жив, отдаст. Взял также ключ от старого металлического гаража пенсионера. Надел черную спортивную шапочку. Вышел из подъезда, прошел к двум рядам неохраняемых гаражей, открыл нужный, из-за кучи железа извлек кейс с разобранным «винторезом», положил винтовку в сумку, туда же бросил запасные магазины и свой наградной пистолет «ПМ».
На такси подъехал к круглосуточному магазину, расплатился, вышел. Прошел к заброшенной и заросшей высокой растительностью стройке какого-то промышленного здания. Там, среди нагромождения поломанных железобетонных конструкций, спрятал сумку. Определил ориентиры, вышел на улицу, параллельную той, где он жил. Отряхнулся. Сказал вполголоса:
— Ну что, Коля, как говаривал на войне комбат, удачной тебе охоты, пернатый!
Он пересек проулок, вышел к дому с правой стороны.
И сразу же попал в поле зрения Валета, следившего за обстановкой на улице из тонированной «БМВ», припаркованной на площадке, где когда-то устанавливались мусорные контейнеры. Увидев и узнав Старикова, Валет тут же связался с бойцами, занявшими позиции прямо на входе, в подъезде.
— Кадет! Появился клиент! Идет к вам! Встречайте! Да поаккуратней! Предупреждаю, не вырубите майора сразу, он вам черепа в момент свернет!
— Может, все же применить газ? Надежнее!
— Ты иногда думаешь, Кадет? Газ всех вас свалит. Прикажешь мне потом троих вытаскивать из подъезда? На виду у дома?
— Да, действительно! Понял тебя, Валет!
— Работайте спокойно и как договаривались! Все будет нормально!
Николай заметил движение в иномарке, но сделал вид, будто не обратил внимания. Он шел в подъезд, к захвату.
Как только за Стариковым закрылась входная дверь, от сильнейшего удара по голове чем-то вроде металлического прута искры из глаз посыпались. Николай потерял сознание.
Шапочка немного смягчила удар, череп остался цел.
Стариков рухнул на грязный пол.
Кадет нагнулся, пощупал пульс на шее бывшего майора, он бился ровно и отчетливо.
Кадет вызвал Валета:
— Валет! Все ништяк, клиент к транспортировке готов?
— Вы его там сдуру не убили?
— Живой, пульс нормальный!
— Крови много?
— Вообще нет! Четко сработано, — похвалился Кадет.
— Хорошо! Я отъезжаю за дом. Влейте ему в пасть водки, хватайте под руки и тащите в машину. Выход через три минуты!
— Понял!
Валет выехал со стоянки, проехал вдоль дома. За углом, где стены зданий, стоящих в ряд по улице, были глухими, остановился.
Минут через десять Кадет с напарником, Жгутом, усадили Старикова на заднее сиденье. Сами сели по бокам.
Валет полез в бардачок, пытаясь что-то найти. Затем обратился назад, к бандитам:
— Кадет, посмотрите, в карманах чехлов наручников нет?
Кадет и Жгут проверили карманы:
— Нет наручников, Валет!
— А веревки?
— Ничего такого, лишь два пузыря с коньяком и водкой!
— Черт! Из джипа переложить забыл. Точно! Пастор торопил, вот и забыл! Ладно, доставайте стволы и в бочины ему с обеих сторон. Если что, мочите!
Сам он достал из-под сиденья укороченный автомат «АКСУ-74», бросил на переднее сиденье и прикрыл курткой.
Объехав пост ГАИ, Валет связался с дачей.
Ответил Крюгер:
— Ну?
— Взяли майора!
— Где находитесь?
— Рядом, километрах в десяти от центрального въезда.
— Никакого центрального въезда! Идти в объезд озера! В роще джип стоит, там и остановитесь, Седой встретит!
— Крюгер! По объездной я всю подвеску «бээмвухи» растрясу. Тачка новая, жалко!
— Ты ее покупал? Она твоя?
— Нет, но…
— Никаких «но», делать как сказал! Вопросы, Валет? — в голосе Крюгера появился металл.
— Нет вопросов, — поспешил ответить Валет.
— Соображаешь! Ждем!
Крюгер разбудил Арнольда.
Тот спросонья первым делом хлебнул коньяка, посмотрел на брошенных в угол женщин. На потерявшую рассудок девочку с мертвой матерью на коленях. Сплюнул.
— Знал бы, Крюгер, как мне эта куча дерьма по нервам бьет.
— А по мне, ничего! Даже возбуждает, только кайфа от соски никакого. Все равно что под тобой бревно.
Он брезгливо отвернулся от мертвой Тамары и безумной Ольги.
* * *
Николай пришел в себя после доклада Валета Крюгеру.
Машина шла на большой скорости. По бокам два крепких парня. Через джинсовую куртку и бронекостюм Николай чувствовал приткнутые к телу стволы. Сильно болела голова. Но он мог бы начать действовать прямо сейчас, знал, как убрать охрану и завладеть машиной, но задача у Старикова была другая. Поэтому он открыл глаза и тут же закрыл их, издав стон. Сидевший справа сказал:
— Валет! Клиент, похоже, начинает приходить в себя! Стонет, глаза открывал!
— Знатно ты, Кадет, приложился, если майор до сих пор был в отключке! Так и убить можно. Посмотрел бы я тогда на твою рожу перед Арнольдом!
— Чего говорить о том, что могло быть? Клиент жив, и это главное! А базарить его Крюгер заставит! Он мастак языки развязывать!
— Заткнись, разговорился! Следи лучше за майором.
— Куда он денется? Эй, служивый! — потрепал Кадет по щеке Николая. — Как дела?
— Кто вы? — слабым голосом спросил Стариков.
— Во! Базарит, баклан каспийский! Значит, все ништяк! Кто мы? Те, что в пальто, знаешь таких?
— Чего вам от меня надо?
— А вот это ты, сука позорная, узнаешь, когда приедем!
Валет оборвал начавшийся диалог:
— Закройте рты! Подъезжаем!
Машину встретил Седой.
Он показал, куда ее поставить. Валет загнал «БМВ» к березе, где стоял джип, и вышел, захватив автомат.
— Ну что тут, Седой?
— Тут, браток, такое!.. Кровь в жилах стынет!
— Это у тебя-то?
— Сам посмотришь! Арнольд приказал: как доставите этого козла, сразу в дом вести. Там, в комнате, на пол и под ствол!
— Кадет, — крикнул в сторону «БМВ» Валет, — выводи арестанта, да осторожнее!
Сам передернул затворную раму автомата, загнав патрон в патронник, внимательно наблюдая за действиями подельников.
Конвоиры вытащили Николая. Тот, казалось, еле стоял на ногах. Качался.
— Обыскали его? — спросил Седой.
— А ты мне что, начальник — допросы устраивать? Или умней всех, Седой?
— Арнольд приказал спросить, — нашелся бандит.
— А ты, Седой, мастак стрелки переводить, стрелочником не работал на железке? Нет? А Старикова обыскали, конечно. Оружия при нем нет, да и откуда ему взяться у этого законопослушного козла?
— Ладно, тащите его в дом! Я доложу Арнольду, пусть с Крюгером встречают дорогого гостя.
