Рау печально вздохнул. Похоже, что надежда на то, что вмешательство Ольгиного восприятие в его психику ограничится только возрастом, было напрасным. Интересно, сколько еще подобных сюрпризов преподнесет мне мое сознание? — обреченно подумал он. Впрочем, — Рау постарался немедленно заняться самоуспокоением, — в этом можно найти и темную сторону[12]. Теперь, по крайней мере, ему не придется постоянно имитировать эмоции, — зачем имитация, когда есть настоящие?
Размышляя таким образом, он осторожно направил засветившийся конец в сторону телевизора и вновь нажал на кнопку. Короткая вспышка и по комнате разлился звук заработавшего артефакта.
Немедленно отставив в сторону все свои сомнения, Рау требовательным взглядом впился в стеклянную поверхность местного 'волшебного ока'. Ему была жизненно необходима информация о жителях этого мира и данный агрегат мог её предоставить!
***
На работу Ольга явилась с небольшим опозданием. В этом не было бы ничего страшного, если бы, проходя по коридору её не угораздило наткнуться на Олега Абаевича Беклимбетова, — старшего терапевта отделения срочной терапии и её непосредственного начальника.
Олег Абаевич, талантливый врач и довольно неплохой администратор, человек 'старой советской закалки', был в общем и целом, вполне неплохим начальником. Однако и у этого, достойного и уважаемого человека, были свои недостатки. Одним из них было его категоричное неприятие модной тенденции 'демократизации' в общении между сослуживцами и как одно из следствий, категорически отрицательное отношение к тому, что сам он характеризовал как 'нарушение трудовой дисциплины'.
Различные оправдания при этом характеризовались как 'детский лепет' и к рассмотрению не принимались. Учитывая врожденную ехидность хитрющего татарина и его выдающиеся познания не только в медицине, но и психологии, каждый выговор сопровождался таким количеством едких замечаний и характеристик, что угроза 'на выговор нарвешься' вызывала серьезнейшие опасения сотрудников. Да и в подборе наказаний для провинившихся, он отличался поистине иезуитским хитроумием.
Вот с ним-то и встретилась Ольга, торопливым шагом пересекая фойе больницы и на ходу пытаясь справиться с неподатливыми застежками новой шубки, которые упрямо сопротивлялись слабому нажиму закоченевших пальцев.
— А… вот и наша краса и гордость отделения!!! — По лицу идущего навстречу девушки начальства расплылась широкая улыбка, заставляющая вспомнить Чеширского кота.
Ольга с обреченным вздохом отпустила пуговицу. — Попала!!! — мелькнула в её голове единственная мысль.
— Куда же вы так спешите, Ольга свет Алексеевна?
— На работу, Олег Абаевич, — в тон ему ответила Ольга, стараясь по стенке прошмыгнуть в кабинет и отделаться 'малой кровью'.
— Ай-ай-ай… — Покачал головой Беклимбетов, легко расшифровывая и пресекая маневр уклонения. — Вах, какой работа? Зачэм работа? — подражая грузинскому акценту произнес он. — Такой красывый дэвющка, слющай, да? Глаз голюбой, волос белий, талий тонкий, нога стройный, да… Защем работа? Иди к Аслан, никакой работа не надо!!! Ешь пахлава, пей вино, спи подушка… Трудовой дисциплина зачем, да?
Ольга отчаянно покраснела. Ехидный татарин, как всегда, бил по самому больному месту. Назойливые ухаживания некоего Аслана Гогаберидзе, местного 'ларечного короля района', попавшего в больницу с переломанными ребрами после общения с местной штурмгруппой Р.Н.Е.[13] и 'положившего глаз' на оказавшую ему первую помощь Ольгу, давно стали 'притчей во языцах' всего отделения.
Нет, ничего 'такого' наученный печальным опытом он себе не позволял. Надо сказать, что печальное и болезненное знакомство со штурмгруппой произошло после того, как означенный Аслан попытался 'добиться благосклонности' понравившейся ему девушки 'ускоренным методом'. Ну откуда же было знать гордому сыну гор, что у насильно посаженной за его столик официантки имелась подруга, — сестра одного из 'наци'. Поднятая по тревоге штурмгруппа прибыла в бар спустя всего пятнадцать минут и 'популярно разъяснила' 'ларечному королю' вместе с 'сопровождающими его лицами' всю тяжесть допущенной им ошибки.
В результате данного 'разъяснения' Аслан оказался на больничной кровати, где и познакомился с Ольгой, оказавшей ему первую помощь, и доставившей до станции 'скорой'. То ли урок оказался доходчивым, то ли гипс на конечностях мешал 'проявлению темперамента', но так или иначе, рук Аслан не распускал, однако на станцию к Ольге наведывался регулярно, с тех самых пор как получил возможность передвигаться самостоятельно. Мало того, что такое 'ухаживание' здорово бесило непривыкшую к подобному и даже не имеющую возможности дать по морде доставучему поклоннику девушку (больных бить нельзя… Медицинская этика, чтоб её!!! Да, нельзя… Хотя порой и очень хочется!!!) так еще и сослуживцы завели нехорошую привычку вспоминать 'ухажера' при каждом удобном случае подкалывая её. Вот и сейчас, в очередной раз, начальник не упустил возможности вспомнить про этот эпизод.
— Олег Абаевич, — печально простонала Ольга. — Ну сколько можно меня дразнить… Вы-то зачем!
— Затем, голубушка, — сменил тон Беклимбетов, — что наша больница, — не частная лавочка какого-нибудь Шаромыжникова или Гогаберидзе, а государственное учреждение. И если вы хотите и далее продолжать здесь работать, то будьте любезны соблюдать трудовую дисциплину! В противном случае вам здесь не место! Какая же это будет СКОРАЯ помощь, если её сотрудники будут позволять себе опаздывать?
— Олег Абаевич, ну извините! Ну ведь на пятнадцать минут всего… Автобус в пробке застрял, — попробовала умилостивить грозного шефа Ольга, потупив глаза и скорчив печальную рожицу, долженствующую отражать всю степень её раскаяния.
— М-мда… сегодня у вас застрял автобус в пробке… прошлый раз, сломался будильник… Позапрошлый, — прорвало трубу… какой в следующий раз, вы меня сказкой попотчуете? И не надо делать такое выражение лица! Меня этим не проймешь! Я ваши хитрости давно уже изучил! — в полном противоречии со сказанным, тон Олега Абаевича смягчился.
— Оно конечно, стоило бы вас уволить… — но кто тогда работать будет… — сделав многозначительную паузу добавил он. — А работы много… Да, много… Вот, только что от Варвары Степановны вызов поступил… так что можете не раздеваться… Съездите, полечите старушку, а то у неё опять сердечко барахлит… Ступайте, ступайте, вам будет полезно, в плане практики…
Ольга, не сдержавшись застонала, недобрым словом помянув водителя автобуса, многокилометровые пробки и плохое состояние дорог родного города, с трудом удержав готовое вырваться искреннее мнение о своем начальстве. В таланте делать пакости этому хитрому и язвительному татарину и впрямь не было равных.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
