«Дыши». Наверное, лучше бы он ударил. Я это понимала, потому что плыла. Потому что понимала, что начинаю желать, что не могу качнуться вперед, погладиться щекой о чужой подбородок, не имею права провести пальцем по вене на шее. Перед Аридом хотелось склониться, ему хотелось отдаться. Я проигрывала бой с самой собой, у меня заволокло пеленой глаза. Наверное, в постели он действительно был хорош. Он был огнем и лавой, он умел сделать так, чтобы существующий мир забылся и выстроился на его месте новый. Наверное, он, как и в остальных своих играх, мог бы жестким, мог быть ласковым, мог легко свести с ума.
Дерьмово, что я стояла и понимала, что поддаюсь на все эти низкие провокации. Я не могла не чувствовать его запах – он об этом знал, – и запах этот рисовал в моей голове запретные картины. Еще хуже, что отныне я постоянно буду пытаться уловить этот аромат, стоит нам оказаться рядом. Я буду делать это интуитивно, и хоть ты включай логику, хоть нет.
Экс-командир чуть качнулся, оставшись столь же близко, почти прошел своим носом по моей щеке, и жаль, что я посмотрела ему в глаза. Пыталась быть сильной, независимой, храброй, сделать вид, что мне все равно. Но его губы и мои разделял вшивый миллиметр пространства – это слишком близко, слишком для того, чтобы мыслить трезво. Чтобы вообще мыслить. Я не знала, сколько прошло времени – оно исчезло, – но мне пришлось признать, что я никогда никого не хотела так сильно, как того, кто стоял сейчас напротив. Я пропиталась его запахом, а он моим, после таких вещей рациональность уже никогда не включается в полной мере. Мы оказались очень даже «совместимы» – вот что он мне показал.
Я все еще смотрела в глаза, которые от освещения сейчас казались темнее, чем обычно, и зеленоватыми. Красивый оттенок. И я боялась, что поцелуй может случиться, того, что он почти случился. Это шах и мат по всем фронтам… Сумею ли я после сближения, если оно когда-нибудь произойдет, хладнокровно нажать на курок? Головы больше нет, ясности больше нет.
Конечно, Арид увидел то, что хотел, – мои расширенные зрачки, – уловил мою слабость в коленях, кажется, он до процента мог назвать, насколько сильно скрутило мой живот. Ту его область, которая отвечает за «хочу тебя внутрь, жду, приходи».
Спасибо, что не возникло насмешки. Вместо этого послышалась фраза:
– Не ври мне больше.
Он считал все данные, которые хотел считать с моего тела. Каждый случившийся невербальный отклик, каждое «да», возникший флер томительного ожидания.
Что я могла теперь? Каким образом защитить свою честь, которая только что чуть не задрала свою юбку, показывая, что трусиков-то нет?
– Буду врать, – отозвалась настолько ровно, насколько сумела, понимая, что обеднею душевно, как только он отойдет. – Буду врать постоянно и со смаком.
– Что ж, как будет угодно.
Он все-таки улыбнулся. И… отодвинулся.
«Никогда я не буду вспоминать этот момент», – клялась я себе яростно. Это всего лишь запах, всего лишь обоняние и воспоминания. Я умела их отключать. До этого момента умела.
Сейчас он сложит лэптоп в машину, столик в багажник. Погрузит пистолеты, освободит меня от шокеров. Что дальше? Одно я знала наверняка: находиться рядом с ним я больше не хочу. Его нужно или убить, или навсегда убрать из моего поля зрения.
Ладно, я проиграла, но ведь это не конец? И почему мне казалось, что проиграла я не одно задание, а сразу два?
– Когда следующее испытание? – кажется, разочарование все-таки просквозило в моей голове. Смешанное с раздражением, хвостом ярости.
Арид же спокоен, практически умиротворен – ни дать ни взять вечный победитель.
– А когда ты хочешь?
– Сейчас.
Конечно, зачем ждать? Нужно выигрывать очередной тест и сваливать отсюда.
– Без проблем. Предупреждаю только, что он будет на порядок сложнее предыдущего.
– Я готова.
На меня взглянули, прищурившись. Если бы не ситуация, я бы засмотрелась на эту полуулыбку и прищур, подумав, что майору бы отлично подошла роль плохиша в ковбойской картине. Или роль хорошего, но жесткого парня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Садись в машину.
Шокеры он снял аккуратно, без торопливости. Я силилась не ощущать его касания, не чувствовать их.
А шагая к джипу, подумала вдруг: он правда смог бы сбить пятнадцать тарелок, если бы за его шары держалась женская рука?
Дались мне эти яйца. Я, конечно, смогу не думать о них тоже, уже могу. Ну, почти. Уже почти могу. Точно смогу через секунду…
Глава 3. Если она вернется…
(Head Splitter – VALORANT Theme Remake)
Арид
Снова на коленях ноутбук.
«Сегодня в полночь, – вещал Гил Брукс, программист с базы «Квадрона», – поедут сопровождать две машины. Маршрут высылаю…»
«Сколько будет наших?»
«Четверо».
«Нашими» он давно не любил называть сослуживцев, слово это использовал по старинке, чтобы Гил понимал суть.
«Кто именно?»
«Дэрон, Уинн, Заправски и Оуэн».
Арид боялся увидеть имена тех, кого уважал, кого считал неподкупными. Например «Треть». Бука Чечича, первоклассного бойца, прозвали «Третью» из-за заиканий. Тот отлично выговаривал первую треть слова, а вот дальше в произношении замирал, как ржавый стоп-кран. Зато в бою не замирал никогда. Думая о тех, кого оставил позади, Арид нехотя задался вопросом: а с кем из них кокетничала Дэйзи? Временно прогнал мысль прочь.
«Они знают, что будут охранять наркотики?»
«Не уверен. Но транш каждому на счет поступил тройной».
Значит, знают. Он еще не выяснил всех «теней», стоявших за грязными приказами, но процесс шел. Арид лишь надеялся, что купили не всех, что среди коллег остались люди, чистые совестью. Так они их Гилом и прозвали: «чистые» и «грязные».
«Думаешь, капрал Джейн “грязная”?»
«Данных у меня нет. Платили ей обычные суммы. К тому же она новенькая, новых сразу не посвящают…»
Ну да, тут надо быть старым и прожженным, к тому же недовольным официальным положением вещей, например зарплатой.
«С кем она спала?»
Ноутбук с ответом замер. Брукс то ли удивился вопросу, то ли отошел отлить.
Еще даже не полдень; Ариду хватит времени на подготовку к вечерней вылазке, в которой он еще раз зачистит тех, кто предал собственную совесть и продался за деньги. Оповестит своих людей, которых набрал уже после вынужденной отставки – не самых сговорчивых или надежных, но способных помочь в выполнении заданий, – просчитает стратегический план, выпьет кофе. Это не ему сегодня проходить еще одно «испытание», пробираться по сложному лесному маршруту и силиться выжить. Что ж, она так хотела сама.
«Не знаю, информация о личных связях в базе не хранится», – наконец ожил чат.
«Послушай, поспрашивай…»
Ему почему-то хотелось об этом знать.
«Я же не бабка-вынюхивальщица, чтобы стоять под дверями и слушать звуки».
«Побудь ей».
Гил понял, что Арид серьезен в своем намерении прояснить больше. Сдался он быстро, зная, что за работу хорошо оплатят.
«А ты ей заинтересовался…».
Может быть, думал Арид. Собственно, он сам еще не понял. Знал только, что ему, по сути, плевать, жива Джейн или мертва, она вчера явилась за его телом, она носит погоны «Квадрона» – этих фактов хватало, чтобы он испытывал к ней мало теплых чувств. Все же было в ней что-то нетипичное, нелогичное даже, неразгадываемое вот так сразу. Она отлично стреляла: ладно, каждый первый боец в отряде – отличный стрелок. Её рукопашка достойна похвал. Если бы не годы практик и тренировок, был бы шанс, что капрал добралась бы до болевых точек экс-командира. Плюс балл в её копилку. Арида удивляло другое… Если бы он подумал о женщине, желающей прижиться в отряде мужиков, ей должна была стать «психопатка», агрессивно настроенная мужеподобная тетка, обожающая насилие. Капрал Джейн насилием не наслаждалась совершенно – он никогда не ошибался в таких вещах.
