кажется, у тебя самой другие планы.
– Я люблю книги, но…
– Но?
– Но больше всего я хочу сама пережить то, о чем в них пишут.
– Например?
– Приключения, путешествия.
Роза в тот момент листала книгу сказок, которую принес первоклашка. Остановилась на картинке с танцующей Золушкой.
– Красивая иллюстрация, – заметила госпожа Иоанна.
– Ага, – рассеянно ответила Роза, переворачивая страницу.
– Как думаешь, почему туфельки Золушки были хрустальными?
– Не знаю. Так говорится в сказке.
– А я тебе скажу, что наверняка ей было очень тяжело. Целыми днями она ходила по золе босая или в деревянных башмаках, похожих на лодки, а потом вдруг впервые в жизни надела настоящие туфельки, да еще и хрустальные…
– То есть вы считаете, что в этих туфлях у нее могли заболеть ноги?
– Я даже уверена в этом. Но она так хотела танцевать, что вынесла эту боль.
– Да, пожалуй.
Госпожа Иоанна принялась искать книгу над головой Розы на полках книжного шкафа.
– Роза, рассказать тебе секрет? Все книги школьной библиотеки, а то и все книги мира, так или иначе говорят об одном: если хочешь – ты сможешь. И даже если не сможешь, все равно стоит попробовать.
– Что попробовать?
– Попробовать сделать то, о чем ты мечтаешь, но на что, как ты думаешь, тебе не хватит сил.
– Золушка мечтала о принце.
– Принц появился потом. И все же, представь себе, ей удавалось удерживать равновесие в этих туфельках, ходить и даже танцевать.
– Я никогда не думала о том, что у нее болели ноги.
– И хотя они и болели, Золушка смогла. Тебе нравится танцевать?
– Да, думаю, мне бы понравилось.
– Тогда я желаю тебе, чтобы ты могла танцевать в хрустальных туфельках и ходить в какие угодно походы в горных ботинках, а больше всего желаю тебе носить крылатые сандалии.
Роза засмеялась, и тогда госпожа Иоанна рассказала ей старую сказку про проклятие Халиля. Халиль был сапожником, величайшим из всех живущих на свете. Говорили, что нет такой обуви, которую он не сумел бы изготовить, будь она хоть трижды чудно́й. Так продолжалось, пока однажды один великий дервиш не вошел в его мастерскую и не заказал пару крылатых сандалий, чтобы летать в них по воздуху. Но Халиль так и не смог подарить заказчику то, о чем он грезил. Минуло несколько лет, дервиш умер, а сандалии так и не были готовы. Сокрушенный сапожник места себе не находил. С тех пор мечта дервиша о крылатых сандалиях передавалась по наследству вместе с секретами сапожного дела от Халиля к сыну, от того – к его сыну, и так далее. Шли годы, в роду появлялись все более искусные мастера. Но сколько бы они ни бились, стачать крылатые сандалии все равно не могли. Так мечта превратилась в неотступное проклятие.
Прозвенел звонок, и госпожа Иоанна пообещала:
– Я закончу рассказ в следующий раз.
Но Розе не терпелось узнать, что было дальше.
– Чем же все закончилось? Удалось ли потомкам Халиля избавиться от проклятия? – спросила в нетерпении Роза.
Госпожа Иоанна встала и стоя завершила рассказ:
– Спустя много-много лет в семье родился чародей и мудрец, к которому, как и к прочим до него, перешел долг Халиля. Когда этот человек состарился, он собрал своих детей и сказал им: «Может, нам и не удалось изготовить крылатые сандалии, чтобы люди могли летать, но мы посвятили себя нашему ремеслу, а потому летали сами. Мы тачали изящнейшие туфли для прекрасных дев в гаремах, мастерили ботинки для крестьян и создавали такую обувь, чтобы люди могли бегать, не чувствуя тяжести. Безумная мечта дервиша делает нас живыми». Вот такими были его слова. А ты что скажешь? Снято ли проклятие с рода Халиля?
– Снято.
– Вот и я так думаю, а теперь иди в свой класс.
С того дня Роза еще охотнее ходила в библиотеку. Ей нравилось беседовать с госпожой Иоанной. Они говорили не только о книгах, но и о многом другом и со временем привязались друг к другу. Госпожа Иоанна дала Розе почитать свой любимый роман – «Дон Кихот» Сервантеса.
Розе понравился наивный и мечтательный рыцарь, который сражался с мельницами.
– Я нисколько не сомневалась, что тебе он тоже придется по душе, – сказала госпожа Иоанна. – Некоторых героев мы всегда носим с собой внутри, и, возможно, когда-то тебе выпадет шанс раскрыть рыцаря и в самой себе и прожить приключения, о которых ты грезишь.
Однажды, когда они сидели в библиотеке вдвоем, учительница взяла руку Розы и положила себе на живот. Роза не поняла, но госпожа Иоанна сказала, что хотела ей первой рассказать о том, что ждет ребенка. Ни один человек во всей школе пока не знал об этом.
– Когда я перестану приходить в школу, я буду знать, что библиотека в хороших руках.
И действительно, у Розы получилось. Уже сама, без госпожи Иоанны, она успела прочитать до лета множество книг. Когда папа решил переехать, больше всего Роза жалела, что придется оставить библиотеку и что она больше не будет видеть свою учительницу. Роза уговорила папу сходить к ней в гости. Купила для малыша книгу сказок. Они пробыли недолго, но госпожа Иоанна крепко обняла Розу и сказала, что будет рада получать весточки и желает ей всего самого лучшего в новой школе. Жаль, что Роза не увидела, как рада была госпожа Иоанна прочесть ее посвящение:
«Крошка-малыш, желаю тебе, когда вырастешь, носить крылатые сандалии.
Роза»
Роза думала о госпоже Иоанне, пока шла до Маленького Рая.
– Эй, когда ты успела прийти? Я даже жвачки еще не купила.
– Сегодня я носила крылатые сандалии, – ответила ей довольно Роза.
– Чего? – спросила Афина.
Госпожа Ирини, услышав их, улыбнулась девочкам и заговорщически подмигнула Розе.
– Когда я была маленькой, у меня тоже были крылатые сандалии, Роза. Один мой друг как-то раз сказал, что человек – наследник птиц и потому обязан летать даже со сломанными крыльями[16]. Давайте-ка я угощу вас жвачками за мой счет. Ну а теперь ступайте играть.
Цари умещаются в спичечном коробке, когда ты спишь
Афина указала на красный дом на другой стороне улицы. В его окнах теснились, налезая друг на друга, афиши спектаклей, концертов и танцевальных представлений. Роза принялась их разглядывать. Они с папой много раз ходили в кино и один раз – в детский театр, но давно, Роза была еще маленькой. От происходящего на сцене у нее захватывало дух. Когда зажегся свет, она подумала, что представление уже окончено, расстроилась и разревелась, но папа объяснил, что это всего
