Читаем без скачивания Семь чудес к воскресенью - Андрэ Нортон

Монни слышала о происшествии с киноаппаратом и о том, что виноват был Мэтт. Наверное, хотел добраться до Бима, подумала она. Интересно, что его остановило - свеча?

Девочка заметила, что в автобусе Бим искал её глазами. Но она бросила на него только один равнодушный взгляд. Мысль о том, что он тоже получил два письма, всё ещё приводила её в ярость. Это она выдумала такую игру, а он пришёл и написал на ящике своё имя. Не имел он права, ни малейшего.

Монни нарочно проехала мимо Амстердам и вышла на углу своей улицы. Она хотела ещё раз посмотреть на старый дом, но без Бима. Должно быть, она совсем спятила, если заговорила с ним о доме.

Монни пошла быстрее, прекрасно зная, что Бим не подойдёт к ней на виду у других мальчишек. Она успела войти в квартиру, запыхавшийся Бим влетел следом.

– Эй, послушай, - начал он, даже не отдышавшись. Монни повернула голову и одарила его самым свирепым из своих взглядов.

– Сам слушай, - яростно ответила она. - Я ничего тебе не скажу. Ты понял - ничего!

Монни произнесла эту тираду свистящим шёпотом, потому что у миссис Джонсон были гости и Монни не собиралась отвечать ни на какие вопросы ни Биму, ни кому-нибудь другому!

Бим попытался схватить её за руку, но Монни вырвалась.

– Этот старый дом - ты сказала, что почтовый ящик…

– Заткнись! - прошипела Монни. Послышался голос миссис Джонсон.

– Это ты, Монни? Зайди, пожалуйста.

Монни скорчила самую страшную гримасу, на которую была способна и вошла в комнату, оставив Бима стоять с разинутым ртом.

В комнате сидела мисс Ридер. В руке она держала чашку. Миссис Джонсон всегда встречала социальных работников чаем с домашним печеньем. Теперь обе дамы улыбались Монни. Но мисс Ридер не должна была сегодня приходить! Так почему… Монни глубоко вздохнула. Неужели её собираются перевести в другое место?

– Здравствуйте, мисс Ридер, - никто не должен догадаться насколько она взволнована, даже если её действительно переведут. Вопросов Монни не задавала, она лишь постаралась правильно отвечать на вопросы мисс Ридер. Миссис Джонсон извинилась и вышла из комнаты, сказав, что ей нужно упаковать печенье для благотворительного базара. Монни взяла предложенное ей печенье, но никак не могла с ним справиться. Рот у неё пересох и вкуса она не ощущала. Каждый глоток давался ей с таким трудом, как будто во рту перекатывались камешки.

Да, ей нравится школа, да, дела у неё идут хорошо, да, и ещё раз да…

Если её сейчас переселят, она так и не узнает, что же это за почтовый ящик и кто такие «Семь Чудес». Всё достанется Биму. Этого она не перенесёт.

– Я рада, что у тебя всё в порядке, - должно быть, улыбочка у мисс Ридер изрядно поизносилась, она так давно её нацепила. Монни боялась, что вопрос, который она так хотела и так страшилась задать, сорвётся с её губ сам собой.

Что здесь делает мисс Ридер?

Монни так и не решилась спросить, а мисс Ридер не собиралась ничего объяснять. Она попрощалась с миссис Джонсон, оставив встревоженную Монни наедине со своими мыслями. Вчера приходила мисс Валаско, а сегодня мисс Ридер.

Монни приглядывалась к миссис Джонсон. Неужели Джонсоны хотят взять кого-нибудь другого? После того, как на прошлой неделе пришло письмо, они долго что-то обсуждали. Перед тем как заснуть - она в тот вечер опять думала о доме - Монни слышала их приглушённые голоса. Она чуть не подавилась остатками печенья и поспешила в свою комнату. Вернее, в комнату Стеллы, которой ей разрешено пользоваться.

Девочка осторожно закрыла за собой дверь и огляделась. Да, теперь комната выглядела значительно лучше. С тех пор, как у Монни появилась метёлка (она подняла руку - всё в порядке, метёлка на месте), она перестала разбрасывать свои вещи и старалась содержать их в чистоте. Но раньше… А ещё бывали случаи, когда она нарочно не выполняла требования Джонсонов. Просто потому, что не желала, чтобы кто-то указывал ей, Монни Фитгс, что можно делать, а что нельзя.

Монни без сил опустилась на кровать. Она представила себе, что могла бы сказать миссис Джонсон, если бы пришла к выводу, что с Монни невозможно справиться, и у неё подкосились ноги. Раньше, в других «домах» ей слишком часто приходилось слышать подобные разговоры.

Монни припомнила всё то, что ставилось ей в вину. Раньше ей было всё равно. Она «трудный ребенок», - очень хорошо, этим она, Монни Фитгс, и отличается от других приёмных детей. Но теперь - о, теперь ей не было всё равно. Может, Джонсоны и не такие уж распрекрасные, просто она устала от бесконечных переездов. В конце концов, она не кукла, чтобы переводить её из одной семьи в другую, не интересуясь, хочет она того, или нет.

Кукла… Монни достала из кармана кошелёк и вынула оттуда куклу, не наводящую порчу. И в первый раз попыталась увидеть в ней саму себя. Может, ей бы удалось пожелать себе чего-нибудь хорошего. Но головка куклы оставалась гладкой и пустой.

Хотя нет, вскоре лицо её стало меняться! Кукла лежала рядом с ней на кровати, и Монни не спускала с неё глаз. Зеркальная поверхность затуманилась. Это было лицо пожилого человека. Вокруг глаз собрались морщины, а сами глаза были посажены так глубоко, что их почти не было видно, хотя Монни и почудились синие искорки под густыми бровями.

Морщины собрались и вокруг рта, прочертив на подбородке вертикальные линии. А кожа была мучнисто-белая. Седые волосы над высоким, изборождённым морщинами лбом были стянуты на затылке. Кто это? В их доме жила старая миссис Притчет. Хотя… лицо казалось таким живым, гораздо более живым, чем другие лица, появлявшиеся на зеркальной поверхности.

Эти глубоко посаженные глаза - они так пристально, так странно смотрели на неё. Ничего страшнее Монни испытать не доводилось. И в то же время… Да, сначала было страшно, но потом появилось другое чувство. У Монни возникло предчувствие, что должно произойти что-то очень важное.

Монни наклонилась к кукле. И прошептала едва слышно:

«Кто ты? И что должно случиться?»

Девочка была уверена, что её губы шевельнулись. Она приникла к кукле, но ничего не смогла расслышать. А потом лицо исчезло, как будто Монни стёрла его рукой, а ведь она и пальцем не пошевельнула!

Монни завернула куклу в конверт, а конверт убрала в кошелёк. Потом встала и засунула кошелёк под подушку на своей верхней койке. Почему-то ей расхотелось держать куклу в кармане.

Кто эта старая женщина, и что ей нужно от Монни? Девочка была уверена, что ей пытались сообщить что-то важное, а она так и не смогла понять, что именно. Её опять охватило нетерпение.

Из кухни раздался голос миссис Джонсон. Монни сняла жакет и поспешила на зов. Прежние опасения навалились с новой силой. Если на неё поступили жалобы, её точно переведут. Теперь ей стало понятно, каково было вчера Биму.

Дверь в его комнату оказалась закрытой. Монни остановилась в нерешительности. Ей просто необходимо было с кем-то поговорить. А Бима эти странные события тоже коснулись.

Но к мальчику она так и не зашла. Вместо этого она направилась в кухню выпить свой стакан молока. Касается это Бима, или не касается, а к нему она обращаться не станет. Она справится одна, как всегда.

Благотворительный базар проводили в пятницу, миссис Джонсон была членом комитета. Ей предстояло рано выйти из дому, поэтому она взяла с обоих детей обещание, что они перекусят сэндвичами - их нужно было только достать из холодильника, - а потом придут в церковь. Так что всё утро у них оставалось свободным.

Монни никак не могла решить, идти ей к ящику, или нет. Этой ночью ей не приснился тот странный сон, в котором она оказывалась на пустыре и видела светящуюся звёздочку на почтовом ящике. Значило ли это, что письма для неё нет? Ей ужасно хотелось сходить на свалку и проверить, но как избавиться от Бима? Он, правда, сказал, что будет готовиться к контрольной и ушёл в свою комнату, но дверь оставил приоткрытой. Если она выйдет из дому, он точно увяжется за ней.

Но оставаться дома она не могла. Её так тянуло к почтовому ящику, что в конце концов она вышла на улицу, состроив Биму - через дверь страшную гримасу. Прятаться не имело смысла, он всё равно догадается, куда она пошла. Так что Монни прямиком направилась к почтовому ящику.

Флажок был поднят!

Однако Монни не торопилась открывать ящик. И с ней, и Бимом стали происходить странные вещи. И она никак не могла забыть лицо той старой женщины, в которую вдруг превратилась кукла.

Что это за женщина? И что всё это значит?

Монни с такой силой стиснула руки, что у неё свело пальцы.

Открывать почтовый ящик, или нет? Она и хотела, и боялась этого. Монни никак не могла решиться.

– И что в нём на этот раз?

Ухмылка Монни не предвещала ничего хорошего. Бим всё-таки выследил её, впрочем, она и не сомневалась в этом.

– Давай, открывай! - какой же пронзительный у Бима голос. Она и не посмотрела в его сторону. - Может быть, там письмо для меня, - Бим протянул руку и схватился за крышку. - И оно принесёт мне удачу.