У некоторых следователей вырабатывается то, что называют моральной деформацией личности.[63] Проявления ее различны. Наиболее опасны следующие ее формы – пренебрежение законом, фальсификация доказательств, обман, шантаж подозреваемого, обвиняемого, свидетелей. Это обвинительный уклон – болезнь многих следователей, которая иногда принимает нежелательный характер. Может появиться самоуверенность, чувство непогрешимости, а в действительности это не что иное, как узость мышления, субъективизм. Следователь уверен, что он постиг истину, а на самом деле он не в состоянии преодолеть психологический барьер, мыслительный стереотип. Известны ситуации, когда опытнейшие следователи, на счету которых много раскрытых убийств, оказывались в плену одной версии и, как выяснялось впоследствии, ложной.
В такой ответственной деятельности как расследование преступлений, особенно совершенных в условиях неочевидности, ошибки не исключены. Однако, ошибка ошибке рознь. Нет и не может быть никакого оправдания ошибкам, которые порождаются осознанным нарушением закона, фальсификацией доказательств. В этом отношении позиция прокурора должна быть бескомпромиссной.
Помимо кадровой перед прокурором стоит целый ряд организационных проблем. Прежде всего ему следует подумать о распределении дел. Согласно проведенным исследованиям у следователя на руках должно находиться 5–6 дел. Эта цифра условна, так как дела могут быть различной степени сложности. Мы не утверждаем, что все убийства, особенно очевидные, трудно расследовать. В каких-то случаях следователь в состоянии успешно расследовать одновременно несколько таких преступлений. Но есть и такие дела, как, например, групповые убийства, которые в связи с большим объемом работы качественно расследовать может только следственная бригада.
Следователя необходимо обеспечить оргтехникой, транспортом и в этом он не должен зависеть от органа дознания, как бывает на практике.
Известно, что следователи прокуратуры, особенно районного звена, только 40 % своего времени тратят на профессиональную деятельность. 60 % уходят на техническую работу, не требующую специальных знаний. Вообще вопрос организации труда следователя не так прост, как может показаться. Он требует разработки научных рекомендаций, определенных материальных средств. Далеко не все здесь зависит от прокурора, но то, что в его возможностях, он должен предпринять для нормальной работы следователя. В прокуратуре необходимо иметь списки специалистов, отсутствующих в экспертных учреждениях, но которые могут потребоваться при осмотре места происшествия, других следственных действиях. В первую очередь, это специалисты по взрывчатым веществам, взрывным устройствам, в том числе с дистанционным управлением. В настоящее время далеко не редкость убийства с применением огнестрельного оружия. Используются даже гранатометы. Появились убийства, связанные с использованием радиоактивных материалов.[64] Не каждый следователь в состоянии профессионально осмотреть такое место происшествия. Для этого нужны более узкие специалисты.
Такие ситуации необходимо предвидеть и заранее составлять списки специалистов, которых можно быстро привлечь к участию в выполнении следственных действий.
Прокурор обязан обеспечивать и контролировать учет и хранение вещественных доказательств, которые нередко утрачиваются, подменяются. А это и есть фальсификация доказательств.
Казалось бы хранение уголовных дел не может представлять собой какую-либо проблему, но это не всегда так. Следователи берут дела домой, в командировку и иногда их теряют. Неоднократно имели место хищения дел из кабинетов, канцелярии. Были нападения на следователей, которые брали дела домой. Известен беспрецедентный случай хищения из здания прокуратуры сейфа с делами. Это стало возможным в основном из-за утечки информации из самой прокуратуры, что следует расценивать как упущение в прокурорской деятельности.
Под надзором прокурора должна находиться и работа по привлечению к расследованию общественности. Закон не указывает формы, механизм участия общественности в работе следователя. Такая работа может быть как законной, результативной, так и просто противозаконной. Прежде всего необходимо отобрать, предварительно проверить общественных помощников следователя. Они получают определенный доступ к информации, а также имеют удостоверения, скрепленные печатью прокурора. С этим документом можно сделать многое. Один такой «помощник», получив удостоверение, на следующий день направился в ресторан и стал вымогать у директора крупную сумму денег, т. е. по существу совершил преступление.
Должен быть обеспечен безусловный запрет представителям общественности, общественным помощникам следователя на процессуальную деятельность.
Очень важна роль прокурора в создании и деятельности следственно-оперативных групп (СОГ). Поскольку СОГ создаются, как правило, для раскрытия неочевидных убийств, мы остановимся на этой проблеме в следующей главе.
Современная жизнь ставит перед прокурором такие организационные вопросы, которые раньше почти не возникали. Участились преступления и происшествия, по которым число потерпевших исчисляется десятками. Скопление родственников, близких потерпевших может превратиться в агрессивную толпу, влекомую чувством мести и неуправляемую. Нормативные акты органов милиции предусматривают это, но на практике возникают непредвиденные ситуации с элементами хаоса. Прокурор не вправе вмешиваться в законную деятельность органов милиции, но должен обеспечить ее законность, осуществить координационные мероприятия.
В 1999 г. в городе Батайске Ростовской области удалось нейтрализовать возбужденную толпу собравшихся около морга и готовую к непредсказуемым действиям. Это было сделано с помощью бригады врачей-психиатров. Однако врачи действовали не сами, а через следователей, сотрудников прокуратуры и органов дознания. Их рекомендации были оперативно реализованы и предотвратили негативные последствия, которые могли стать крайне разрушительными.[65]
И еще об одной стороне организации расследования и, соответственно, о прокурорском надзоре за ней. Речь идет о планировании как о методе организации расследования.[66]
Некоторые авторы не без основания пишут, что без тщательного, квалифицированного планирования нельзя решить задачу быстрого и полного раскрытия убийства, его всестороннего и объективного раскрытия.[67]
Известно, что нередко преступники тщательно, в деталях продумывают преступление, рассчитывают время, распределяют роли и т. д. Были случаи, когда в письменной форме преступники планировали даже карманные кражи. В то же время часть следователей негативно относятся к планированию, которое они рассматривают как помеху в работе. Исследования показали, что более 50 % начинающих следователей и планы не составляют; 25 % их составляют только для отчета перед прокурором.[68] Некоторые при этом ссылаются на уголовно-процессуальный закон, который этот вопрос действительно не регламентирует. Возникают ситуации, когда к следователю по его повестке приходит свидетель, а следователь не знает, не помнит, зачем он его вызвал, и выясняет у свидетеля, по какому делу он явился. Можно было бы привести и другие, не столь безобидные примеры.
Мы не будем доказывать необходимость планирования расследования и всей следственной работы в целом – это очевидно. Именно опытные, наиболее квалифицированные следователи в полной мере сознают важность этой работы и уделяют ей много внимания и времени. Однако не правы и те прокуроры, которые в ультимативной форме требуют от следователей объемные планы, тем более составленные по образцу, какие-то карточки, конспекты, «лицевые счета», планы-графики и т. д. Подобные рекомендации были, но вряд ли их можно считать удачными. Совершенно нежизнеспособной оказалась идея сетевого планирования расследования. Этот метод, очевидно, пригоден в строительстве, на транспорте, но в следственной работе он явно не приемлем.
Кроме того, планировать абсолютно все невозможно и в этом нет необходимости. В определенных случаях можно ограничиться мысленным планом. Это мнение авторитетных ученых-криминалистов.[69]
Уголовно-процессуальный закон действительно не регламентирует планирование расследований. Однако на протяжении многих десятилетий издавались приказы Генерального прокурора РФ, которые обязательны для всех следователей и прокуроров. В этих приказах говорится о том, что следователи обязаны планировать свою работу в целом и по конкретным делам, а прокуроры – ее контролировать.
Только отсутствием плана работы можно объяснить то, что в некоторых случаях очевидные в прямом смысле слова дела об убийстве в отношении одного обвиняемого расследуются по 4-6-9 месяцев, тогда как закон для этого устанавливает 2-месячный срок.
