– Скверная комната, – проронил Крис, плотнее прижимаясь к двери.
Наступила тишина, казалось, что можно услышать биение сердец, так громко и бешено они колотились. Эльза подошла к мужу и, положив свою тонкую руку на его окровавленное плечо, тихо спросила:
– Это конец?
Эдуард молча кивнул. Ожидание давалось тяжело. Сэр Левод и Кристофер боролись за тонкую перегородку дерева, отделяющую их от смерти. Очередной удар, они чуть не отлетели назад, но удержались и навалились всем весом. Щеколда выскочила, но поставить ее на место никто уже не пытался. Эльза стояла рядом с мужем. Бледная, напуганная, в ужасе глядя на дребезжащую дверь, она дрожала всем телом. Эдуард бросил на жену последний взгляд, посмотрел на доктора и прошептал:
– Если мы будем стоять так, то потратим последние силы напрасно. Лучше встретить врага лицом к лицу.
– Но это же конец, Эд, ты сам сказал, – пролепетала Эльза.
– Пусть это и конец, но мы заберем с собой этих разбойников! – воскликнул Кристофер и в этот же момент отпрыгнул назад.
Эдуард также отскочил в сторону. Дверь распахнулась, и в дверном проеме показались захватчики. Эдуард резко выкинул вперед руку с клинком. Нож рассек воздух и достиг цели. Осталось двое врагов. Противники закружились в бешеном танце.
Неожиданно на первом этаже послышались голоса, на лестнице шум шагов и через миг в дверном проеме показались еще трое разбойников. Эдуард негодующе закричал, Кристофер выругался. Победа пиратов была очевидна как никогда, надежда умерла. Уже над головой Эдуарда заносилась сталь, уже избитый Кристофер лежал на полу, а к его горлу был приставлен нож, уже Эльза сжалась на полу и с ужасом смотрела, как на нее наводят пистолет.
Но вдруг произошло невероятное. В комнату ворвались новые гости. Послышались выстрелы, поднялся дым, новые выстрелы, и все стихло. Кто-то выругался по-испански, и знакомый голос произнес:
– Похоже, эти канальи, наши преследователи, обошли нас на дороге.
– Франсуа? – слабо спросил Эдуард и, запрокинув голову назад, засмеялся.
– Он самый, – отозвался Джеральд. – Смотрю, мы подоспели вовремя.
– Минутой раньше было бы еще лучше, – простонал Кристофер, поднимаясь на локтях.
Джеральд подошел к доктору и помог подняться ему на ноги. Франсуа тем временем раздобыл где-то бутылку вина и протянул Эльзе. Молодая женщина молча взяла бутыль и, сделав несколько глотков, закашлялась. На ее щеках проступил слабый румянец, глаза вновь ожили.
– Так-то лучше, – улыбнулся Франсуа и помог встать Эдуарду.
– Видели где-нибудь по близости Яна, Мэри или Патрика? – спросил Кристофер, уже немного придя в себя.
– Нет, – отозвался Джеральд. – Зато вся деревня не спит. Вы своими криками и стрельбой всех подняли. Люди закрылись в домах, зажгли свет и каждый в окошко хочет увидеть, что происходит здесь, – он улыбнулся.
Эдуард стянул пропитанную кровью и потом сорочку и отшвырнул ее в сторону, облокотясь о холодную стену. Помолчав, он произнес:
– Сейчас передохнем и нужно выезжать в Лондон. Нельзя терять ни минуты, я должен переговорить с полковником Штефардом.
– А как же Сесилия? – тихо спросила его жена, наконец обретя дар речи.
– Патрик и Рыжая Мэри достаточно умны и сильны, чтобы самостоятельно за себя постоять. К тому же мы даже не знаем, где они. – Сэр Левод перевел дыхание.
– Эдуард, но ведь они пошли в лес и наверняка ждут нас, – вмешался Кристофер. – Нельзя их бросать.
– Крис, посмотри на себя, – отозвался тот. – Ты на ногах с трудом держишься, куда тебе еще сражаться? От нас живых будет больше пользы, чем от мертвых.
– Твоя взяла, – отозвался Кристофер, обессиленно падая на пол.
– Зачем тебе к Штефарду? – спросил Франсуа.
– Хочу объявить охоту на Яна, – решительно произнес сэр Левод.
Глава 9
Ночь в трактире
Пригибаясь к кустам и почти не дыша, Сесилия и Патрик пробрались к месту, где договорились встретиться с Кристофером, Эдуардом и Эльзой. Они замерли и стали ждать. Ожидание затягивалось. Сесилия посмотрела на мужа, тот пожал плечами. Они остались на месте, но никто так и не пришел. Сесилия нетерпеливо оглянулась назад, никого.
Неожиданно раздалось ржание, и они услышали тихий конский топот. Рыжая Мэри прижала ветки кустов и скосила глаза. В десяти шагах от них на лесной прогалине, освещенной луной, на вороном жеребце возвышался Ян. Рядом с ним стоял еще один конь с всадником. Ян обратился к своему спутнику:
– Теперь, Тибо, мы можем беспрепятственно похитить девчонку Рыжей Мэри. Ты знаешь, куда мы поедем, и никто, даже сама Рыжая, нас не остановит.
Капитан сухо рассмеялся и, пришпорив коня, скрылся в сумраке ночного леса. Сесилия до боли сжала кулак. Глаза ее вспыхнули недобрым огнем, рот искривила опасная усмешка вражды.
– Мы не позволим этого, – решительно произнес Патрик, провожая врагов хмурым взглядом.
Рыжая Мэри кивнула и, не произнося ни слова, начала пробираться в сторону соседского дома. Вскоре Патрик и Сесилия беспрепятственно дошли до конюшни, принадлежавшей одному из соседей. Патрик недоверчиво покосился на жену.
– Ты что, предлагаешь красть лошадей?
– А ты намерен опередить Яна пешком?
Патрик вызывающе улыбнулся и первым зашел в конюшню. Сесилия бесшумно скользнула следом.
Когда Вэндэры скрылись в небольшом сарае, из полумрака деревьев показался Ян. Его змеиное лицо светилось коварным удовлетворением.
– Замечательно, – произнес он. – Они сами мне покажут, где их дочь, а потом я покончу с ними.
Привыкнув к темноте, Патрик и Сесилия подошли к стойлам. Увидев незнакомцев, кони недовольно заржали, стали бить копытами, один из скакунов встал на дыбы. Рыжая Мэри стала тихо приговаривать и, медленно приблизившись к одному из жеребцов, начала развязывать его. Патрик тем временем подготавливал седла и сбрую. Через двадцать минут два молодых жеребца были готовы к долгому путешествию. Взяв рысаков под уздцы, Рыжая Мэри с искусством профессионального конокрада покинула конюшню. Кони послушно следовали за ней, не делая больше попыток вырваться или заржать. Но не успела она ступить и двух шагов, как из рядом стоящего дома выскочил мужчина в халате, спальном колпаке и домашних туфлях. В руках он сжимал ружье. Увидев двух воров, разгневанный хозяин лошадей негодующе закричал:
– Украсть моих породистых решили?! Не выйдет! А ну, вы двое, немедленно отпустите коней! – С этими словами он многозначительно выставил вперед ружье.
