футов и три дюйма, — пробормотал я.
— Вес?
— Примерно двести двадцать (прим. ред. — около 100 кг).
— Как твое имя?
Я на мгновение замолчал.
— Даниель, — проговорил я уверенно.
— Ясно.
Диктор хрустнул своими суставами на пальцах, когда окинул меня еще одним взглядом.
— Вот мы и снова с вами, уважаемая публика! — выкрикнул он. — Следующим в клетку входит Опасный Даниель!
Я закатил свои глаза. Девушка-рефери в бикини взяла меня за руку и подняла ее вверх, когда диктор объявлял меня.
— Его рост шесть футов и три дюйма, в нем двести двадцать фунтов чистых мускулов. Леди, обратите на него внимание!
Я посмотрел на присутствующих в баре и услышал подбадривающие выкрики, которые исходили от женщин, сидевших за баром. Покалывания теплой волной прошлись вверх по моему позвоночнику, когда абсолютно знакомая мне ситуация помогла сосредоточить внимание на том, что близилось.
Я посмотрел на Брута, стиснул руки в кулаки и сделал глубокий вдох, когда девушка рефери протолкнула капу между моими зубами.
Это было тем местом, которому я на самом деле принадлежал.
Брут направился ко мне, но сделал это мягко, опираясь на пятки, и терпеливо ждал от меня первого выпада в свою сторону. Я знал, что он начнет движение со своей правой, поэтому вторгся в его пространство, чтобы создать видимость того, что хотел напасть. Легкая ухмылка на его лице дала мне понять то, что он купился на это уловку, даже не начав действовать.
Я резко подался вправо, сделав выпад и ударив своим кулаком по его почкам, затем прошел по касательной рядом с ним. Он на короткий миг задержался на своем месте, но быстро пришел в себя и направился ко мне, его глаза были сужены. Он опять размахнулся, пропустив мой удар, и на мгновение потерял равновесие.
Когда Брут вновь собрался, то отступил и внимательно посмотрел на меня. Он осознал, что без боя я не сдамся, и теперь не собирался действовать поспешно. Пока он раздумывал над тем, какая уловка будет следующей, я кинулся на него, впечатался в его тело словно многотонный грузовик и быстро осыпал его серией ударов в живот и в бок.
Он вернул мне удары, хотя они не были настолько мощными. Его рука обвилась вокруг моей, и он высоко поднял свою руку, прежде чем нанести удар в мой висок.
Этот удар временно дезориентировал меня, и я отступил, но не упал. Но на самом деле это только сильнее меня разозлило. Я подался вперед, врезался в него и опрокинул нас обоих на пол. Мы упали, перевернулись и осыпали друг друга ударами, пока не достигли сетки октагона. Я головой ударился о железную сетку, и Брут воспользовался моментом, чтобы подняться на ноги.
Я незамедлительно последовал его примеру, подскочил на ноги и привел себя в состояние полной боевой готовности. Наблюдал за ним вблизи, как он прыгал из стороны в сторону в своей предсказуемой манере. Я устремился вправо, резко развернулся и обернул свою ногу вокруг его ноги. Затем быстро перестроился, захватил его плечо, прижав его к себе.
И с одной ногой, крепко обернутой вокруг его, я подался телом вперед и повалил Брута на настил. Быстро переместив руку, я зафиксировал его шею, стиснул ее, а другой рукой схватил его за голову, ладонью надавив на лицо, и с несокрушимой силой дважды ударил его головой о настил. Затем воспользовался дезориентацией противника и отвел его руку в сторону, а локтем другой руки надавил на его предплечье так сильно, как только мог. Он продолжил извиваться подо мной и пытался высвободить свою руку из моей хватки, тем самым попытавшись столкнуть меня с себя, но его усилия были напрасны.
Я повернул голову в сторону и выплюнул свою каппу.
— Так ты собираешься похлопать по полу рукой, или мне можно действовать дальше и просто нахер убить тебя? — прорычал я (прим. пер. — похлопать по полу рукой во время спаринга или боя значит, что соперник просит о прекращении боя, признавая победу противника).
Я почувствовал, как его кадык напрягся под моим предплечьем, но он не смог сглотнуть, потому что я надавил ему на горло. Брут высвободил свою руку и три раза ударил по настилу.
Я удержал его немного дольше, чем нужно, прежде чем освободить и оставить лежать на полу. Он лежал там и задыхался, когда все в баре начали кричать и радоваться, и в этот момент по моему телу прокатилась волна адреналинового взрыва, которая всегда наступала после жестокого боя.
Я ощущал ликование. С широко распахнутыми глазами и, скорее всего, с дикой улыбкой, я смотрел на толпу и ощущал, как мое сердце колотится в груди. Я мог ощущать кровь — обжигающую и липкую — на своих костяшках. Толпа продолжала кричать, когда девушка-рефери в бикини подняла мою руку вверх, так высоко, как только могла. Она посмотрела на меня удивленным взглядом.
— Отличная работа, — сказала она и подмигнула мне. — Я думаю, Брут это не скоро забудет.
— Ага, ему лучше бы не забывать это вообще, — ответил я, поиграв бровями, — или, в противном случае, я вернусь и напомню ему.
Она рассмеялась. Отпустив мое запястье, она скользнула своей ладонью по моему плечу и немного сжала его, перед тем как обернуть свою руку вокруг моей.
— Отлично, народ, — прокричал диктор, когда сделал толпе знак рукой, чтобы они замолчали, — на сегодня это все! Еще больше боев пройдет на следующей неделе, не пропустите их!
Тот же вышибала, который сопровождал меня в раздевалку, теперь склонился над Безжалостным Брутом и выволок его из октагона. Девушка-рефери сопровождала меня, пока мы проходили мимо кричащих боссов. Они все устремились ко мне, хлопали меня по спине и выкрикивали самые разнообразные поздравления, пока мы шли по направлению к раздевалке, чтобы я смог переодеться.
Когда я вышел из раздевалки, то девушка все еще была там, и на ней до сих пор не было надето ничего, кроме бикини. Она была такой улыбчивой, взяла меня за руку и повела прямо по направлению к бару. Затем протянула мне пухлый конверт с наличкой, которую я даже не удосужился пересчитать. Парень, который стоял за баром, крутил в руке пустой пивной бокал, он протянул руку, чтобы дать мне пять, таким образом поздравив.
— Купить тебе выпить? — спросила «рефери». Она прижалась телом к барной стойке, отчего грудь практически вывались из лифа бикини, и указала на бармена.
На мгновение, я практически по привычке принял ее предложение.
Но затем разум все-таки взял верх, и я ответил:
— Да нет, я в
