Японские курильщики напоминали англичан и в подходе к курению. Описание происхождения курения в Японии, приведенное Сака, врачом из Нагасаки, это почти алгоритм: «В последнее время в моду вошла новая вещь под названием „табак". Это — большие листья, которые нарезают и дым от которых вдыхают». В описании не упоминается даже то свойство табака, о котором обычно говорилось в ранних европейских сообщениях — его способность притуплять голод. Возможно, в стране, где господствует дзен и дух минимализма, средство от обжорства мало кого интересовало. В Японии табак был отделен от ритуалов и причин его употребления и процветал в их отсутствии.
По тихоокеанскому торговому пути между Мексикой и Филиппинами, который испанцы открыли в 1571 году, табак достиг остальных азиатских стран. С Филиппин он попал в Таиланд, Камбоджу, Шри-Ланку и Гоа. Из Гоа быстро распространился по Индийскому полуострову, так что уже через нескольких лет английские послы, побывавшие на приеме у Великого Могола, докладывали: «Табак выращивают на больших площадях и много курят».
В отличие от Колумба, табак достиг Китая через португальский торговый анклав Макао. Сначала китайцы приняли табак за средство защиты от малярии. Чан Ци-бинь, врач из Шаньиня, так описал его появление в Небесной Империи:
Что касается привычки курить табак, то мы выяснили, что ее появление связано с покорением провинции Юнань. Когда наше войско вошло в этот малярийный район, почти все солдаты заболели, за исключением одного батальона. На вопрос, с чем это связано, эти люди ответили, что курят табак. По этой причине табак распространился по всей стране. Все на Юго-Западе, молодые и старые, курят в настоящее время… днем и ночью.
Заимствование китайцами табака привело к его внедрению в третью систему исцеления. Китайская медицина основана на предположении единства творения, воплощенном в группе упорядоченных характеристик. сообразно которым идентифицируются и понимаются все природные объекты. На первом уровне две составляющих: инь и ян, противоборствующие и дополняющие друг друга силы: пассивная, женская и активная, мужская, первая ассоциируется с темнотой и землей, вторая — со светом и небом. Болезнь — это нарушение равновесия между инь и ян, лечение заключается в восстановлении равновесия. Концепция равновесия сил мало чем отличается от западной системы «соков», табак отнесен в ней к инь и признан горячим. Его используют как лекарство для болезней, связанных с холодом и мокротой — сходные диагнозы были поставлены в Европе в соответствии с теорией Галена. Считалось также, что табак улучшает пищеварение, «и потому многие добавляют его в вино и чай, и он никогда им не надоедает, даже если они курят весь день напролет». Табак полюбили китайские поэты, которые курили, сочиняя свои стихи. Яу Лу, поэт XVI века, хотя и признавал, что бездумное применение табака «приводит к опьянению», прославлял его вдохновляющие свойства и называл «золотисто-шелковым дымом».
Первый сильный удар табак нанес по Африке. После кругосветного плавания Васко да Гамы в 1497–1499 годах португальцы взяли под свой контроль арабские торговые города Софалу. Момбасу и Ормуз. Табак, о котором в Коране не упоминалось, был охотно принят мусульманами в качестве дозволенного наркотика и распространялся их кораблями по восточному побережью Африки. Португальцы создали свою систему торговых пунктов на западном побережье континента, где они продавали табак всем племенам, с которыми сталкивались. Те, в свою очередь, передавали табак другим племенам, в результате чего табак достиг сердца черного континента за век до того, как с ним познакомился белый человек. Сначала табак поставляла португальская колония Бразилия, но уже к концу XVI века табак выращивали во всей экваториальной Африке. Его перевозили в каноэ, переносили по лесным тропам, он получал самые разные имена, попадал в разные племена, терял и приобретал разные свойства, в одних местах его использовали как помощника в работе, в других — как афродизиак.
Африканцы создали свои собственные мифы о появлении табака — приписывая его открытие странникам, или прометеевской кражей у богов. Эти характерные для фольклора приукрашивания оправдывали курение какими-то особыми целями. Так, племя бушон в Конго приписывает появление табака Лузане Лумунбале, бушонскому блудному сыну, после двадцати лет странствий вернувшемуся в свое племя. Он пришел в родную деревню на закате, и его встретило несколько стариков, некогда присутствовавших на церемонии его обрезания. Ни один из них не узнал Лузану Лумунбалу, но когда он назвал свое имя, они подпрыгнули от изумления и стали трогать его, чтобы убедиться, что перед ними не злой дух. Деревня устроила в его честь пир, а потом его спросили, не отыскал ли он что-нибудь интересное и не принес ли им какое-нибудь сокровище. Вместо ответа он достал небольшой пакет с сухими листьями и горсть семян и показал племени. Он сказал, что у него в руке сокровище, способное излечить любую болезнь. «Этот дым для страждущей души — то же самое, что материнская ласка для больного ребенка». После чего он вынул из сумки трубку, набил ее табаком, зажег горящим угольком и принялся курить, причем лицо его сияло от радости. После курения Лузана Лумунбала разъяснил своему племени достоинства табака: «Эта трава, называемая Макайя, — великое человеческое изобретение… О Макайя. Макайя, какие чудеса ты способна творить! Как огонь размягчает железо, так Макайя размягчает сердце». В его восторженных словах звучал и призыв к курению: «Все вы знаете, что Лузана Лумунбала говорит вам правду: всякий раз, когда ваше сердце исполнено гневом или печалью, вдохните дым Макайи, и в вашей душе вновь воцарят мир и счастье».
Лузане Лумунбалу не пришлось рассказывать своим соплеменникам о курительной трубке и процессе курения — у них уже были трубки и своя собственная культура курения, связанная с гашишем. В отличие от европейцев, до появления табака не куривших, у некоторых африканских племен уже давно имелся «растительный друг», чей дым они вдыхали. Гашиш, или дата, как здесь называли эту траву для курения, ценился за его психотропные свойства и за способность доставлять удовольствие. Курильщик дата наслаивался блаженством и счастьем, которых не могут достичь (и даже понять) те, кто никогда не пробовал наркотиков.
Курильщики даги имели отношение к появлению в их арсенале нового оружия — водяной трубки. Исходя из того, что прохладный дым — это хороший дым, они вставили между чашечкой трубки и ее мундштуком водяную камеру, которая понижала температуру дыма и конденсировала некоторые ингредиенты. Этот ароматный остаток выливали йотом на кору или сухую траву и жевали, получая вторую порцию удовольствия.
Ниже, на рисунке изображена трубка для даги горного племени даммара. Ее делали из рога антилопы, в котором сверлили отверстие и вставляли в него черенок трубки. Рог частично наполняли водой, в которой проходил черенок; курильщик вдыхал дым через широкий конец рога. Другие племена использовали в качестве водяной камеры тыкву или побег бамбука, украшая их племенными и личными клеймами. Зачастую трубкой становился изобретательно приспособленный обычный сосуд для воды, используемый для общения с духами, а не для подкрепления физических сил. После того как табак стали всюду продавать, придуманное курильщиками гашиша приспособление появилось на двух других континентах, где оно превратилось в персидский наргил и индийский кальян.
Трубка для даги горного племени даммара
Существовавшая традиция курения облегчила проникновение табака в африканскую культуру. К 1600 году все племена, которые европейцы встречали на континенте, курили табак. Даже бушмены пустыни Калахари, которые не перенимали чужих достижений и знали только свои охотничьи луки да страусиные яйца, в которых они переносили воду, приняли табак, используя для курения землю — они выкапывали ямку, жгли в ней табак и, опустившись ничком или на четвереньки, вдыхали через тростинку дым.
Несмотря на чужеземное происхождение табака, африканские курительные трубки были самодельными и делались из местных материалов. Негры придавали трубке ничуть не меньшую ценность, чем североамериканцы. Такое возвышение трубки отчасти объясняется подобием американского и африканского обществ — обе культуры были племенными и превращали предметы повседневной необходимости в ритуальные. По сравнению с глиняными трубками моряков, которых интересовало только их содержимое, негры создавали множество украшенных орнаментом изделий самой разной формы и размера. Некоторые трубки были очень большими и вмещали несколько фунтов табака, у других было по две-три чашечки.
Дизайн африканской курительной трубки отражает все многообразие культур континента. Любители амулетов делали длинные тонкие трубки с чашечками в виде человеческих голов и украшали их перьями; поклонники Матери-Земли лепили трубки, напоминающие беременных женщин. На чашечках или вокруг основания вырезали племенные клейма — трубка становилась неотъемлемой частью культуры. Племя ашанти, напоминающее американские цивилизации, возводившие курганы, придавали чашечкам облик своих тотемных животных. Самыми почитаемыми были грифы, леопарды и крокодилы. Как и у индейцев американских равнин, к чашечке трубки, которую передавали но кругу воинов, была приделана подставка.
