Он слишком близко. И такая близость пугает.
— Д-демиан? — запинаюсь и делаю шаг назад, увеличивая дистанцию, так чувствую себя более комфортно. А он хмыкает, замечая мои жалкие попытки отстраниться.
— Напугал? — спрашивает хрипловатым голосом, оголяя ряд ровных зубов, больше похожий на звериный оскал.
— Немного.
— Ясно, — и вновь смотрит на меня очень серьезно. — Нужно поговорить.
Разворачивается и уходит, а потом бросает через плечо:
— Так и будешь стоять? Через десять минут коридоры заполняться студентами, а это лишние глаза и уши. Хочешь чтобы завтра о нас судачили? Хм… я то не против, — подмигивает. — Но думаю, такая перспектива тебе не по душе. Не так ли, Адель?
Вот чего он добивается своими подмигиваниями и улыбочками?
Бесит!
Бесит его самоуверенность и заносчивость.
— Через пол часа в библиотеке. И не опаздывай, ждать не собираюсь, — выкрикиваю набравшись смелости.
Он вскидывает бровь от удивления. А что? Когда-то ведь пора брать ситуацию в свои руки, а то мало ли в какой закуток заведет, а в библиотеке вроде и ушей посторонних нет, которые сплетни разносят, и место людное, взять в расчет того же библиотекаря, а Джон Морис крепкий мужичек, в случае чего и накостылять может. Так что лучшего варианта и не придумаешь.
— Как пожелаешь, Адель!
Но как только слышу отдаляющийся звенящий смех Демиана меня не покидает липкое ощущение того, что и в данной ситуации он чувствует своё превосходство.
Глава 11. Библиотека
Тихо захожу в обитель знаний и собираюсь направиться к излюбленному месту в читальном зале. По пути замечаю, что вместо нашего библиотекаря-громилы сидит худощавый парнишка, с кучерявыми волосами и огромными очками на носу, которого вижу здесь впервые.
— Привет! А мистера Мориса сегодня не будет? — Не удержавшись интересуюсь у него.
— Привет! — оторвавшись от гаджета, высоко задирают нос и одаривают меня скучающим взглядом. — Нет. Я вместо него. Если что-то понадобиться обращайся. — и дальше устремляет свои глазенки в экран.
Сколько высокомерия и заносчивости. Никаких объяснений: кто он такой, куда исчез мой библиотекарь-спаситель, так и хочется дать подзатыльника этому гордецу, но я лишь мило улыбаюсь.
— Хорошо.
Что-то мне это совсем не нравиться.
Ох, как не нравиться.
Не зря предчувствие дурное не покидает с самого утра.
"Ну почему именно сегодня мистер Морис отсутствует? Так, Адель, не дрейфь! Гляди-ка, вон в дальнем углу у окна сидят девчонки, упорно грызут гранит науки, а ещё, только присмотревшись заметила пухленького паренька, обложенного горами книг. И на худой конец этот зазнайка у входа. Ты не одна!"
Иду вглубь стеллажей. Там стоит одинокий столик. Уютное местечко, которое я заприметила с первого дня поступления. Студенты его не особо жалуют, обходя стороной, но мне нравиться его изолированность.
До встречи с Демианом остаётся пятнадцать минут, которые намереваюсь потратить с пользой. Иду вдоль полок классической литературы, перебирая пальцами и вдыхая обожаемый запах, прямо по курсу, взгляд цепляется за корешок книги Шарлотты Бронте "Джейн Эйр". Она стоит на самой верхней полке, дотянуться до которой не позволяет мой рост, но я не спешу просить о помощи, поднимаюсь на носочки и пытаюсь всё-таки достать.
Подушечки пальцев касаются книги, но ухватиться крепко не получается. Я не теряю надежды и повторяю свои манипуляции, до тех пор, пока моей кисти не касается мужская рука в перчатке.
Демиан…
Замираю.
В миг перестаю дышать. Секунду, другую…
Меня будто ледяной водой окатило.
Тело сковало, а от лица кровь отлила куда-то в район груди. Воздуха катастрофически не хватает. Чувствую как задыхаюсь, и лишь бешено колотящееся сердце напоминает о том, что я всё ещё жива.
Чувствую спиной исходящее тепло.
Его тепло.
Оно окутывает меня, обнимает невидимыми руками, согревая, слишком трепетно и дурманяще.
Я в ловушке.
Он стоит практически вплотную. Непозволительно близко. И эта близость подобна паденью в бездну. Вот ты стоишь у самого края, мгновение, и уже летишь вниз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В самое пекло, где кожу опаляют языки неведения и страха.
Голова кружится, чувствую, как начинают потеть ладони и в горле пересыхает.
И когда только Демиан успел подойти? Да так незаметно, без единого шороха.
Он медленно скользит по пальцам, слегка касаясь их, я чувствую гладкую прохладноватую ткань перчаток. Сглатываю и осторожно опускаю руку. А он в это время достаёт книгу, но не отстраняется, напротив. Теперь я чувствую его дыхание на затылке, и, о Господи…
Что он делает?
Не шевелюсь, ошарашенная происходящим.
Он что, вдыхает аромат моих волос?
Меня бросает в жар, когда я ощущаю его шумный выдох на шее, у самого уха и хрипловатым голосом:
— Выдыхай уже, Адель.
И я подчиняюсь. В царившей сейчас тишине это получается слишком громко. Жадно глотаю спасительный воздух. Не вижу, но чувствую, что он улыбается самодовольно.
— Не забывай дышать, пожалуйста. Иначе, я буду вынужден тебя спасать.
Щёки моментально вспыхивают от понимания того, как бы ему пришлось это сделать.
Шея покрывается мурашками, в том месте, где кожи касаются его слова, обжигая, а я дышу… Дышу через раз, сглатывая очередной образовавшийся в горле комок.
Теперь мне по настоящему страшно.
На мгновение прикрываю глаза, чтобы помочь себе успокоиться, унять внутреннюю дрожь, но делаю только хуже.
Это настоящая пытка.
Мой персональный ад.
В темноте ощущения обостряются в разы сильнее, поэтому резко распахиваю глаза. Паника накрывает с новой силой, когда я вновь ощущаю его горячее дыхание, которое становиться ещё ближе.
— Тишина убивает. Не правда ли? — произносит он низким голосом.
Нет! Нет! Нет!
В тишине мне было комфортнее, а сейчас я похожа на клубок нервов, который шипит, дрожит, извивается и вот вот взорвётся, разлетаясь на мелкие кусочки.
Лучше бы Демиан молчал. Тишина не так давила, как вибрации его голоса. Зачем он это делает? Сколько ещё будет продолжаться это издевательство? Если его целью было напугать, что ж, у Демиана это отлично получилось. Его голос действует на меня как-то странно. Проникая вглубь моего сознания, парализуя его. Тело настолько скованно, что даже пальцами не могу пошевелить.
Неужели совершенно никто не замечает что здесь происходит?
Прислушиваюсь. Не слышу прежнего девичьего хихиканья и перелистывания страниц. Чего это они там притихли?
— Но, неизвестность убивает сильнее, — добавляет он шёпотом, и прежде, чем я успеваю о чем-то подумать, просто убивает меня без оружия, произнося особо чувственно:
— Я вежливо попросил всех выйти, — пауза и на выдохе. — Теперь мы совершенно одни…Адель…
Глава 12. Между нами
Одни…
Повторяю пересохшими губами, но выходит беззвучно. От паники слова застревают в районе горла.
Одни… Наедине с Демианом.
И почему в такой опасной ситуации вся смелость сходит на нет? Как бы мне сейчас наставления Зака помогли, его подбадривающее: "Ты сможешь! У тебя всё получиться, Адель. Главное держать ухо в остро". Мы ведь рассматривали с ним сцену нападения из-за спины. Хочу вспомнить хоть что-то, но мой мозг в режиме отключки и в ближайшее время не собирается из него выходить.
Пытаюсь совладать с собой, отогнать тревогу, положиться теперь уже не на кого, а дальнейшее молчание может привести к куда более серьезным последствиям. А если Демиан начнет распускать руки? Ведь как говориться: "молчание — знак согласия".
А я против!
Против всего что здесь сейчас происходит и что может произойти в дальнейшем.
— Д-демиан, — произношу слишком тихо, сомневаясь, что он вообще меня слышит, но я продолжаю. — Ч-что всё это з-значит?
