Туманно, что делать с так называемыми естественным монополиями, с ними и теперь проблемы. Неясно также, как относиться к фирмам, интегрированным горизонтально или же вертикально.
Не ведаю, каким быть максимальному размеру компании и каким быть налогу – полезно обсудить – но таким, чтобы возможный неуспех (банкротство) не колебал экономику. Конкретно, почему бы для начала не установить порог в 0,5 млрд долларов прибыли, за которым ставка налога резко возрастает? Если прибыльность компании весьма велика, увеличенная ставка ее не погубит.
Говорят, что самыми крупными компаниями руководят умнейшие. Это не всегда верно, а они пусть ищут другое поприще.
Последнее (не по важности). Высокий корпоративный налог можно рассматривать как государственную страховку.[171] Если же компания хочет, она может отказаться от нее (и не платить повышенный налог), но «громко» об этом объявить, чтобы все знали – понимали риск взаимодействия с ней. В США порицают корпоративный налог, наивысший в мире. Жалуются и на «двойное обложение» – налог взимают с корпорации, плюс с личного дохода. Согласен, но не вижу другого способа (еще раз, налог на мелкие компании следует снижать).
Я не против личного богатства: в нем мало плохого – речь об ограничении размеров предприятия – фирмы. Если предприятия принадлежат одному владельцу, это само по себе ничем не дурно, когда «профиль» различен и их немного.[172]
Предлагаемое может стать одной мерой, наверняка есть и другие. Ключ – не допускать укрупнения, сокращать размер фирм – банков. И – не всякое регулирование дурно, в особенности против жулья, что-то из подобных мер разумно. Баффеты – гейтсы – абрамовичи – дерипаски не «самые правильные» капиталисты, смиты – брауны – кузнецовы – петуховы полезнее обществу.[173]
Возможно, я предлагаю не лучшее, тем более частично это против моей собственной философии, однако ситуация серьезна, а иного не видно. Не претендую (а хочется), что предложение разрешит все проблемы – люди изобретательно находят трудности. И признал уже дефекты капитализма, надобность его совершенствования (но не увеличение роли государства!). По-моему, пора уходить от крупного корпоративного капитализма. Если придумают лучший способ ограничить размер корпораций, буду рад, тем более в предложениях немедленно найдутся «дырки».
А как же со свободой? Почему индивиду (или группе) не иметь крупную компанию? Ведь стремление расширить бизнес, увеличить его вполне натурально. Ответ очевиден. Во-первых, не запрещается, а затрудняется. Во-вторых, речь о «сверхкрупности». В-десятых, тут как раз тот случай, когда действия могут принести ущерб другим и общество имеет право защитить себя.
Повышение корпоративной мзды целесообразно вводить постепенно, шаг за шагом, без шараханья в панике.[174] За одну ночь не сделаешь, нужны длительные усилия. Другими словами, это не предложение по выходу из текущего кризиса, а политика на годы, чтобы подобного не допускать.
Сказав выше о «сочетании» капитализма – социализма, я имел в виду капиталистические методы ведения экономики. Не болтать о движении вспять к обанкротившемуся социализму, а крепить капитализм – обдумывать – пробовать разные меры его развития. И совершенствовать социальные программы.
Старый байдарочник, отлично помню, как донельзя тяжко выгребать против сильного течения. Но мы гребли.
§ X. Справедливость – ответственность
Как ни работай – всегда найдется козел, который работает меньше, а получает больше.
Человеку любой эпохи интересно: а сколько Иуда получил на наши деньги?
Справедливость «вообще» не существует, это – категория абстрактная.[175] Джимми Картер: «жизнь несправедлива», с невеселым этим фактом приходится смириться.[176] Из «малых» несправедливостей – не уродился я с талантом писателя. Из бóльших – джентльменам не нравятся (кривоногие) брюнетки; вращение земли вокруг солнца открыл в 499 индус Арьябхата (идею высказывали еще греки), а на костер через тысячу лет ввели Джордано Бруно (не Коперника); Америка названа в честь Веспуччи (не Эрика Рыжего и не Колумба); мы в Вашингтоне (избран столицей не нами) паримся в июле – августе и из-за глобального потепления мерзнем зимой; климат Питера тоже далек от идеального; в Белом Доме воцарился нобелеат товарищ Обама и т. п.[177]
Полагают, что «правильнее» было бы всеобщее материальное равенство. Нет, не так. Повторяясь, Великая Французская революция, возгласившая «Свобода – Равенство – Братство», имела в виду равенство не положения, а возможностей, не материальное равенство, а равноправие.[178] Иначе говоря, у бедняка такие же права, как у буржуя, достаток обусловливается способностями и собственным старанием (лишь статистически – опять напомню о везении). Зависимость материального достатка от тебя самого – основополагающа, она есть ключевая «идея капитализма», в этом состоит «высшая справедливость». Не все зависит от тебя, есть и «объективные обстоятельства», но тут ничего не поделаешь.[179]
Маркс писал, что и капиталист, и пролетарий свободны ночевать на садовых скамейках. Демагогия – они свободны стремиться избежать такого ночлега. Коммунизм – социализм привлекают справедливостью, пока не поймешь ее иллюзорность. На самом деле, материальное положение в решающей степени определяется личным старанием, «трудовым вкладом», а также способностями. Суть выражается в замечательном моральном кодексе строителя коммунизма: «кто не работает, тот не ест» (понимай, кто работает плохо, тот скверно ест).[180] Понятно, вклад может быть разным, скажем, наследовал сделанное предками.
В проблеме зависимости уровня жизни от себя самого на какие-то вопросы я не знаю ответа. Как, собственно, измерять величину вклада? Продолжительность работы не подходит, качество труда неизмеримо.[181] Тоже и роль пенсий – в частности, в каком возрасте перестать зарабатывать?[182] Или – родители страждут обеспечить будущее детей, а наследство облагается высокими налогами.
В XXI в. практически ничего не делают «голыми руками»: сей трактат я выстукиваю на компутере, автоматы обходятся без человеческих рук. Степень вооруженности труда возрастает, времена луддитов ушли.[183] Ныне нет труда без хотя бы элементарных машин, поэтому неизбежна роль в производстве собственников оборудования – капиталистов.
