— Я не знаю, почему у ребенка высокая температура, — призналась доктор. — Все, что я могу, так это попытаться ее сбить.
После стольких дней, проведенных в дороге, Лина радовалась возможности посидеть на одном месте. Она уютно устроилась в углу дивана и наблюдала за доктором. Та одновременно занималась сотней дел и, похоже, обдумывала еще столько же. Она могла застыть на секунду, уставившись прямо перед собой и бормоча: «Да, правильно. Сначала я должна заглянуть…» — а потом броситься к своей огромной книге и начать ее листать. Через несколько секунд она отрывалась от книги и спешила на кухню, чтобы взять бутылку с жидкостью или банку с порошком, чтобы смешать их в горшочке. Она могла убежать в огород и вернуться с охапкой луковиц или выйти через другую дверь и принести какие—то сухие стебли и листья. Лина не могла понять, что она делала и удавалось ли ей закончить начатое. Время от времени она подходила к Поп—пи, чтобы дать ей ложечку лекарства или положить холодную, влажную тряпочку на лоб.
— Что это за огромная книга? — спросила ее Лина.
— Ох! — Доктор, казалось, всегда удивлялась, когда к ней обращались. — Она о медицине. И по большей части бесполезна. — Она взяла книгу со стола и открыла. — Ты смотришь «воспаление», а в книге написано «прописать антибиотики». А что такое антибиотики? Или смотришь «температура», а в книге — «дать аспирин». Я думаю, аспирин — это какое—то жаропонижающее средство, но у нас его нет.
— У нас был аспирин в Эмбере. — В голосе миссис Мердо слышалась гордость. — Хотя, насколько мне известно, его запас подходил к концу.
— Что у нас есть, так это растения, — продолжала доктор. — Травы, корешки, грибы, все такое. И пара старинных книг, в которых написано, какие и для чего нужно использовать. Иногда они помогают, бывает, что и нет. — Она прошлась рукой по волосам. — Так много нужно знать… И так много сделать…
— Я думаю, ваш сын помогает вам, — сказала миссис Мердо.
— Мой сын?
— Этот мальчик, Торрен.
— А—а. Он не мой сын.
— Не ваш? — переспросила Лина.
— Нет, нет, — покачала головой доктор. — Торрен и его брат Каспар — дети моей сестры. А со мной они живут потому, что их родители погибли под лавиной. Много лет тому назад, в горах, куда отправились за льдом.
— И у мальчика нет других родственников? — спросила миссис Мердо.
— У него есть дядя, — ответила доктор. — Но дяде не хотелось воспитывать сирот. Он предложил построить мне этот дом, если я возьму их. — Она пожала плечами. — Я и взяла.
— А что такое лавина? — спросила Лина. — И что такое горы?
— Лина, — обратилась к ней миссис Мердо. — Это невежливо — задавать так много вопросов.
— Я не возражаю. — Доктор сухо улыбнулась. — Все время забываю, что вы ничего этого знать не можете. Вы действительно жили под землей?
— Да, — кивнув, сказала Лина.
Седые брови доктора Эстер сошлись у переносицы.
— Но зачем кому—то понадобилось строить город под землей?
Лина ответила, что не знает. Ей известно только то, что она прочитала в книге, которую они с Дуном нашли, когда выбирались на поверхность. Это был дневник одной из первых обитательниц Эмбера, и в нем рассказывалось, что из внешнего мира туда привезли сто человек, на каждую пару по двое детей, чтобы растить их под землей.
— Они думали, что им грозит какая—то опасность, вот и построили Эмбер, чтобы обезопасить этих людей, — закончила Лина.
— Значит, произошло это очень давно. — Доктор вздохнула. — До катастрофы.
— Я не знаю, — ответила Лина. — Наверное, да. Что такое катастрофа?
— Катастрофа едва не уничтожила человечество, — ответила доктор Эстер. — Я вам когда—нибудь расскажу, но не сейчас. Я должна пойти посмотреть нагноившийся палец Берта Уэбба.
— Могу я задать еще один вопрос? Доктор кивнула.
— Почему это место называется Искра?
— Ох! — Доктор чуть улыбнулась. — Это на звание деревне дали люди последнего грузови ка, наши двадцать два основателя. Они были среди тех немногих, кто пережил катастрофу. Какое—то время они добывали еду, кочуя из одного старого города в другой, используя лег ковушки и грузовики, в которых оставалось вещество, вырабатывающее энергию, которое называлось «бензин».
Легковушки и грузовики? Бензин? Лина не стала спрашивать, не хотела прерывать рассказ.
— Когда еда и бензин стали заканчиваться, они решили, что пора начинать новую жизнь в новом месте. Нашли последний грузовик, в котором еще оставался бензин, загрузили припасами, едой в банках и коробках, инстру ментами, одеждой, семенами — всем необходи мым, что они смогли найти. А потом поехали на восток, через Пустые Земли, оставаясь у реки. И на этом месте грузовик сломался. Когда они открыли капот, из двигателя взметнулся сноп искр. Вот они и решили поселиться здесь и назвали свою деревню Искра. — Доктор встала, огляделась в поисках медицинского саквояжа. — Как выяснилось, это удачное название и в другом смысле. Искра — это начало. Мы—начало чего—то. Точно так же, как из искры возгорается пламя.
— Но огонь — это ужасно, — вырвалось у Лины.
— Ужасно или прекрасно, — ответила доктор. Она нашла саквояж за стулом и, уже подходя к двери, добавила: — Бывает и так и этак.
В тот день Лина не добралась до площади. Она не думала, что Дун будет волноваться: он знал, что Поппи больна, и мог догадаться, что Лина осталась с сестрой. Она решила повидаться с ним завтра и узнать, как эмбериты провели день.
Ближе к вечеру Лина вышла из дома, села на шатающуюся скамью во дворе, гадая, приготовит ли кто—нибудь обед, и решила, что вряд ли. Доктор лечила кого—то от зубной боли, а миссис Мердо поднялась на чердак с Поппи, которая уже почти час плакала и никак не могла успокоиться.
Открылась дверь, во дворе появился Тор—рен. Он подошел к Лине и встал перед ней.
— Твоя сестра, наверное, умрет. Лина вздрогнула.
— Она не умрет! Торрен пожал плечами.
— Мне так кажется. По—моему, она подхва тила чуму.
Он сел на деревянный стул, чтобы смотреть Лине в лицо. Он вышел из дома почему—то в нижнем белье: белой майке, напоминавшей мешок с дырками для головы и ног, и в трусах из того же материала, обнажавших его тощие ноги. Волосы он зачесал наверх, и они торчали, как пук травы, отчего и без того длинное лицо казалось еще длиннее.
— Я не знаю, о чем ты говоришь.
— Ты не знаешь о трех морах? — нарочито удивился Торрен. — И о четырех войнах? Никогда не слышала о катастрофе?
— Слышала, — ответила Лина, — но не знаю, что это такое. Я вообще мало что знаю об этом мире.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
