— А что, Ваша персона на стул уже не помещается?
Нет, правда, зачем ему здесь диван? Он что, реально решил здесь поселиться, пока я на вопросы не отвечу? Если так, то…
— Господин ректор, коль Вы решили плотно обосноваться в этой комнате, то мне, как любой девушке, требуется ванна или хотя бы душ. А еще туалет. — Я все это время на ректора не смотрела, комнату взглядом обводила, но пришлось взглянуть…
Он смеялся! Нагло сидел и смеялся! И даже не пытался скрыть этого!
— Позвольте, милейший, — вот после этого он смеяться перестал, губы поджал, — я не сказала ничего, что может вызвать смех.
— Мисс Зельсберг, — ровным, холодным тоном произнес мужчина, — я даю Вам одну единственную попытку извиниться за свои слова.
Одну попытку? Очень интересно…
— А что Вы сделаете, если я провалю эту попытку? Отчислите? — Я немного воодушевилась.
— Как только выполните поставленное условие. — Абсолютно серьезно ответил ректор.
Воодушевление пропало, словно и не было его.
— Да как Вы вообще смеете ставить такие условия? — Да, я возмущена. — Эльфа за бранный фейерверк отчислили, а меня за все мои…заслуги — нет! — И в заключении добавила:
— Не уважаете Вы себя, ректор лорд фон Линер.
Мужчина напрягся, глаза снова золотом полыхнули и он недобро так:
— Нет, мисс Зельсберг, одними извинениями теперь не отделаетесь.
А у меня в голове сразу его слова про другие игры всплыли, и я с перепугу как выдам:
— Мне еще рано о них думать.
Ректор не понял, удивленно на меня смотрит. Я пояснила:
— Об играх, которые Вы любите, мне еще рано думать. Вы сами сказали. — Лорд фон Линер завис. Только брови вверх подлетели.
А я что? А я ничего. Прическу решила поправить, кудряшки перебираю. И так я увлеклась этим делом, что и за ректором следить перестала, а он молчит, и, кажется, не шевелится, только сопит гневно. Ну и пусть сопит, сам виноват… Отвлек меня только непонятный шкребок в дверь, будто когтями, неужели, Котэн проснулся и понял, что что-то не так?
— Спасите! Помогите! Насилу-у-у-ю-ю-ют! — Что есть мочи закричала я, но только потом осознала, что первые два слова были к месту, а вот последнее… В общем, Котэн ворвался… Ну… как ворвался… Через спинку дивана перелез, кряхтя, и крича — Никому не двигаться! Я вооружен! — свалился рядом с ректором на… попу.
Я ненавязчиво показала пальцем в сторону ректора, Котэн медленно повернул голову, улыбнулся во все кошачьи зубы и невинно так:
— А я слышу: кричит кто-то, дай, думаю, помогу… — Ректор глаза на меня скосил, а я лицо в ладонях спрятала, мол, ничего не знаю, ничего не слышала, ничего не кричала.
Котэн что-то тихо муркнул, я продолжала прятать свое лицо. Стыдно? Немного. Боюсь, что засмеюсь, увидев глаза Котэна, и не представляю выражение лица ректора. Но чуйка подсказывает, — ничего хорошего его лицо сейчас не выражает.
Кстати, чего это ректор молчит? Неужто сказать нечего? Не может такого быть.
— Ректор лорд Линер, а почему Вы, собственно, молчите? — Не поднимая лица спросила я, чтобы хоть как-то заполнить эту давящую тишину.
Котэн пискляво протянул — Владле-ену-у-ушка-а-а… — , я лицо все равно не подняла, хотя писк Котэна насторожил. Ректор молчал, что тоже настораживало… Обычно он мои реплики без ответа не оставляет.
В общем, я таки рискнула голову поднять и чуть от неожиданности не уписалась.
Глаза ректора аккурат напротив моих в паре сантиметрах были. Золотые искорки блестят, завораживают… Радужка оранжевая, словно само солнце сияет. Красота то какая… И вот тут то до меня дошло, что я не просто смотрю, а заворожено всматриваюсь, еще и рот от восторга открыла. Позорище!
Взгляд поспешно отвела, рот прикрыла, и вроде возмутиться бы надо, что меня здесь держат, глазами своими сияющими смущают, а подходящего на ум ничего не приходит. Ну и ляпнула, как обычно, что первое в голову пришло:
— Я, между прочим, Ваша студентка, а Вы меня тут совращаете!
Поднялась, кудрями своими ректору по носу прошлась, не специально, случайно вышло, Котэна бесцеремонно в охапку сгребла, через диван перелезла и гордо вскинув голову пошла в башню.
— Владленушка, — подал голос сообщник, — ты понимаешь, что теперь пощады ждать не придется?
А то как же. Мы сами им такой апокалипсис без Армагеддона устроим, никогда не забудут.
* * *
Тому, кто мне даст вразумительный ответ на вопрос:
— Почему эта девчонка до сих пор в Академии? — подарю половину своего состояния.
Не понимаю! Я не понимаю, в честь чего должен терпеть все ее выходки, хамское поведение и ее саму! Обещание Радису связывает меня по рукам и ногам, но она уже перешла все границы. Абсолютно все без исключения!
Это же надо сказать «Вы меня совращаете». Как ее кудрявая голова вообще пришла к такому лишенному всякой логике выводу?
Не буду отрицать — ее реакция на мои слова, на мои действия, — забавляет. А восторженное выражение, когда она вблизи увидела мои глаза… Демон! Отчислю! Не сейчас, но отчислю.
* * *
Вернувшись в комнату, мы с Котэном засели обсуждать план дальнейших действий. Нас пару пар прерывал гневный крик старосты на тему моего воспитания, и подробного рассказа о том, как меня будут медленно и жестоко убивать, если я в ближайшее время не уберу башню ведьм и демонов. Мы с Котэном решили проигнорировать ее вопли, покуда «ближайшее время» понятие относительное, и это ближайшее время можно перенести на завтра, а лучше на через неделю.
План наш был прост и лаконичен, как и всегда.
План мести КэВ.
Месть 1. «Танцуют все». Подготовить второй коридор для создания горячих точек.
Месть 2. «Какие все красивые». Сделать материал для склизкого потолка.
Месть 3. «Фонтан — лучшее украшение любой башни». Описания излишни.
Месть 4. «Да будет… тьма». Позаботиться о полном отключении освещения.
Месть 5. Плавный переход из «Да будет… тьма» в «Ах во тьме ночной…». Никто не знает, что скрывает темнота.
Месть 6. «Не злите КэВ». Сюрприз, да и только.
Продумывали каждую месть со всей тщательностью, чтобы не обделить никого своим вниманием.
Котэн был доволен до мурчания. Впервые я услышала, как он от радости намурлыкивает какую-то песенку. Я попеть заядлый любитель, а потому не долго думая, предложила ему спеть дуэтом.
«Все в зале, двигайтесь с нами, чтоб сотрясались, сами мы стены и пол! Все знаем — это экзамен, на дом нам задан, хип-хоп, хаус и рок-н-ролл.»
И так нам весело стало, и мы подумали: а почему бы не потанцевать? А петь и танцевать веселее вдвойне!
«Все парни надуши-и-ились, девчонки все накра-а-асились»- Котэн сделал жест, словно губы помадой красит
«Сперва все раскурились, а уж после расколбасились»- Котэн взял со стола карандаш, выдавая его за сигарету.
«Тут ремонта на неделю — вот забацали веселья»- Котэн незаметно для меня слишком вошел во вкус, и разбил единственную вазу об пол…
«И видимо опять все закончится постелью».
— Неужели? — Саркастично осведомился… кто-то.
Мы с Котэном разом уставились на гостя. В дверях стоял эльф, красивый, как и все эльфы, глаза игриво прищурены, губы в ухмылке изогнуты, руки на груди сложены, а сам к косяку привалился, и видать, не только что зашел, а наблюдал за нами. Без стука вошел, значит, о правилах приличия не в курсе, тогда и приветствие будет соответствующим:
— Вы кто, уважаемый? — Мне по-прежнему было весело, а потому и голос звучал бодро и немного с насмешкой.
Котэн попытался было что-то сказать, но я его одернула. Пусть этот… зеленоглазый эльф сам представится. Гость, однако, представляться не спешил. Все тем же слегка прищуренным взглядом осмотрел сначала меня, затем Котэна, потом и комнату нарочито медленно осмотрел, не обошел вниманием и разбитую вазу. Кстати, надо будет Котэна за нее отчихвостить. Ишь, удумал, имущество портить.
Я решила напомнить, что мы вообще-то все еще здесь и хозяйка сих апартаментов ждет ответа. Меня, однако, нагло проигнорировали. Любопытный экземпляр…
В долгу не осталась, с таким же оценивающе-безразличным взглядом повнимательнее осмотрела эльфа.
Волосы пепельные, глаза, как уже подметила ранее, зеленые, лицо вытянутое, скулы явно очерчены, нос идеально ровный, губы тонкие, верхняя губа чуть вздернута. Обтягивающие штаны, эльфийские… демоны, по крайней мере, такие не носят. Эльфийская же туника, подпоясанная тонким ремешком. Зеленый плащ. Типичный эльф. Но не типичный эльфу прищур. Зрение у них отменное, щуриться не за чем, тогда причина в другом…
— А Вас, уважаемая, здороваться не учили, как я понимаю. — Хмыкнув, утвердительно сказал гость.
Хам. Без стука зашел, игнорирует, а я еще здороваться должна?
— А Вас, уважаемый, стучаться не учили, как я понимаю. — Я тоже руки на груди сложила, ухмылку растянула, жду ответного паса.
