чтобы не сбить настрой.
- Леш, подожди, - попросила она зажимаясь.
- Все будет хорошо, малыш, - настаивал я, решая, что никуда не отступлю.
- Да нет, - она выкрутилась из-под меня. – Я не боюсь, - воскликнула воинственно. – Телефон звонит. Где мой телефон?
Я сначала смотрел непонимающе, а потом и сам услышал противную трель.
- Блин, - протянула она. – Папа… Алло, - она сделала голос максимально серьезным, хотя я всеми силами сбивал ее с настроя.
В трубке раздался крик смешанный с матом. Моя Алена стоически терпела гнев родителя, но от каждого слова сникала все сильнее.
- Я поняла. Я скоро буду.
Отключив звонок, она развернулась в моих объятиях, трясясь как трусливый заяц.
- Ну, малыш, ты чего? – спросил я. И ведь не скажешь, что минуту назад она стонала от наслаждения в моих руках. Трясется и всхлипывает, старается удержать слезы. – Ну хочешь я пойду с тобой?
- Нет, - резко ответила она, поднимая голову. – Нет, я сама.
- Не надо геройства, - попросил я приподнимая ее подбородок. – Я поговорю с твоим отцом. Ты уже взрослая девочка.
- Только ему этого не говори. Он пусть и относится ко мне как к взрослой, но всю жизнь причитает, что мужчина должен быть один и на всю жизнь. Ему в доме гулящие девки не нужны.
- Эх, - я постарался улыбнутся. – Я думал ты ждала меня, а ты просто слушала отца.
- Я ждала тебя, - она провела рукой по моему лицу. – И поверь, этого я хочу очень сильно… просто он строгий и блюдет мою нравственность. Поэтому ты ему не нравишься.
- Я ему не нравлюсь? – я сделал вид, что возмутился, вызывая на лице Аленки улыбку. Такую долгожданную улыбку.
- Мне надо собираться, - с сожалением протянула она, поднимаясь с моих колен.
Ну чтож, видимо ни в этот раз, мой маленький друг, ни в этот раз.
Я все же вызвался проводить ее до дома, хотя моя девочка сопротивлялась до последнего. Ничего, пусть привыкает к моему несносному характеру.
Мы старались идти медленно, словно оттягивая момент встречи с ее отцом и первый раз в жизни я сожалел о том, что мы живем так близко.
Ее отец стоял на пороге и следил за нашим приближением.
Я было вышел вперед поздороваться, но он демонстративно отвернулся.
Мне было безразлично, но Алена восприняла такое поведение как дурной знак и вся сжалась.
- Эй, малыш, - я поднял ее голову, удерживая за подбородок, - все будет хорошо. Если что – пиши, и я тебе сразу заберу.
Она кивнула, неохотно отвечая на поцелуй. Видимо папа довольно сильно нервировал ее своим присутствием. Ну плевать!
Взглядом я следил за ней вплоть до того момента, пока не захлопнулась дверь и только после этого ушел.
Целый день я не находил себе места. От Алены не было ни привета, ни ответа, хотя я написал не меньше дюжины сообщений.
Позвонила она глубокой ночью:
- Привет, - вяло поздоровалась она.
- Привет, - ответил я, чувствуя что что-то не так. – Ты как?
- Никак, - просто ответила она. – Отец запер меня дома вплоть до выпускного. Телефон порывался забрать, но я не отдала. Назвал шлюхой.
- Малыш, - я физически стал ощущать ее боль. – Ты же знаешь что это не так?
- Конечно знаю, - фыркнула она. – Он сказал, что я выгляжу так, как будто меня всю ночь… несколько парней. А это вдвойне обидно, потому что меня в принципе еще никто не тра… ну ты понял.
- Милая, - я лукаво улыбнулся, - ну можно сказать, что сегодня я трахал тебя языком, а вчера пальцами, - я как наяву увидел как заалели ее щеки, а ее сбившееся дыхание в трубке стало мне наградой.
- Ты пошляк.
- О да, - самодовольно протянул я. – Когда встретимся?
- Не знаю, - в ее голосе было столько печали, что все мысли о том, что я бы хотел с ней сделать при встрече испарились.
- Хочешь я буду приходить к тебе и мы будем пить чай при твоем отце?
- Вообще ты мне должен помочь с математикой, - воскликнула она. – У меня скоро экзамен, а я не готова.
- Ничего, мы справимся, - пообещал я.
Следующая наша встреча прошла как с заключенным и только заверения Алены, что мы правда будем заняты только математикой послабили режим ее заточения.
Я пришел к ней в дом с огромным талмудом, в льняных брюках и туфлях, надеясь на благосклонность ее отца, но мой внешний вид не смог пробить ледяное сердце.
Он, как коршун или беркут, летал над нами, контролируя каждое движение. Когда я ненароком – хотя кого я обманываю, конечно специально – положил свою ладонь на аккуратную коленочку своей девочки, ее отец завыл сиреной выгоняя меня из дома.
Потом была еще одна встреча, но старых ошибок мы больше не повторяли. Чинно пили чай и занимались математикой.
Может оно и к лучшему, потому что я перестал отвлекаться на соблазнительные ножки, а Алена перестала думать о предстоящем. Наше внимание было сконцентрировано на занятиях.
Конечно, дома, в душе, мои мысли бродили очень далеко от математики, а в воспоминаниях всплывала Алена, растянувшаяся на моих простынях с призывно раздвинутыми ногами, но я продолжал ходить и выполнять свой учительский долг.
Математика, как назло, была последним предметом, который моя девочка будет сдавать, поэтому у меня был веский повод появляться в ее доме, но время стремительно бежит и день Х настал!
Солнечное летнее утро встретило меня тревожными СМС-ками, которые Алена строчила мне всю ночь.
- Ну чего ты нервничаешь? – спросил я, закидывая в рюкзак бутылку воды и шоколадку. – Ты же все знаешь.
- Я не знаю! – заорала она в трубку. – Боже, Леш, я так волнуюсь. Внутри все скручивает от тревоги.
- Не волнуйся, малыш, - попытался я успокоить ее. – Я рядом.
- Тебя нет. Чертов папа, за что он так со мной? – воскликнула она.
- Не надо так про папу, - усмирил я ее пыл. – Все нормально.
- Не нормально, - пока она высказывала в трубку свое недовольство, я выскочил из дома и направился к ней. Удивительно, эта девушка все продолжала жаловаться, когда я подошел
