и крови Фенрир. Для гитары Рикардо местные пацаны приволокли специальную стойку. А комбик и аккумулятор почти сразу отправились в местную мастерскую.
— Тащемта, гитарюгу я бы поберёг… — Паук соединил детали разобранного оружия, бросил промасленную ветошь на верстак и глянул на Вракса. — Нам его талант тут нужнее, например. А то может тогда и возвращаться будет уже некуда. Если крабы вдруг опять такой кипеш поднимут, как сёдня…
— А чё вы тогда вообще тут кукуете? Посреди такого говнища? — Кира привлекла его внимание и указала рукой за узкое окошко. — Тут же у вас дворцы да замки почти на каждом углу. Неужели нельзя переехать куда-нибудь, где почище?
— Нельзя. — Сухо отрезал Вракс. — И уставившись в огонь, дал понять, что тема закончена.
Ладно,пока не будем копать в эту сторону…
— Хард-то не откажется, уверен. — Я указал на норвежца. — Но вместе с ним мы соберём на себя с острова всех икромётов. Как и вместе с любым другим.
— Тащемта, точняк… — Хриплый пацан согласно кивнул. — Там и мимо биржи, например, никак не проскочишь. Даже днём… Утром вот увидите, во что ростральные превратились…
Замолчав, паренёк почесал в затылке шомполом:
— Если только… — Паук снова покосился на старшего, словно спрашивая разрешения на продолжение фразы.
Но начальник Камчатки сам завершил за него мысль, отрицательно покачав головой:
— До Беринга по тоннелям всё равно не дойдёшь. Только до универа… Да и том там щас фиг знает чё творится.
— Ну полюбасы лучше, чем поверху, тащемта. — Пожал плечами хрипун и бросил шомпол к ветоши. — На крышах, конечно кайф… Но до Васьки никак не пролезть.
— Погодите… — Белла вдруг снова оживилась. — Я правильно услышала? По тоннелям?
Хоть и не сразу, но Вракс, всё-таки, заговорил снова:
— Правильно. Царские катакомбы. Они с крепостью все дворцы связывают. И ещё соборы с адмиралтейством.
— Да ладно! Прямо под рекой⁈ — Похоже, что сон с морячки сняло как рукой. — Да это ж городская легенда!
— Да он вон сам городская легенда, тащемта… — Паук ухмыльнулся, махнув в мою сторону очередным брикетом, прежде чем подкинуть его в печку. — Да и батя твой, как я понял…
— Легенда — не легенда, но тоннели мы немного разведали. — Кивнул одноглазый командир. — И под Невой тоже. Там, в общем-то, не только царские… После блокады тоже много чего построили, на всякий… Где-то, правда, наглухо заложено, хоть и воздух оттуда явно идёт. Но подрывать как-то стрёмно…
— А есть чем? — Глаза Беллы цепко остановились на собеседнике.
— Надо будет — найдём… — Вракс ответил ей таким же острым взглядом. — Да и у вас на кораблике тоже, я так понял, кое-чего припасено…
— А жор в этих тоннелях нет? — Забравшись на диван с ногами, Кира нарушила напряжённую паузу, повисшую после этих угрюмых фраз.
— Пара вахтёров из Эрмитажа и универа… — Начальник Камчатки отвёл взгляд первым. — Но когда мы их нашли, уже давно с голодухи загнулись. Зато на них ключи были.
— А с метро эти катакомбы не пересекаются? — Брюнетка быстренько переглянулась с Шутником. — А то у нас там такое расплодилось… Не хуже ваших крабов!
— Метро в центре почти всё давно затопило. Наглухо. Там кислорода в воде почти нет, крабы в таком долго не живут.
— А старинные тоннели типа не затопило? — Недоверие снова нарисовалось на лице Беллы.
Но вместо Вракса ответил её отец:
— Для того, чтобы при случае иметь возможность сбежать от очередных заговорщиков, монархи средств не жалели. А метро, наверное, было дешевле время от времени осушать насосами. В Питере оно и так труднее, чем в Москве строилось. Не смотря на то, что меньше. Самое глубокое в мире, вроде как…
— Поэтому у них на станциях двери перед вагонами? — Не смотря на то, что Кира старалась всем своим поведением подчеркнуть то, что она старше и солиднее остальных подростков, её любопытство было таким же непосредственным, как и у них. — Чтобы не затапливало?
— Нет, это чтобы крысы-мутанты на пассажиров не бросались…
— Да я серьёзно! — Острый кулачок ткнул отца Беллы в свободное плечо. Знакомый жест. — Шутник, блин…
Беззвучно усмехнувшись, мужчина ответил девчонке очень тёплым взглядом. Практически таким же, каким всегда смотрел на дочь:
— Да просто думали, что так будет дешевле и проще строить. Ну и всё-таки безопаснее для пассажировтоже. Так и выходило, но потом выяснилось, что эксплуатация получается сложнее и дороже. И от таких горизонтальных лифтов в итоге отказались.
Наблюдая за тем, как брюнетка внимательно слушала его неторопливый рассказ, я, кажется, начал понимать, почему они вместе…
— Это всё, конечно, интересно! — Кажется, в голосе Беллы послышалась лёгкая ревность. — Но как же тогда Рику туда пробраться? Даже если от университета… Там до нужного перекрёстка — километров пять, наверное… В любом случае — прямо по самому гадюшнику топать, получается…
Согрев ноги, я наклонился ближе к собеседникам и протянул к огню ладони:
— Ну как-то же я… То есть Брокер… Как-то же мы с ним там уже побывали. Раз я зачем-то набил себе эти координаты.
— Так это, может, ещё весной было! — Белла махнула рукой за спину в сторону прошлого. — До того, как крабы из залива полезли!
— А может наоборот? Ведь теперь это самое безлюдное место в городе, как понимаю. Лучше места для тайника и не сыщешь.
— А вот мне другое интересно… — Вновь послышался глубокий баритон столичного гостя. — Если я правильно понял… То вплоть до текущего момента план этого самого Брокера вполне себе работал. Даже без его непосредственного участия… — Глаз Шутника словно заглянул мне внутрь черепа. — Если, конечно, можно так сказать…
Я вполне искренне кивнул:
— Можно. Весь путь мы проделали без него. — Но на этих словах в голове тут же возникли воспоминания о моих видениях в кишечнике гигантского паразита. Но пока решил ими не делиться.
Прежде чем кивнуть в ответ, москвич недолго помолчал, продолжая сверлить меня взглядом. Но всё-таки продолжил медленно рассуждать вслух:
— От пропавшего отряда нахимовцев он получил гюйсы… И следом… С помощью этих… Как их…
— Людоедов? — Подсказала Белла.
— Нет… Которые с грибами.
— Тролли!
— Ага… Как
