Читаем без скачивания Священный Грааль отступников - Лариса Капелле

Клаас Эльке усмехнулся про себя. Его явно принимали за полного идиота! Только что объяснить полную секретность, а потом спросить, собирается ли он с кем-нибудь прощаться. Такая проверка на вшивость подходила для малолетнего ребенка.

– Нет, Ваше Святейшество, я отправлюсь сейчас же.

– Хорошо, – в первый раз улыбнулся Иоанн, – кардинал снабдит вас необходимыми документами с моей печатью. Все границы будут для вас открыты. Любой правитель будет оказывать вам полное содействие, не говоря уже о монастырях, где вы всегда найдете еду, кров и, если нужно, необходимые средства и помощников.

Трэве встал рядом с дверью. Аудиенция была закончена. Клаас поклонился и вышел вслед за кардиналом.

Через пару часов, когда все формальности были окончены и Клаас покинул Авиньон, Трэве вернулся в покои папы. Иоанн XXII сидел перед раскрытым окном и с отрешенностью наблюдал за царившей на площади перед дворцом суетой. Трэве почтительно ждал. Он прекрасно изучил своего правителя. Под маской отрешенности и незаинтересованности скрывался острый и беспощадный ум.

– Ну что, твой шпион отправился на поиски?

– Да, Ваше Святейшество.

– Ты ему доверяешь?

– Нет, – холодно ответил Трэве.

– Но ты выбрал именно его, – заметил понтифик. Голос его был слабым и еле слышным. Но мягкость этого голоса нисколько не обманывала Трэве. Уже более пяти лет хилый старик жестко проводил свою линию, правя католическим миром железной рукой в шелковой перчатке, без страха бросая вызов императору, королям и всесильным монашеским орденам.

– Он – самый способный и хитрый. Все, кто обращался к услугам Эльке, дают ему самые лучшие рекомендации, – как можно убедительнее произнес Трэве.

– Но ты прекрасно знаешь, что это не просто охота за еретиком. – В мягком голосе Иоанна XXII послышалось напряжение.

– Он найдет Гийома, а об остальном я позабочусь сам. Для Эльке – он просто ищет еретика, которого должны отправить на костер. Вознаграждение более чем интересное. Я этого шпиона изучил хорошо, с ним никогда не было проблем.

– У него есть семья?

– Нет, я навел справки. Эльке – одиночка, родители давно умерли, из их многочисленного потомства выжило только двое: Клаас и его брат Ян, но они давно не поддерживают никаких отношений.

– То есть исчезновения Клааса Эльке никто не заметит, – задумчиво произнес папа.

– Никто, – спокойно подтвердил Трэве, – его домоправительница привыкла к частым и долгим отлучкам своего постояльца, поэтому он всегда платит за год вперед. И если он не вернется из одной из них, никого это не обеспокоит…

Папа продолжал молчать. Трэве терпеливо стоял рядом.

– И тот, другой, наконец, отправится на костер… – пробормотал правитель Святого Престола, – ты думаешь, это она дает ему силу? Святая Сила в руках нечестивцев! Мы должны остановить их, и не важно, какую цену нужно заплатить!

Трэве только кивнул головой. Он знал, что папа имел в виду. Дни для церкви настали нелегкие. У всех из памяти еще не выветрилось проклятие Великого магистра Тамплиеров. С тех пор тысяча несчастий обрушилась на французское королевство. Один за другим погибли папа Климент V, всесильный министр Филиппа Красивого Ногаре и сам король Франции. За Филиппом Красивым в царство теней почти сразу же последовали его сын, Людовик X, и внук Иоанн I Посмертный, проживший на этом свете всего 5 дней. Филипп V Длинный вступил на престол, и все было вздохнули. Но несчастья не оставляли измученную страну. На Францию обрушились голод и болезни. Кроме того, реформы Филиппа V Длинного требовали все больше и больше средств. Обложенные податями и налогами, доведенные до крайнего отчаяния людишки начали поднимать головы. То там, то сям вспыхивали восстания. На площадях вещали бродячие проповедники, провозглашая пришествие антихриста, обличая зажравшихся священников и обвиняя самого папу в сговоре с сатаной. Святая Инквизиция свирепствовала, тюрьмы и пыточные были заполнены, костры, на которых сжигали еретиков, пылали на площадях. Но ничто уже не могло испугать отчаявшихся. Разброд, царивший в стране, дополнился разбродом в головах и сердцах католической паствы.

– Положимся на Господа, – наконец, разорвал молчание слабый голос Иоанна, – положимся на Его волю. Не может Он оставить созданное им в хаосе. Память Неба должна найти свое истинное пристанище и даровать силу Его истинным слугам…

– Странное у нас получилось путешествие, – произнес Кирилл, – думал привезти тебя в патриархальную тишь да благодать, и на тебе!

– Покой нам только снится! – улыбнулась Кася и лукаво добавила: – Может, судьба у нас такая?

– Это ты к тому, что и на Марсе тоже жизни нет? Ну ладно, шутки шутками, но на самом деле история неприятная.

– Да ладно тебе! Если бы не это, Белозерск – действительно чудесное место.

– Уф, ты мне облегчила жизнь! А я боялся, что ты меня попрекать начнешь. Ты же изначально хотела в Севенны!

– А кто нам гарантирует, что в Севеннах мы не нарвались бы на какую-нибудь историю? – махнула рукой Кася.

– Действительно, никакой гарантии, – улыбнулся Кирилл.

– Кася, Кирилл, – окликнул их знакомый голос.

Они оглянулись. На пороге гостиничного ресторана стоял Игорь. Тот перекинулся парой слов с официанткой и двинулся к ним. Вид у него был встревоженный.

– Что-то случилось с Олесей? – почему-то сразу напряглась Кася.

– И да, и нет, – несколько ошарашенно ответил Игорь, присаживаясь за их стол.

– Да говори же наконец!

– Этим утром нашли мертвого Переверзева…

Кирилл и Кася молчали, потрясенно ожидая продолжения.

– Его утопили…

– Что?

– Так думает следствие, – пояснил Игорь.

– Откуда ты знаешь, как думает следствие? – спросил Кирилл. А у Каси непонятно почему защемило сердце. Она с нарастающей тревогой ожидала продолжения.

– Бориса Стрельцова сегодня арестовали. Он – главный подозреваемый в убийстве обоих…

– Волынского и Переверзева?! – воскликнула Кася. – Это же бред!

– У них есть улики.

– Улики против Бориса! Полный абсурд! – возмутилась Кася.

– Не совсем, во всяком случае для них, у него был мотив желать, чтобы оба исчезли…

Глава 4

Либо пан, либо пропал

К Стрельцовым Игорь, Кася и Кирилл ехали молча. Каждый обдумывал ситуацию. Потом внезапно заговорили все разом:

– У них есть какие-то улики против Бориса? – спросил Кирилл.

– Ничего точно я не знаю. Мне позвонила хорошая знакомая Стрельцовых Татьяна Петухова. Она живет в Глушково, недалеко от хутора Стрельцовых. Сказала, что Бориса забрали и что Олеся пока у нее. Единственное, что мне удалось понять, что Переверзева утопили, запутав в сетях. А сети принадлежат Стрельцову.

– Что за ахинея! – возмутилась Кася. – Во-первых, если Переверзев запутался в сетях, это могло быть несчастным случаем. А во-вторых, кто угодно мог взять сети. Борис на берегу их развешивал для сушки – бери, не хочу.

– Так-то это так, но полицейские хватаются за что угодно. На них тоже все нажимают. Из Москвы, говорят, из министерства звонили: как проходит расследование и т. д. Им, сами знаете, вынь результаты да положь…

– Вот они и вынули… из задницы! – саркастически заметила Кася.

– Не горячись, – посоветовал ей Кирилл, – скорее всего, у следователя есть улики и посерьезнее. Он – далеко не дурак.

– Шумилин-то? – отозвался Игорь, выруливая на проселочную дорогу, – в этом ты не ошибся, сообразительный малый. Хоть молодой, но уже пару громких дел в нашем районе раскрыл. Причем из самых тухлых, за которые никто браться не хотел.

– Откуда у тебя такие сведения? – поинтересовался Кирилл.

– Районный прокурор пару пейзажей для своей дачи заказывал. Ну, как и полагается, выпили, поговорили. Он мне такое понарассказывал. Но о Шумилине вашем с уважением отзывался. Ну, вот и приехали.

С этими словами Игорь остановился рядом с небольшим, но удивительно нарядным деревянным домом с ярко-желтыми наличниками. Навстречу им выскочила кругленькая женщина средних лет с миловидным лицом.

– Здрасьте, я Татьяна Петухова, – представилась она, – я уже вас заждалась. Проходите…

Первой, кого увидела Кася внутри, была Олеся. Девочка сидела неподвижно, уставившись в только одной ей видимую точку на противоположной стене. Татьяна же тараторила без остановки, словно пыталась разговором заполнить напряженную тишину.

– Я у них была, когда за Андреичем пришли. Я часто к ним заглядывала, особенно после того, как с Юлей все это случилось… Дед и дите все-таки, вот горе-то! А тут еще одна напасть на них, вот ведь судьба-злодейка не успокоится никак! – Лицо женщины искривилось в слезной гримасе, но она тут же взяла себя в руки, боязливо поглядывая на застывшую Олесю.

– Они объяснили, почему забрали Бориса? – стала допытываться Кася.