– Насть, да я с радостью! Очень мне тяжело из деревни мотаться в Питер. Лишь бы тебя не стеснить.
– Не стеснишь!
Настя поставила перед Ритой на стол тарелку с борщом. Себе налила чаю.
– Знаешь, Рит, даже есть не могу, и не хочу. Ну, ведь должен человек понимать, что сейчас так сложно все. Я без зарплаты на основной работе – все ждем! На второй хоть и платят, но ты ж понимаешь: уборщица – это уборщица. Устала я, Ритусь. Думала, Ник хоть куда-то устроится, а он… И долги. Хоть и меньше, чем у твоих братьев-акробатьев, но меня они уже пугают. И банк трясет, как грушу. То звонки, то письма. А он опять в запой уходит. И где деньги берет?! Говорит, все угощают. А я в это уже отказываюсь верить. За красивые глаза, что ли?
В комнате загремело, и, цветисто выругавшись, Никита Волков появился на пороге кухни собственной персоной. Туманно посмотрел на жену, на гостью, помахал лапой перед носом. Словно видение отпугивал, икнул и выдал:
– Здрасссти!
– «Здрасти!»! Ты б не позорился, а?! – укоризненно сказала ему Настя, намекая на то, что супруг выполз в кухню в трусах и в старой рубашке, на которой не хватало пуговиц.
– И что?!! – возмущенно вопрошал муж. – И кого я стесняться должен?!! И… и идите вы все в…
– Еще слово, и я тебя выгоню! Уйди с глаз моих долой… Враг народа!
Никита еще малость покуражился, но женщины на него внимания не обращали, и тогда он хмыкнул, выражая дамам свое презрение, завалился в туалет, стукнувшись при этом больно коленкой о дверь, которую не в силах был закрыть. Там он пожурчал в полной темноте, выполз, и, громко икнув, удалился досыпать.
– Вот так, видела? Рит, и я совсем не знаю, что с этим делать?! А самое страшное – если он в прошлый раз согласился на врачебное вмешательство, то сейчас пальцы гнет и кочевряжится, мол, нет – и точка! Да и денег нет. Я вообще не знаю, как сейчас живу.
Рита отодвинула пустую тарелку, встала из-за стола, вышла в прихожую. Там она пошуршала в сумочке и принесла деньги.
– Вот! Бери! А на днях я еще получу.
– С ума сошла?! Я разве для этого сказала? Убери!
– Настен, ты же меня позвала жить к себе? Ну, все равно я б не стала так просто. Ну, продукты надо покупать, а тебе еще и за квартиру платить. Поэтому бери и не разговаривай. Позже еще дам. Бери-бери! – Рита подтолкнула подругу, видя ее нерешительность.
– Ритка… Рит, у меня слов нет! Можно я заплачу за садик и отдам деньги на подарок Ваське? А то так стыдно.
– Ты не спрашивай! Делай, что нужно. А с Ником… С Ником мы что-нибудь придумаем.
– Пока что он придумывает! Ты только, пожалуйста, не оставляй кошелек в сумке в прихожей. Он так научился добывать деньги, что не успеешь оглянуться, как он вытащит.
Днем Насте позвонил Иван Иванович. Голос у завлаба Старикова был такой, что у Насти внутри все сжалось. Как будто на сто лет состарился ее любимый Иваныч. Раньше бы он, дозвонившись Насте, непременно принялся шутить по поводу и без. А тут одна усталость в голосе, и озабоченность.
– Насть, мне твоя помощь нужна.
– Всегда пожалуйста, Иван Иваныч! Вы же меня знаете: для вас – все, что попросите!
– Не спеши, Насть. Дело такое. Отнимают у нас бассейн, который под кои занят.
– Как??? Кому это он понадобился-то???
– Распоряжение Свидерского. Отдает здание в аренду, весь пятый корпус. Надо рыб забирать, а мне столько аквариумов не поставить дома. Вот просить тебя хочу: если можно, возьми один аквариум. Причем, тот, в котором малыши.
– Иван Иваныч, конечно, возьму! Куда же их? Не в канализацию же! Только, как привезти?!
– Это пусть вас не беспокоит. Вы воду только заготовьте, и место, куда можно будет аквариум поставить, а я привезу все сам. Если можно – завтра.
«Дело-дрянь, коль такая спешка», – печально подумала Настя, а вслух сказала:
– Привозите завтра, воду приготовлю, буду ждать…
Машина с аквариумом и емкости с рыбами прибыли к обеду следующего дня. Иван Иванович помог Насте все сделать в доме для японских карпов. Запустили в огромный аквариум двенадцать подростков-карпят. Они кружились веселой цветной стайкой, осваивая новое место жительства.
– Буду теперь релаксировать возле аквариума! – радостно сказала Настя, постукивая ногтем по стеклу, подзывая рыбок. – Надо срочно колокольчик завести для них.
Рыбки у них приучены были на звон колокольчика приплывать. И маленькие уже почти освоили этот аттракцион.
– А Васька как рад будет! – улыбнулась Настя.
Мелькнула, правда, мысль, что взрослые кои выглядят весьма солидно и в аквариуме им будет тесно, а значит, скоро придется придумывать, где и как размещать рыб.
– Ну, что там у нас, Иван Иваныч? – устало спросила Настя своего любимого завлаба, когда, закончив все дела по устройству жилплощади для кои, они отправились пить чай.
– А ничего хорошего, Настена! Ни-че-го! Про деньги – молчат, вернее, сроки передвигают каждые две недели. Помещения сдают, чуть не под картошку! Мне нечего тебе, Настя, больше сказать, кроме одного: устраивайся на работу, а там, уж как вывезет.
– Да поняла я все, Иван Иваныч, да только пока ничего не получается! Хоть в кондукторы иди!
Конец ознакомительного фрагмента.
