Бройдо и кобольд испуганно переглянулись, и кобольд кивнул:
— Мы не можем этого отрицать, добрая ведьма.
— Я не добрая, — возразил сладкий голос, — но я в нужде. Не поможете ли вы мне?
— Если это в наших силах, — согласился Бройдо.
— Будет в наших силах, — горячо выдохнула ведьма, — когда мы добудем Ожерелье Душ.
— Мы? — переспросил Бройдо, приподнимая кустистые брови. — Ты нам поможешь?
— Я могу вас отвести прямо к Ожерелью Душ, — пообещала ведьма. — Я проведу вас мимо всех ужасов, препятствий и опасностей. Кроме одной — демона.
— Но демон — самый страшный из наших врагов, — перебил ее Бройдо. — Он властвует над телом моего родича, Тивела, и может узнать все тайные пути к моей душе. От него у меня нет защиты — кроме Ожерелья.
— Ты получишь Ожерелье, — заверил его неясный голос из-под капюшона. — Я не в силах провести тебя мимо демона, но могу отвлечь его. И если ты будешь неустрашим, то сможешь схватить Ожерелье Душ и изгнать демона из своего родича Тивела.
— А чего ты хочешь от нас? — с дрожью спросил встревоженный кобольд.
Ведьма подняла бледный палец, заляпанный засохшей кровью.
— Одна хрустальная призма из Ожерелья должна стать моей.
При виде окровавленного пальца кобольд и эльф попятились.
— Кто ты? — в ужасе вскрикнул Рик Старый. — И чья это кровь на тебе?
— Моя собственная, — бесстрастно ответила женщина. — У меня раны, которые не могут зажить, и только хрустальная призма из Ожерелья Душ может удержать меня в этом мире. До сих пор меня поддерживала близость Извечной Звезды, она позволяет мне бродить в этой глуши. Но отсюда я уйти не могу, если у меня не будет хрустальной призмы, которая даст мне силы быть дальше от Извечной Звезды. Без нее мне не хватит сил. — Ведьма откинула капюшон, открыв человеческое лицо, исполосованное струйками крови, изуродованное колотыми ранами и рваными дырами, распоровшими щеки и обнажившими челюсть и зубы. — Зрите мои страдания!
Из-под разорванных век глядели глаза в темных кругах синяков.
Бройдо подавил вопль, а Рик поднял руку, загораживаясь от страшного зрелища.
— Кто так обошелся с тобой? — спросил кобольд. Ведьма закрыла кровоточащие раны.
— Те, кто страшился меня.
— Покажи нам путь к Ожерелью, злосчастная ведьма, — сказал кобольд. — Если мы преуспеем, ты получишь свою хрустальную призму.
Капюшон повернулся к Бройдо. Эльф спросил:
— Ты — ведьма, ты владеешь волшебством. Почему ты не могла взять Ожерелье без нас?
— Гномы приняли меры против ведьм и прочих таких, как я. Лишь те, в ком нет магии, могут надеяться подобраться к Ожерелью настолько близко, чтобы отобрать его у гномов.
— Тогда я согласен, — кивнул Бройдо. — Если нас ждет успех, ты получишь свою призму. Веди нас туда, где лежит Ожерелье, и быстрее прочь отсюда.
Ведьма поднялась и выпрямилась; под плащом был словно только горячий воздух, и пылающий огонь исчез.
Вглядываясь в наступившую внезапно тьму, эльф и кобольд увидели на солончаке скользящую тень, освещенную звездами. Впереди, там, куда шла тень, высились шлаковые конусы. Рик с Бройдо устремились за своей провожатой, беззвучно ступая по покрытой пеплом земле.
Местность пошла под уклон, и путники брели среди неприветливых камней, менгиров и дольменов, скошенных набок. В непроницаемой тьме впадин мерцали искры глаз, но ничто не вылезло из мрачных ниш. Вскоре трое путников вошли в такое узкое ущелье под нависшими скалами, что не стало видно даже шлаковых конусов. Над головой выступали пластины сланца, и еле видны были звезды в их флуоресцирующей паутине.
Едва заметная тень ведьмы впереди указывала путь. Сначала Бройдо и Рик шли быстрым шагом за легко плывущей перед ними женщиной, и чем больше они прибавляли шагу, тем быстрее она удалялась. Вскоре они перешли на трусцу, потом на бег, чтобы не упускать ее из виду. Но, как ни странно, эти усилия не утомляли их.
Они бежали всю долгую ночь. Иногда эльф с кобольдом успевали второпях оглядеться, но в темноте мало что было видно, кроме отражений звезд в глазах спутника. Страх потерять ведьму из поля зрения заставлял их внимательно вглядываться вперед до самого рассвета. Розовые облака смели звезды с неба, навстречу подул порывистый ветерок и развеял тьму в склонившихся травах и клубах поднятой пыли.
В сером рассвете друзья заметили, что бегут не одни. Между кобольдом и эльфом болтался еще один силуэт. Безумно им улыбаясь, рядом шел другой эльф, с багровыми глазами, с бычьими плечами, нависшим лбом и венцом мшистых волос под лысой макушкой.
— Тивел! — тревожно вскрикнул Бройдо, узнав соплеменника. Лихорадочно махнув рукой Рику, он выдохнул: — Это демон!
Бройдо и Рик пустились бежать со всех ног, стараясь не отстать от ведьмы, но она исчезла. А демон Тивел легко догнал их, все так же скалясь.
— Привет тебе, брат Бройдо! — просипел сорванный голос оскаленного эльфа, и глаза его засветились, как масляный фонарь. — Ты пришел в Лабиринт Нежити, чтобы соединиться с друзьями?
Впереди вздулась и треснула земля, и бегуны остановились как вкопанные перед выскочившими оттуда костлявыми руками мертвецов. Сжавшись от ужаса, Рик и Бройдо глядели, как из могил встают скелеты с клочьями кожи. Вытянутые руки скелетов блестели, будто мокрые, в пустых глазницах на изорванных лицах горел зловещий свет.
— Это те восемнадцать! — всхлипнул Бройдо. Он упал на колени, закрыв лицо руками. — Они из моего клана! Те, кто пришел в это страшное место до меня.
Рик Старый вздернул Бройдо на ноги и потащил прочь от сборища мертвецов.
— Куда вы? — спросил Тивел, обнажая в улыбке клыки, и скользнул ближе. — Ваше место здесь. Вы будете тут до скончания веков.
Эльф и кобольд повернулись бежать, но путь загородил огромный утес. С обеих сторон к ним приближалась Нежить — скелеты с протянутыми рваными пальцами, сверкающими пустыми глазницами. Демон шагнул вперед, окутанный едким зеленым дымом и трупной вонью. На его меловом лице выступил кровавый пот. Из открытой пасти появилась, подобно гениталиям, голова гадюки, размыкая смертоносные клыки.
— Тивел — спи… — вдруг позвал сладострастный, жаркий голос из тьмы.
На гниющую Нежить внезапно обрушился дождь звезд, и скелеты тут же рассыпались дымящимися грудами костей и обрывками шкур.
— Спи, Тивел, спи, — говорил усыпляющий голос, и из тени нависших скал выступила ведьма. — Плоть твоя пробуждает туман, кости твои пробуждают дождь, молния в твоих глазах порождает гром в мозгу твоем.
Ведьма хлопнула в ладоши, и стрела электрического огня задрожала и зашипела между Тивелом и трясущимися от страха кобольдом и эльфом. Демон пошатнулся и остался стоять неподвижно в сгустившейся тьме, когда молния шипя улетела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
