— Никто так не считает. А если и так, то им лучше молиться, чтобы я не услышал это.
Он придержал дверь для меня, и после того мы как мы вышли, я резко остановилась перед ним.
— Вау, — произнес он, врезавшись в меня.
Я развернулась.
— Боже мой! Люди наверняка думает, что мы вместе, и ты бесстыдно продолжаешь свой… образ жизни. Я должно быть выгляжу жалко! — осенило меня, пока я говорила.
— Я не думаю, что должна больше оставаться с тобой. Мы должны быть друг от друга на расстоянии какое-то время.
Я взяла мою сумку, но он вырвал её обратно.
— Никто не думает, что мы вместе, Пташ. Тебе не нужно прекращать общаться со мной, чтобы доказать это.
Мы участвовали в состязании по перетягиванию сумки, и когда он отказался отпустить, я зарычала от разочарования.
— Скажи мне, у тебя была девушка-как друг- которая ночевала бы у тебя? Ты когда-нибудь подвозил девушек до школы и увозил из неё? Ты ел с ней каждый день? Никто не знает, что о нас думать, даже когда мы рассказываем им что думать.
Он пошел на парковку, и я почувствовала себя в заложниках.
— Я разберусь с этим, лады? Я не хочу, чтобы кто-то стал думать о тебе плохо из-за меня, — произнес с обеспокоенным выражением.
Его глаза ожили, и он улыбнулся.
— Я все устрою, не переживай. Почему бы нам не сходить в Голландец, сегодня вечером?
— Это байкерский бар, — фыркнула я, наблюдая как он пристегивает мою сумку к своему мотоциклу.
— Окей, тогда пошли в клуб. Съездим поужинаем, а потом пойдем в Багряную Дверь. Я угощаю.
— Как наш ужин, а потом поход в клуб, сможет решить эту проблему? Если люди увидят нас вместе, все станет только хуже.
Он оседлал свой байк.
— Подумай. Я, пьяный, в комнате с едва одетыми женщинами. У всех не займет много времени понять, что мы не встречаемся.
— Так, а я что должна сделать? Привезти парня из бара домой, чтобы убедить их в этом?
— Я этого не говорил. Нет надобности делать так, — нахмурившись произнес он.
Я закатила глаза и залезла на сидение, обхватив руками его талию.
— Какая-то случайная девчонка из бара будет ехать с нами до дому? Это ты так собираешься разобраться с проблемой?
— Ты ведь не ревнуешь, Пташка? Верно?
— Ревную? К зараженной венерическими болезнями имбицилке, которую ты вышвырнешь утром?
Тревис засмеялся и завел Харлей.
Он несся домой, в два раза превысив скоростной режим, и я закрыла глаза, чтобы не видеть мелькание деревьев и машин. После только как он слез с мотоцикла, я хлестнула его по плечу.
— Ты забыл, что я с тобой или просто пытался меня убить?
— Это тяжело забыть, что ты сзади меня, когда ты своими объятиями выжимаешь из меня жизнь..
Следующая мысль заставила его ухмыльнуться.
— Честно говоря, не могу придумать, лучший способ умереть.
— Тебе пора лечиться.
Едва мы зашли внутрь, как Америка прошаркала из спальни Шепли.
— Мы думали вырваться куда-нибудь сегодня вечером.
— Вы с нами?
Я посмотрела на Тревиса и ухмыльнулась.
— Мы собираемся заехать в суши-бар прежде чем ехать в Багрянец.
Америка улыбнулась от уха до уха.
— Шеп! — крикнула она забегая в ванную. — Сегодня вечером мы идем развлекаться.
Я была последней в душе, поэтому Шепли, Америка и Тревис нетерпеливо ждали меня около двери, когда я вышла из ванной в черном платье и сексуальных розовых туфлях.
Америка присвистнула.
— Ты такая горячая, что можно обжечься!
Я смущенно улыбнулась, и Тревис протянул свою руку.
— Красивые ножки.
— Я упомянула, что это все заслуга волшебной бритвы?
— Не думаю, что только её. — улыбнулся он, вытаскивая меня за дверь.
Мы вели себя очень громко, и откровенно говоря отвратительно в суши баре, и уже прилично выпили прежде чем ступить в Багряную Дверь.
Шепли въехал на парковку, тратя время чтобы найти место.
— Не спеши Шеп, вся ночь впереди, — проворчала Америка.
— Эй. Мне нужно найти место пошире. Не хочу, чтобы какой-нибудь пьяный идиот содрал мне краску.
Когда мы припарковались, Тревис откинул сиденье и помог мне выйти.
— Я хотел спросить о ваших удостоверениях личности. Они безупречны. Вы делали их где-то не здесь.
— Ага, они были у нас некоторое время. Они были необходимы… в Уичите, — ответила я.
— Необходимы? — спросил Тревис.
— Это здорово, когда есть связи, — сказала Америка.
Она икнула и прикрыв рот рукой, захихикала.
— Господи, женщина, — произнес Шепли, подхватив Америку, когда она оступилась на гравии. — Думаю тебе уже хватит.
Тревис состроил гримасу.
— О чем ты говоришь, Мэри, какие ещё связи?
— У Эбби есть несколько старых друзей, которые…
— Это поддельные удостоверения, Трев, — прервала я. Тебе нужно знать нужных людей, если ты хочешь, что все было сделано правильно, верно?
Америка специально отвернулась от Тревиса, а я ждала.
— Верно, — ответил он, и протянул мне руку.
Я ухватилась его за 3 пальца и улыбнулась, понимая, что он не удовлетворен моим ответом.
— Мне нужно ещё выпить, — произнесла я, предприняв вторую попытку сменить тему.
— Выпивка! — заорала Америка.
Шепли закатил глаза.
— О, да. Что тебе нужно, так это ещё выпивки..
Оказавшись внутри, Америка немедленно вытащила меня на танцпол.
Её светлые волосы были повсюда, и я засмеялась над её лицом утки, которое она состроила, двигаясь под музыку.
Когда песня закончилась, мы присоединились к парням в баре.
Чрезмерно страстная, платиновая блондинка уже была около Тревиса, и Америка скривилась в отвращении.
— Так будет все ночь, Мэри. Просто игнорируй их, вот и все. — сказал Шепли, кивая в сторону девчонок, стоявших в нескольких шагах от нас.
Они следили за блондинкой, выжидая свою очередь.
— Выглядит так, будто Вегас выплюнул стаю стервятников. Помятых стервятников — процедила Америка.
Тревис зажег сигарету, заказывая ещё два пива и блондинка закусила свою пухлую, намазанную блеском губку и улыбнулась. Бармен открыл бутылки и пустил их по барной стойке прямо к Тревису. Блондинка поймала одну бутылку, но Тревис выхватил его из её руки.
— Хм… не твое, — проговорил он её, протягивая его мне.
Моей первой мыслью было вышвырнуть бутылку в мусорку, но девушка выглядела такой оскорбленной, что я улыбнулась и сделала глоток. Она раздраженно ушла, и я усмехнулась над тем, что Тревис этого даже не заметил.
— Будто бы я бы купил пиво девчонке в баре. — сказал он, покачав головой.
Я приподняла своё пиво, и он полуулыбнулся.
