Именно после этого светило Эилиана получило новое имя — Мертвое солнце. И никто старается не вспоминать прежнего названия, ибо так захотел сам юный бог.
Он стал хранителем магии этого мира и оберегает границу между живыми и ушедшими — потому что Врата так до конца и не закрылись, позволяя заточенному богу не погибнуть и контролировать потоки. Но также они выпускают из себя и все новую и новую нежить.
Жрецы, выбранные Мертвым солнцем, — единственные из всех, назначаемые богом лично! — великолепно владеют магией Льда. А все потому, что юный бог с их помощью пытается согреться и берет себе тепло их душ, давая взамен холод и силу мертвого мира…»
Элли умолк, и несколько минут мы сидели молча.
— Красивая легенда, — прочистив горло, сказал я. Меня буквально заворожил хриплый голос эльфа.
— Это не легенда! — гневно сверкнул глазами эльф. — А чистая правда! Хроники моего народа не могут ошибаться!
— Ладно, ладно, уймись, — примиряюще поднял руки я и вздрогнул от боли. Ох, бедные мои ребра… — А теперь расскажи мне о чем-нибудь более обычном.
— То есть? — не понял Элли.
— Ну, хотя бы почему на вас всех такие ошейники? И где мы находимся?
Эльф горько усмехнулся.
— Мы, как и ты, являемся личными рабами одной небезызвестной тебе стервы. Меня, например, захватили в рабство, опоив и нацепив ошейник во сне. Причем сделал это мой младший брат. Когда я спросил его почему, он ответил, что ему нужны деньги для оплаты долга, а за меня, как за опытного мага, много платят. — Элли сжал кулаки и так заскрипел зубами, что я испугался за их сохранность. Я только-только начал привыкать к зрелищу эльфа с клыками и не хотел бы увидеть еще и беззубого эльфа. — Глупость какая! На самом деле Веши давно положил глаз на мою невесту. Да если бы он сказал, что любит ее, я бы отступил! Это должен был быть брак по договоренности! — Последние слова эльф буквально выкрикнул и спрятал лицо в ладонях. Через несколько секунд он опустил руки и продолжал рассказывать спокойным голосом, будто ничего не случилось:
— В данный момент мы все находимся в казарме личных рабов, коих насчитывается сорок существ. О нас даже заботятся, — он криво усмехнулся, — построили несколько отхожих мест и не стали окна делать, а только провели вентиляцию.
— И что в этом хорошего? — удивился я.
— Ты чем меня слушал? — ехидно поинтересовался эльф. — Я же сказал, что свет Мертвого солнца губителен. Он не может убить, зато свести с ума — легче легкого. Поспишь одну ночь под его лучами — и все! Правда, оно действует странно: абсолютное большинство теряет разум сразу, а на некоторых вообще не действует. Хозяйка, — Элли умудрился вложить в это слово столько яда, что я восхитился, — слишком ценит своих личных рабов, чтобы ставить над ними такие эксперименты.
Ой! А в комнате, где я очнулся, окно было… Во всю стену. Это что — первый эксперимент?
— Ага, — с тоской в голосе произнес я. — Если только она уже не пообещала проводить над ними опыты.
Ох, чует мое сердце, что одним-двумя экспериментами я не отделаюсь…
— Держись, парень. — Элли с сочувствием поглядел на меня. — Ты только не вздумай сдаваться!
— Постараюсь, — вздохнул я.
— А я говорю, что так будет идеально! — Крик, раздавшийся со стороны близнецов, заставил нас с эльфом вздрогнуть и повернуться к троице.
— Думаешь? — спросил второй близнец. Как только они сели в кружок, я мгновенно запутался, кто есть кто, и теперь не мог понять, который из них сейчас говорит.
— Ага! — Близнецы дружно хихикнули и быстро сели в линию, уставившись на меня.
— Мы придумали тебе имя! — важно надувшись, сказал сидящий слева. По-моему, это был Лэни, любитель клоунады.
— Да? И какое же? — скептично вздернул бровь я.
Близнецы переглянулись и хором сказали:
— Отныне тебя будут звать Раалэс! — Все вокруг меня поплыло… И устаканилось опять.
М-да? Что-то меня это имя не прельщает. Странное оно, да и звучит как-то… Интересно, а как оно расшифровывается? Я уже открыл рот для вопроса, как наткнулся взглядом на эльфа и замер.
Вампироэльф с отвисшей челюстью — а зубки-то у него о-го-го! Хочу такую челюсть учительнице биологии показать! — и идеально круглыми глазами, здорово напомнившими мне маленькие желтые солнышки, смотрел на братьев, которые с каждым мигом принимали все более смущенный и упертый вид. Видно было, что предложенный ими вариант содержит большую свинью, но, судя по всему, близнецы менять свое решение не будут.
— Вы что, — наконец выдавил из себя Элли. — Совсем с ума сошли?
— А что не так? — хмыкнул правый близнец. — Оригинально.
Эльф нервно хихикнул.
— О да, в оригинальности этому имени не откажешь…
— Эй-эй! — Я ничего не понимал. — А мне никто не хочет объяснить, в чем дело?
— А в том, что имя, которое придумали тебе эти оболтусы, взято из изначального языка. Языка творения, — переведя на меня взгляд вернувшихся к нормальным размерам глаз, сказал Элли.
— И что? — Я не понимал, в чем дело. Хоть из изначального языка, хоть из эльфийского, хоть из человеческого. Да хоть из оркского! Хотя орки здесь, кажется, не водятся…
— А то, что словосочетание «раалиин эсса» означает «священная месть». А если кому-то дать имя — не прозвище, а именно имя — на изначальном языке, да еще если это делают несколько разумных сразу, то поименованный уже не сможет называть себя иначе — такова магия этого мира. Если он не захочет представляться, то ему придется пользоваться прозвищами. Ну там, Быстрый, Воитель, Меткий… Какие еще прозвища у людей? Я как-то не особо этим интересовался.
Что? Из-за этих оболтусов я теперь не смогу назвать свое настоящее имя?! Я открыл рот… и понял, что не могу сказать: «Меня зовут Мстислав». Словно что-то парализовало мне голосовые связки. Ну, близнецы, ну… Молодцы, блин!
А Непобедимый мага этого, Линса… хете… Тоже из языка творения? Что ж, тогда остается только посочувствовать бедолаге. Наверняка над ним тоже так поиздевались, как сейчас надо мной.
Под моим испепеляющим взглядом братья стали пятиться назад, пока не уткнулись спинами в стоящий у противоположной стороны лежак.
— Раалэс, ты чего? — робко спросил один из них. — Не нравится? А мы так старались…
— Да? — рыкнул я. — И поэтому меня обязательно нужно было обозвать Священной Местью? Это кому вы мстить собрались, герои недоделанные?
— Как кому? — удивился Рэни. Вот его я почти сразу смог отличить от других. Слишком взрослым он кажется… Казался. Эта выходка с именем достойна пятилетнего ребенка. — Хозяйке, конечно! Пока она будет ставить над тобой опыты, ты вырвешься и убьешь ее!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
