Одна из стрел попала противнику Смита прямо в горло, так что разделаться с ним не составило труда. Повернувшись, чтобы разобраться с другим вопящим бандитом, Смит бросил взгляд на пострадавший караван. Смиты отчаянно пытались спрятать своих детей под опрокинутой повозкой, а нападавший на них разбойник получил сокрушительный удар сковородкой по голове, которым наградила его госпожа Смит. Повсюду валялись гигантские фиолетовые яйца, выпавшие из упаковочных сеток. Балншик, расшвыривая их ногами во все стороны, ринулась в бой с кинжалом в каждой руке. Она ранила одного бандита, и тот бросился бежать, однако осталось загадкой, был ли он устрашен кинжалами, или же его ослепило сверкание нянюшкиных белоснежных зубов, обнаженных в радостном предвкушении поединка.
Как ни странно, в битве принимал участие и лорд Эрменвир. Более того, он успел саблей снести голову одному из бандитов. Парадан Смит из своего арбалета уложил пятерых нападавших и схватился врукопашную с шестым. Больше Смит ничего не успел рассмотреть, потому что перед ним со всей серьезностью встала проблема спасения собственной жизни.
Его противник выглядел не так устрашающе, как клыкастый бандит. Он был гибок, строен и красив, с ослепительно белой кожей, и, если бы не витые бараньи рога на его висках, он вполне мог бы сойти за продажного мальчика из борделя в каком-нибудь крупном городе. Но не это поразило Смита, а то, что юноша сражался, словно демон.
Их клинки встретились — з-зип, в свободной руке юноши появился кинжал, и он полоснул по плащу Смита прямо над сердцем. Рука старшего караванщика поднялась с молниеносной быстротой, и он снес бы мальчишке голову, но тот совершенно непостижимым образом оказался в четырех шагах от того места, где только что находился. Юноша с улыбкой посмотрел на Смита и снова бросился в атаку. Старший караванщик отскочил, так и не успев достать из сапога нож до того, как они вновь скрестили клинки. Обладая нечеловеческой быстротой и силой, юноша имел все шансы одержать победу, и Смит пяткой чувствовал, что на этот раз ему пришел конец.
Единственным преимуществом Смита был вес, и он отчаянно бросился на противника. Ему удалось оттолкнуть юношу и наконец выхватить свой нож, и они задвигались по кругу, юноша — пританцовывая, Смит — хромая. Старший караванщик смутно сознавал, что бандиты терпят поражение, но ему казалось, будто это происходит где-то в другой реальности. Его собственный мир в данный момент ограничивался замкнутым кругом, а горящие глаза противника заменяли и солнце и луну.
С каждой секундой круг становился все уже.
Юноша-демон не сомневался в своей победе и, заранее ликуя, исполнил несколько замысловатых прыжков, ловко ударяя носком одного сапога о каблук другого и методично размахивая клинком, чтобы поймать взгляд Смита и отвлечь его внимание, пока сам он будет вонзать кинжал..
Но он не вонзил кинжал, потому что его собственным вниманием завладела какая-то фигура, неожиданно возникшая справа от Смита.
— Привет, Эшбисс, — ласково проговорила госпожа Смит.
Лицо юноши вытянулось от изумления. В глазах появилась неуверенность, а затем засветился ужас.
— Да, — подтвердила госпожа Смит, — ты не ошибся, это я.
Он отшатнулся.
— Фенализа? Но ты…
— Прошло тридцать лет, Эшбисс, — сказала она.
— Нет! — воскликнул юноша, отступая еще дальше. — Не может быть, чтобы прошло столько времени! Ты лжешь.
Оторвав от нее взгляд, он выронил оружие и закрыл руками лицо, все еще юное и прекрасное.
— Ровно тридцать лет, — повторила повариха.
— Я не верю тебе! — рыдал Эшбисс.
Он повернулся и бросился прочь, с воем поднялся в воздух и полетел над верхушками деревьев, сбивая ногами багряные и золотистые листья.
Его оставшиеся в живых сообщники, при виде того как резко изменился ход событий, не раздумывая, кинулись врассыпную.
Смит отбросил оружие и наклонился вперед, опершись руками о бедра и жадно глотая воздух.
— Какого дьявола? — пробормотал он. — Что происходит?
— Когда-то мы были вместе, — ответила госпожа Смит, глядя в сторону на шелестящее море опавших листьев. — Едва ли ты можешь представить, что когда-то я была юной девушкой, которую похитил из монастыря любовник-демон. Мы вытворяли ужасные вещи. Он и я.
— Почему он убежал? — не мог успокоиться Смит.
— Он всегда боялся Времени, — задумчиво произнесла госпожа Смит. — Над демонами оно не имеет такой власти, как над людьми, но рано или поздно они тоже стареют. Увидев меня, Эшбисс вспомнил об этом. Однажды он утратит свою молодость и красоту, и бедняга не может смириться с этой мыслью, понимаешь?
Смит пристально посмотрел на повариху и увидел юную девушку, какой та была когда-то. Госпожа Смит отвернулась и стала изучать последствия сражения.
— Черт возьми! — выругалась она.
Парадан Смит, бледный как смерть, пошатываясь, направлялся в их сторону, его поддерживал Цветущий Тростник.
— Он ранен! — крикнул йендри.
Они разбили лагерь в стороне от дороги и подсчитали потери.
Парадан Смит был и в самом деле ранен, в его груди зияла колотая рана, и, хотя сердце не было задето, левая сторона оказалась полностью парализованной, и он находился в шоке. Цветущий Тростник посоветовал ему поменьше двигаться, и раненого устроили поудобнее в одном из шатров.
Горицвет отделалась несколькими синяками, но все равно плакала навзрыд. У Смита были помяты ребра, а механики получили несколько неглубоких ран и ушибов, но в целом ничего серьезного. Семейство Смитов не пострадало. Балншик была невредима, как и лорд Эрменвир. Оставалось оттащить в сторону девятерых убитых бандитов и обыскать их да сдвинуть дуб, лежащий поперек дороги. Не говоря уже о том, что нужно было собрать сто сорок четыре гигантских яйца, а также починить и снова поставить на колеса дюжину повозок.
— Что ж, большое спасибо, Хозяин Горы, — пробормотал Смит.
— Ты хорошенько рассмотрел мертвецов? — поинтересовалась госпожа Смит, стягивая повязкой ребра Смита. — Только трое из них — люди, остальные похожи на полукровок. Бедняга Эшбисс ввязался в банду наемников и воров. Когда на нас нападет Хозяин Горы, ты сразу поймешь, что это он. Все его воины — чистокровные демоны, к тому же в совершенстве владеющие боевым мастерством, не то что эти беспомощные создания. Хозяину Горы мы не сможем противостоять.
— Вы меня очень утешили, — огрызнулся Смит.
— Вы не поверите, — громко произнес лорд Эрменвир, приближаясь к ним с целой охапкой фиолетовых яиц, — ни одно из них не разбилось!
Госпожа Смит бросила презрительный взгляд на ношу лорда:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
