Когда Феодосий задумал жениться, он попросил свою старшую сестру Пульхерию, которая фактически воспитала его и управляла империей от его имени, помочь найти ему жену. Тогда он не думал о том, будет она знатного рода или нет, будет бедной или богатой. Феодосий лишь хотел, чтобы его будущая жена была очень красивой — такой, какой еще не видела Византия.
Пульхерия искала такую девушку по всему восточному миру, но не находила желанного совершенства. Помогал Пульхерии в этих поисках друг Феодосия Павлин. Желанную красавицу они нашли случайно.
Она была дочерью афинского преподавателя Леонтия, который, умирая, все свое богатство, по довольно странному капризу, завещал двум сыновьям, Валерию и Гезию, оставив дочери лишь сто золотых. Как утверждает историк Шарль Диль, такой поступок был вызван уверенностью отца Афинаиды в том, что его дочь от всех ее житейских забот спасет счастливая случайность (удача), какой не выпадало на долю ни одной другой женщины. И как ни умоляла Афинаида своих братьев отдать ей долю из отцовского наследства, ей таки пришлось покинуть родной дом и отправиться искать приюта у сестры матери, а та увезла ее в Константинополь, где жила другая ее тетка, сестра Леонтия. Обе тетки посоветовали молодой девушке искать поддержки против ее братьев при дворе, и августа Пульхерия дала ей аудиенцию.
В то время Афинаиде было всего двадцать лет. Она была достаточно высока и удивительно красива: с белокурыми вьющимися волосами, свежей нежной кожей, умным прекрасным взглядом и грациозной благородной поступью. А поскольку она еще и умела хорошо говорить, то свою просьбу изложила в совершенстве. Пульхерия пришла в восторг от девушки. Она немного расспросила ее о семье и прошлой жизни (говорят, уточнила даже, сохранила ли Афинаида девственность), а затем поспешила сообщить брату, какое чудное создание ей удалось найти.
Феодосий влюбился в Афинаиду уже по одному ее описанию. Через несколько недель после их первой встречи наставленная в христианской вере патриархом Аттиком и омытая от грехов язычества водою крещения Афинаида-Евдокия стала византийской императрицей.
Сегодня трудно сказать, соответствует ли действительности эта красивая история. Лишь в VI веке появились факты, которые еще более разукрасили этот любовный роман. С уверенностью можно утверждать только то, что новая царица родом из Афин была язычницей, очень красивой и прекрасно образованной. Этого оказалось достаточно, чтобы очаровать Феодосия, сильно желавшего как можно скорее упрочить будущность своей династии. С другой стороны, понятно, что честолюбивая Пульхерия, державшая в то время власть в своих руках и мечтавшая сохранить ее, охотно содействовала браку, в котором новобрачная являлась фактически всем обязанной ей. Пульхерия стала крестной матерью Афинаиды-Евдокии, затем ее приемной матерью, а поэтому могла рассчитывать, что в ближайшее время во дворце ничего не изменится.
Следует отметить, что, когда Афинаида-Евдокия стала женой Феодосия, императорский дворец в Византии выглядел довольно странно. Семь лет в нем полновластно управляла Пульхерия, хотя и достаточно молодая (двадцати двух лет от роду), но умная, энергичная и всецело преданная политике женщина. Оставшись после смерти Аркадия главой дома, она занималась воспитанием своего несовершеннолетнего брата и в 414 году, когда ей исполнилось пятнадцать лет, приняла титул августы, освящавший ее власть.
Желая посвятить жизнь управлению государством, а также опасаясь разделения своей власти, она в шестнадцать лет дала обет безбрачия и в память этого обещания пожертвовала храму Святой Софии золотой стол, украшенный драгоценными камнями. Будучи очень благочестивой, Пульхерия завела при дворе новые обычаи и превратила дворец фактически в настоящий монастырь. Под влиянием патриарха Аттика обе сестры Пульхерии, Аркадия и Марина, также дали, по ее примеру, обет безбрачия. Во дворце все пытались наследовать благочестивых царевен, а поэтому в императорском жилище с утра до ночи раздавалось монотонное псалмопение и чтение молитв.
Пренебрегая роскошью, сменами нарядов и развлечениями, царевны рукодельничали, пряли и вышивали для бедных, занимались благотворительностью, раздавали милостыню. Пульхерия строила церкви, поддерживала больницы и приюты. И в громадных покоях Священного дворца, некогда кишевших интригами, теперь отовсюду веяло благочестием, милостью, отречением от мира.
Именно в таком духе Пульхерия и воспитала своего брата Феодосия. Очень просвещенная сама (она знала греческий и латынь, а одно это уже было редким явлением в то время), она окружила его превосходными учителями и самыми лучшими товарищами. Царевич знал греческий и латинский языки, астрономию, математику, естественную историю и многие другие науки. Он писал красками и любил иллюстрировать прекрасными миниатюрами имевшиеся у него рукописи, а также много читал и составил себе обширную библиотеку. Вечерами он работал до поздней ночи при свете лампы, модель которой изобрел сам. Возможно, именно за это Феодосия и прозвали Каллиграфом.
Также Пульхерия ревностно заботилась о нравственном воспитании брата. Он был очень благочестив, охотно пел с сестрами гимны, постился два дня в неделю и любил вступать в споры с богословами. Пульхерия сама учила Феодосия тому, как император должен одеваться, как он должен принимать гостей, когда следует улыбаться, а когда быть строгим и важным — словом, всем тонкостям, которыми насыщен церемониал императора.
Как же себя чувствовала Афинаида, очутившись между такой властолюбивой золовкой, как Пульхерия, и своим благонравным мужем? В то время Афины все еще были большим университетским городом эллинского Востока, самым прекрасным музеем Древней Греции, последним убежищем языческой науки. Будучи дочерью преподавателя риторики, Афинаида получила отличное воспитание. Отец познакомил ее с шедеврами древней литературы, с Гомером и трагиками, с Лисием и Демосфеном. Согласно требованиям школы того времени, он научил ее блестяще импровизировать на заданные темы, слагать звучные стихи, изящно говорить.
С другой стороны, Афинаида была ознакомлена с философскими теориями новоплатоников, знала астрономию и геометрию. Пульхерии она понравилась прежде всего своим умением говорить и острым умом. Возможно, именно этим, а не только своей красотой она покорила и Феодосия.
Хотя благочестивые люди считали большим грехом общаться с грациями и музами, поэзия не была изгнана из императорского дворца. Афинаида-Евдокия любила стихи, охотно их слагала и в дворцовом обществе нашла людей, разделявших и поощрявших ее вкусы. Сразу же после свадьбы она решила сочинить героическую поэму про войну с Персией, которая недавно счастливо закончилась. Таким образом юная девушка хотела еще больше понравиться Феодосию и окончательно завоевать его любовь.
Авторитет Евдокии значительно возрос, когда в конце 422 года она родила Феодосию дочь Евдоксию, ставшую позже женой императора Валентиниана III.
2 января 423 года василевс преподнес жене новогодний подарок — титул августы, делавший ее официально равной Пульхерии. Это лишь усилило влияние молодой женщины на своего слабого мужа.
Историки утверждают, что именно советы Евдокии имели особое значение при основании Константинопольского университета, открытого в 425 году. В то время как для обучения латинскому языку и литературе было назначено тринадцать преподавателей, для греческого языка и эллинской литературы назначили пятнадцать; также была создана кафедра философии, и самые знаменитые люди того времени (среди них недавно принявшие христианство) были призваны занять должности в новом университете. В целом новое учреждение носило христианский характер и должно было, по замыслу его учредителей, конкурировать со слишком языческим Афинским университетом. Это свидетельствует о той эволюции, которая медленно происходила в душе императрицы Евдокии.
Живя при благочестивом дворе, она незаметно воспринимала влияние окружавшей ее набожной среды. Когда в 428 году Несторий, патриарх Константинопольский, начал распространять ересь и Кирилл, патриарх Александрийский, из зависти к сопернику дал возгореться страшному спору в восточной церкви, Евдокия стала на сторону своего мужа, чтобы поддержать патриарха столицы против его недругов и воспрепятствовать мятежному преемнику Афанасия, желавшему захватить для своей церкви первенство над всеми другими патриаршими престолами.
Этот эпизод освещает нам не только внутренние изменения в душе самой Евдокии, но и то, с какой силой увеличивалось ее влияние на политику мужа и возрастало несогласие между ней и Пульхерией.
В 423 году константинопольский двор принимал важных гостей. Сестра Гонория, тетка Феодосия II, знаменитая Галла Плацидия, принужденная покинуть Равеннский дворец, приехала к Феодосию со своей дочерью Гонорией и юным сыном Валентинианом просить в Византии приюта. Существовал проект брака между императорскими детьми — только что родившейся тогда Евдоксией и пятилетним Цезарем, ставшим в это самое время наследником Западной империи. Поэтому впоследствии Феодосий II прилагал все усилия, чтобы заставить признать в Италии власть своего будущего зятя под опекунством Галлы Плацидии.
