короткостриженая оторва с совершенно неподходящим для неё именем Лизонька.
«Так что, извини Лёха, сам понимаешь, я пас», до этого момента меня это не особо расстраивало, у меня и так намечался хороший вечер, но сейчас Петрович бы точно пригодился.
Парни-то передо мной здоровые, и ножи с дубинками у них явно не игрушечные. Но делать нечего, девицу-то надо выручать, да и аристократ я или не аристократ? Кажется, я окончательно вжился в роль, раз считаю необходимым защищать мою территорию.
— Эй вы, уроды! А ну живо побросали свой металлолом и отошли на три шага от девушки!
— Пацан, нехер тебе тут делать. Дверь закрой с другой стороны, если не хочешь рядом с ней оказаться.
Так, этот явно главный. Но что за ерунда? Они то точно из простых, даже не дворяне, слишком уж уродливые хари. А я аристократ, Соболев, мать его! И я точно должен быть сильнее!
Хотя что это я? Они же не видят этого, перед ними сейчас просто здоровый молодой парень, ладно, сейчас исправим.
Но я не успел показать печать Соболя, главарь решил не ждать и кивнул своим подручным, а те бросились на меня.
Ладно, ублюдки вы сами напросились.
Я сделал шаг навстречу первому и перехватив руку с ножом буквально вырвал её из сустава. Наградой мне стал вопль боли, один готов. Следующий!
Еще двоим я одновременно пробил правой и левой рукой в шею. Я не старался ударить именно так, но мои кулаки пришлись точно по кадыкам ублюдкам. Наверное это было больно, потому что они сразу что-то пискнули и захрипели.
Затем главарь, этот был аж с двумя ножами, хорошая попытка, приятель но я слишком быстр для тебя. Один нож в итоге воткнулся в грудь очередному бандиту, а главному я проломил череп ударом рукоятки его же второго ножа, который я отобрал, переломав ему пальцы
Всего тридцать секунд, а пятеро из десяти готовы. Притом двое, видимо, совсем готовы, потом проверю.
Оставшиеся не отличались смелостью и рванули прочь из комнаты. Э нет, так просто вы не соскочите.
Хоть в спину бить и не спортивно, но это они тут только что пытали женщину, а потом и меня убить хотели. Так что, хрен вам а не честь или пощада.
Убегающих бандитов я просто и без изысков уложил ударами по бритым мясистым затылкам.
— 0-10, гопота начинает и проигрывает, — весело сказал я входя в комнату. Те из нападавших кто были в ней и в сознании, попытались от меня отползти, что ж, мешать не буду.
— Эй, уроды, взяли руки в ноги и проваливайте отсюда. За нападение на аристократа вас по закону четвертовать должны, но я сегодня добрый. Пошли вон!
Мой тон подействовал и уцелевшие трое кое-как выбрались в коридор оставив меня наедине с двумя тяжелоранеными и голой, изрезанной и связанной девицей, на чьей голове по-прежнему висел чёрный мешок.
Что интересно, во время этого побоища я хорошо слышал её стоны и неразборчивые вопли. Судя по всему под мешком еще и кляп.
— Тихо, милая, сейчас я тебе помогу, — сказал я девушке, стараясь чтобы мой голос звучал как можно более успокаивающе.
Я снял мешок с головы жертвы и обомлел. На меня ненавидящим взглядом смотрела Марина!
Во рту у садистки-медички был кляп, и когда я его вынул на меня полился настоящий поток оскорблений:
— Придурок, какого хрена ты сделал? Урод, твою мать, ты как вообще тут оказался? Сними с меня наручники, и я тебе голову оторву и в задницу засуну! Быстро, я сказала!
Я аж отошёл на пару шагов, от этой ругающейся истерички. И что-то не сходилось.
Марина одарённая, и это мне пришлось месить этих гопников руками, а она могла их просто раскидать способностями.
Плюс то что она сейчас кричит на меня. Это точно не реакция только что спасённой от насильников девушки. Наоборот.
Твою мать! Это у них действительно ролевые игры были. Наша садистка Мариночка оказывается сама не прочь побывать в роли жертвы. А я, получается и ей весь кайф обломал, да и одних любовников её почти поубивал, хотя вроде дышат пока еще, а других покалечил. Ну, капец!
А то что её всю порезали, так это ерунда, с её способностями она всё это залечит. Но почему она всё еще сидит на стуле прикованная наручниками? Они такие хлипкие, что она может их просто разорвать
— Слушай, а в чём проблема, сама освободись, — предложил я ей.
— Я не могу, — изменившимся тоном пробурчала Марина, — эти наручники не просто игрушка. Это артефакт. Он блокирует мою силу и я не могу сама его сломать.
— Подожди, как так? Такая мощная штука, практически нейтрализатор силы боярских родов у каких-то уродов?
После этого вопроса Марина покраснела как рак, я заметил это даже сквозь полумрак зала.
— Это мои наручники, моя игрушка, они только на меня настроены, — и вот тут я расхохотался.
Смеялся я так сильно и долго что аж живот заболел, а в ответ на это «спасённая» мной красотка начала плакать, вернее рыдать.
Наверное её можно понять, мы с ней и так не ладили, сначала она меня отделала, потом я её, а в итоге я обнаружил её в таком виде.
— Ладно, хрен с тобой, золотая рыбка, — сказал я когда чуть-чуть успокоился, — как открыть эту твою игрушку.
— В шкафу моя одежда и сумочка, в ней лежит ключ, — продолжая плакать ответила она.
Я подошёл к шкафу, помимо одежды самой Марины там висели различные наряды, о назначении которых я мог только догадывался.
— Мариночка, мне кажется, некоторые шмотки отсюда будут на тебе отлично смотреться. Примеришь их для меня? Порадуешь своего спасителя?
— Освободи меня немедленно, урод! — в голос закричала она.
— Ну что ж такое, никакого чувства благодарности, — ответил я девушке, но всё же взял её сумку, покопался в ней и нашёл ключ.
Я подошёл к Марине и освободил её. Девушка, ничуть не стесняясь своей наготы тут же попыталась отобрать у меня наручники, но я к этому был готов и сразу отстранился от неё и быстро убрал их в карман пиджака.
— Отдай мне наручники, урод. Быстро!
— Слушай, мы это уже проходили, я сильнее тебя в драке, и ничего у тебя не получится. Эта игрушка пока побудет у меня, вдруг я буду тобой недоволен и мне потребуется
