– Какая прелесть, – равнодушным тоном проговорила я, отходя в сторону, чтобы курьер мог занести огромную охапку роз в квартиру. Одна я бы его точно не затащила.
– Что-то ещё? – спросила курьера и тот с улыбкой кивнул.
– Ещё подарок. Прошу, – на мою ладонь легла коробочка известного ювелирного бренда. Вот те раз. Вот так сразу и драгоценности?
Бумажку о получении подписала трясущейся рукой, а потом, когда курьер ушёл, захлопнула дверь и открыла коробку. Дорогущий браслет с бриллиантами. Чтоб тебя, сволочь… Один такой браслет мог помочь Нике. Он балует своих блядей и даже тех, кого ещё не трахнул, а родной дочери не мог помочь? Да для него же это копейки!
– Сука, – прошипела я, закрывая глаза. – Какая же ты сука, Романов. Что ж, пора действовать.
Выудив из вороха цветов записку с его телефонным номером, я нажала на кнопку вызова. Три гудка, и он отвечает.
– Привет, Лика, – уверен, что это я. Ну конечно же. Весь такой из себя Романов. Как он мог мне нравиться тогда? Как? Как я могла смотреть на его лицо, не желая убить его владельца?
– Привет, – сразу перехожу на «ты» и короткое небрежное приветствие. В конце концов если ему что-то не нравится, он может положить трубку. Но он этого не сделает. Я знаю, что нет. Не затем дарил браслет, чтобы обижаться. – Решил добыть мой телефон иным путём? – мой голос звучит нагловато и немного игриво. Он же у нас любит игры. Так пусть получает.
– Почему бы и нет? – по голосу слышно, как он улыбается. – А ты хотела от меня отвертеться?
– Честно говоря, я не имела желания созваниваться с тобой. Ты слишком женат для этого.
Секунда, и в динамике слышится смешок.
– Ничего этим журналюгам рассказать нельзя. Ну а если серьёзно, мне плевать. Я хочу тебя.
– Ого, – даже не нахожусь с ответом я. А он прыткий. – Ты не любишь ходить вокруг да около, – в память снова врезаются события семилетней давности, и я чувствую, как из глубин выныривает ярость. Скольких он так склеил, а потом бросил? Вышвырнул, как меня тогда, на дорогу под машину. Еле сдержалась, чтобы не выругаться.
– Не люблю. Если вижу цель, то препятствия мне не страшны, – снова усмешка, а я уверена, что он сейчас сидит в своём дорогом кресле, потягивает кофе или коньяк и смотрит вперёд. Для него действительно препятствий не бывает, а если такие и появляются, он их тут же крошит в пыль. Вот как со мной.
– И какое у тебя предложение? Ты же с ним мне звонишь? – наливаю себе свежезаваренный кофе и сажусь на диван, закинув ногу на ногу. Так эффектно, словно он сейчас передо мной.
– Я хочу поужинать с тобой. Скажем, сегодня вечером. Как ты на это смотришь?
– Ммм… Я подумаю. Ответ дам вечером. Разумеется, если у меня не возникнет других неотложных дел.
– Окей. Подумай. Я заеду в семь, – он первым сбрасывает звонок, так, что я не успеваю даже поблагодарить за подарок или возразить.
Тут же снова оживает телефон, и меня передёргивает. Звонит Зарецкий. Будто почувствовал что-то.
– Привет, как дела? – спрашивает меня, а я, поставив чашку с кофе на блюдце, падаю на диван с ногами.
– Замечательно. Как раз перед тобой говорила с Романовым.
– Вот как? И как всё прошло?
– Всё прошло отлично. Он пригласил меня на свидание.
– Хмм… Быстро как.
– А чего резину тянуть? Ты же сам хотел, чтобы я помогла тебе с его компанией.
– Да, я хотел. И хочу. Поэтому не торопись прыгать к нему в койку. Повиляй задом пока. А потом, когда я получу своё, ты сможешь отомстить и мы, наконец, свалим отсюда подальше.
– Это будет не так быстро, как мне казалось раньше, – я прикусываю нижнюю губу. Выкладывать Зарецкому все свои планы я не собираюсь. Я хочу поиграть с Романовым. Он же любит игры.
– Почему? Возникли какие-то сложности?
– Да… Я хочу сделать так, чтобы его бросила жена. Я уничтожить их хочу.
– Послушай, Лика. Не лезь в их семью. Компании будет достаточно. А жена от нищего Романова и сама уйдёт. Займись розыском документов у него в кабинете. Придумай, как туда попасть. Мне нужны накладные с его подписью и ещё парочка бумаг. Ты знаешь, что делать. Выполняй.
– Хорошо, – вздыхаю. Мне не нравится то, как Зарецкий хочет нахрапом взять Романова за яйца. А как же игра? Моя игра? Я что, зря столько готовилась?
– Удачи тебе, девочка, – желает Глеб и я отвечаю мурлыканьем, – сбрасываю звонок и моя улыбка пропадает. Такое ощущение, что Зарецкий что-то от меня скрывает. Или же у него другие планы на меня. И мне это не нравится. Потому что я сама хочу кинуть их всех. И Зарецкого, и Романова с его папашей. Всех. И я в итоге выиграю.
ГЛАВА 20
Черное, короткое платье, подчёркивающее мою фигуру и длинные ноги, безупречный вечерний макияж, завитые пряди длинных волос и туфли на высоченном каблуке. Выгляжу я эффектно и дорого. Такую женщину не назовут тёлкой и не позовут в туалет, чтобы отсосала, стоя на коленях на грязном полу. В таких женщин влюбляются.
Жду назначенного часа, чтобы увидеть его реакцию. Хочу увидеть своё отражение в его глазах. Увидеть, как начнётся его помешательство. А это случится. Возможно чуть позже, но случится.
Он приезжает ровно в семь. Пунктуальный козлина. А я дверь открываю не сразу. Пусть потопчется на пороге. Пусть не думает, что я только то и делала, что ждала его.
Открыв всё же дверь, изгибаю бровь. Он пришёл сам, лично. А ещё он выглядит безупречно. Так, наверное, выглядят модели из обложек глянцевых журналов. Только рожей Романов не удался. Больно жесткие черты лица. Им только детей пугать. Зверь снаружи и внутри.
– Добрый вечер, – он нахально осматривает меня с головы до ног и обратно. – Готова?
– Добрый. Готова.
– Хорошо выглядишь, – делает мне комплимент в едущем вниз лифте.
– Я знаю, – усмехаюсь.
– Ты дерзкая, да?
– Наверное, – пожимаю плечами.
– Я люблю дерзких, – шепот у моего виска, и лифт останавливается.
Я делаю шаг первой, чтобы вырваться из его сильного энергетического поля. В нём я задыхаюсь и ненавижу ещё сильнее. Так, что могу не сдержаться и всё испортить, вцепившись в его лицо ногтями.
Нас ожидают две машины. Один внедорожник полон охраны, второй для шефа. Мне открывают дверь, и я погружаюсь в тёмный, приятно пахнущий кожей салон. Романов садится рядом, дверь захлопывается.
Делаю глубокий вдох и ловлю на себе заинтересованный взгляд Романова.
– Душновато здесь, обмахиваюсь рукой.
– Включи кондиционер, – приказывает своему водителю. Тот кивает, и уже через пару минут воздух становится более прохладным. На улице холодина, а я вся горю, будто в лихорадке.
– Всё хорошо? – интересуется Романов, приобнимая меня за плечи. Мне хочется скинуть с себя его руку, но это будет ошибкой.
– Да, я просто нечасто бываю на свиданиях.
– Я в курсе. Ты много работаешь.
– Да, много, – улыбаюсь. Глеб молодец. Состряпал мне такую биографию, что не докопаешься. – Так куда едем?
– Есть тут один неплохой ресторанчик. Там и поужинаем. Ты какую кухню предпочитаешь?
– Итальянскую.
– Отлично. Там как раз итальянская кухня.
Я не знаю, что на это ответить и как продолжить наш разговор, но меня спасает телефонный звонок.
Романов, быстро глянув на экран, сбросил звонок и снова повернулся ко мне. Его тёмная рубашка расстёгнута на несколько пуговиц, а на манжетах рукавов поблёскивают золотые запонки. И я снова думаю о Нике. Ведь он помог бы ей по щелчку пальцев.
– Мы с тобой не виделись раньше? – щурится он, а моё сердце падает куда-то в желудок.
– Виделись. В твоём джете, – обворожительно улыбаюсь, чтобы расслабить его. От прежней Анечки во мне практически ничего не осталось, но кто его знает. Вдруг он её помнит. Чушь, конечно. Он едва ли вспомнит ту, кого трахал вчера. Для таких подонков женщина не более чем кусок мяса, который можно и нужно отыметь.
– Нет, я имею в виду раньше. До полёта.
– Ну, не знаю. Может это дежавю? Иногда такое случается.
