— Как вы, собственно, узнали об этом?
— Н-ну… Я предпочел бы…
Секреты, секреты… Вечные секреты даже от своих. Тьфу.
— Когда это случилось? — спросил я.
— Объявили лишь на третьи сутки. То есть сегодня ранним утром.
— Как мыслят специалисты? Медики, не ваши.
— Глубокая летаргия.
— А предпосылки были?
— Никаких.
— Где сейчас тело?
— В клинике, какая ему полагается. Сперва там, на даче, медики решили, что он просто переутомился, пусть, мол, отоспится. И только на вторые сутки забеспокоились. Стали пытаться разбудить — но без всякого результата. Тогда обратились к нам.
— Ну и слава Спящему, — пробормотал Борич. — Не то добудились бы и до необратимого результата.
— Анализ охраны и всех прикосновенных к делу лиц? — поинтересовался Пещерный Лев.
— Ну, что касается государственных служб и методов, — ответил генерал, — то, могу заверить, все сделано по высшему уровню. Дело в другом. По вашему мнению, по имеющемуся опыту, — там, в этом самом пространстве, может быть применено к… находящемуся там… Не знаю, как принято у вас их называть… к нему может быть применено насилие? Его можно, например, похитить?
— То есть, — медленно, как бы ощупывая каждое слово, проговорил Висячий Замок, — вы предполагаете, что его могли похитить?
— Учитываем такую возможность. В свете уже сказанного. Может?
— Применено насилие? — повторил Тигр. — Да. Может. Вплоть до убийства.
Казалось, этому генерал удивился:
— Но ведь он же, по сути, в это время находится здесь. И поверьте мне, он очень тщательно охраняется. Настолько тщательно, что к нему не может быть допущен даже ни один из вас. Не обижайтесь, но…
— Здесь вы охраняете тело, — поправил генерала Жокей Мысли. — И если его уничтожить, то дух лишится возможности вернуться в свою плоть, значительно усложнится связь с ним — но там, в Пространстве Сна, он будет по-прежнему существовать. Но если его убивают там…
— Разве дух можно убить? Хотя…
— Ну, тут есть некоторая путаница терминологии. В нашем понимании убийство — это резкое снижение энергетики духа, при котором он больше не может проявлять активности в том уровне, в котором находился, и перебрасывается в другой — весьма отдаленный. Возможность самостоятельно восстановить энергетический уровень практически равна нулю, хотя при активной помощи со стороны это реально. Если такое воздействие повторяется, человека забрасывает еще дальше. И наконец, после третьего он попадает в место, где восстановление энергетики вообще невозможно, и там начинается его медленное рассеяние. Правда, опять-таки не во всех случаях. Вообще в Пространстве Сна нет незыблемых законов — они так же изменчивы, как само Пространство, а точнее — в каждом континууме действуют свои правила существования, континуумов же, макроконов, как мы говорим, — бесконечное множество. Внешне же, поскольку любой дух сохраняет при желании свой облик, хотя может и заменить его на какой-либо другой, — внешне убийство там выглядит точно так же, как здесь. Но позвольте мне закончить объяснение. Если дух убивают там, то тело — здесь — впадает в кому, в которой и остается вплоть до своей биологической смерти.
— Впадает в кому — но не в летаргию?
— Нет. В летаргию впасть — то есть надолго задержаться в Пространстве Сна — человек может и по своей воле. Кстати, я советую вам не отказываться и от такой гипотезы. Не похищение, а уход, так сказать, из мира.
— Думаете, подобное возможно?
— Неужели непонятно? — вдруг, неожиданно для самого себя, разозлился я. — Пусть исчезновение. Но какого рода? Если человек оказался в такой вот отлучке, это еще вовсе не значит, что кто-то проявил злой умысел. Груздь мог просто задержаться по собственному усмотрению, для этого всегда может найтись миллион причин. Особенно при той сверхнапряженной жизни, которой он, по всей вероятности, жил. У нас ведь, как все тут знают, время ведет себя совершенно иначе — когда оно вообще существует. То есть для меня здесь видны разные варианты: уход по каким-то собственным мотивам — или похищение. Действовать предстоит в зависимости от того, какой вариант выбрать. Но, простите, ни в какое похищение я просто-напросто не верю. Если бы его умыкнули здесь, в яви — да, разумеется, можно найти сотни и поводов, и методов, и исполнителей… Но — там, у нас? Простите, а кто, собственно, будет его там похищать? Наши научные оппоненты? Но им на Груздя наплевать, всем известно, что наши с ними интересы пересекаются лишь в теории реализации мозаики снов в масштабе всего Центра ПС. Кто-то другой? Но до сих пор считалось, что наша Система — единственная, не только имеющая возможность оперировать в Пространстве Сна, но и вообще знающая о его значении и структуре. До сегодняшнего дня наша монополия не подвергалась никакому сомнению, разве не так?
— Так, — согласился Тигр в то время, как генерал молчал и только покачивал головой из стороны в сторону. — Однако если Служба выдвигает гипотезу о похищении, то, вероятно, у нее есть какие-то основания для этого.
— Ну, если говорить о похищении, — сказал я, — то одно из двух: либо возникла параллельная, не наша система, обладающая сравнимыми возможностями, но, не исключено, ставящая перед собой другие цели, руководствующаяся иной этикой, — либо это личный эксцесс одного человека или нескольких людей, принадлежащих к нашей собственной Системе. Но если так — неужели мы не можем сразу установить, кто бы это мог быть? Куда проще и быстрее, чем розыскная операция в ПС… Объясните мне, пожалуйста. Допускаю, что я чего-то не понял — вероятно, сказывается усталость… Но лично я все же считаю, что все происходящее — инициатива самого Груздя. Нагрузка на него в последние месяцы была неимоверной — и судя не только по газетам и телевидению. Естественно, что у человека могла возникнуть потребность в расслаблении, глубоком отдыхе перед решающим броском в его научной и промышленной кампании. Вот он и ушел глубоко в ПС. А поскольку нашими методиками Груздь не владеет — ничего удивительного в том, что он не смог возвратиться своевременно. Заблудился во сне — такое бывает. Однако это еще не трагедия. И вряд ли он будет обрадован, если мы станем насильно вытаскивать его из милого сна. Ни обрадован, ни благодарен. Не знаю, как вы, а я никак не хотел бы портить с ним отношения. Согласны?
Консилиум помолчал.
— Может быть, — осторожно проговорил затем генерал Асунин, — дрим-драйвер Остров действительно переутомлен?
— Ерунда, — сказал Тигр Подземелья. — Вы просто не очень хорошо знакомы с его манерой поведения. Устал? А кто из нас не-устал? Все до единого, хоть закрывай контору. Просто он обожает сомневаться и спорить. Но попробуйте сейчас отстранить его от любой операции — и я не смогу отвечать за вашу личную безопасность: он, открою вам секрет, обожает подраться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
