– Ты в резерве, – сказал Афанасий Волкову. – Вступишь в игру только по моей команде. А пока изучай остров.
Роман включил органайзер, воткнул в ухо пуговку вокера, надел очки, и перед глазами развернулась панорама острова Нунивак, где, по данным разведки, в бункерах базы содержался русский разведчик Алтын – Ылтыын Юря.
Остров от материка отделял пролив Этолин. Никаких мостов здесь строить не собирались. Но в том, что остров каким-то образом соединяется с Аляской, сомнений не было. В противном случае базу на Нуниваке ЦРУ не построило бы.
– Там есть аэродром? – наклонился к уху Афанасия Роман.
– По нашим данным, он используется только гражданской авиацией, да и то редко.
– Порт?
– Один небольшой причал у Мекорьюка назвать портом трудно.
– Тогда остаётся одно…
– Тоннель.
– Как же мы попадём на базу?
– Тебе вообще туда нельзя соваться, да и нам тоже. Эти ребята, – Вьюгин кивнул на команду Макея, – справятся без нас. Главное – вывести их в нужную точку.
– Хорошо, если бы вы сообщили мне план действий.
– Давай на «ты», проще общаться.
– Хорошо.
– Изучишь особенности места действия, дам план.
– А если нас обнаружат?
– Во-первых, вряд ли. Мы давно уже не хлебаем щи лаптями. Во-вторых, нас прикроют в случае провала.
– Кто?
– Не догадываешься?
– Лётчики?
– Вторая эскадрилья СВО, базируется на Камчатке. Новейшие «Сушки» пятого поколения. Время подлёта к острову – восемь минут.
– Круто! И всё же я не совсем понимаю, как мы доберёмся до Нунивака.
– В пять часов вечера сядем на военном аэродроме Чаплино, на Чукотке. За два часа доберёмся до посёлка Лаврентия на побережье одноимённого залива, где нас будет ждать субмарина.
– «Юрий Долгорукий»? – вспомнил Роман название одного из атомных ракетоносцев, вычитанное в газете.
– Нет, эта лодка совсем новая, – усмехнулся Афанасий. – Ходит абсолютно бесшумно. Высадит нас где надо.
– Значит, и мы будем высаживаться?
– Я неточно выразился. Вся операция пройдёт ночью, мы будем сопровождать спецгруппу виртуально. Наша задача – вычислить местонахождение пленника в подземном бункере и направить группу кратчайшим путём.
– Не зная плана помещений базы?
– Это нам и предстоит выяснить, – будничным тоном проговорил Афанасий.
Роман не нашёлся, что ответить. Он вдруг понял, что всё это происходит с ним наяву, а главное, отказаться помогать команде, в первую очередь, и во вторую – всей конторе, уже нельзя. Отказ будет выглядеть как трусость и предательство.
И ещё он осознал простую вещь: операции с применением экстрасенсов ФСБ проводит не в первый раз, иначе трудно объяснить непоказное спокойствие майора и его сотрудников. Они уже участвовали в подобных мероприятиях.
Впрочем, мелькнула мысль, нынче, наверно, все спецслужбы используют экстрасенсов, потому что это серьёзное оружие, несмотря на возникновение новых супертехнологий и совершенствование оружия физического.
Афанасий протянул ему ещё одну флэшку.
Роман занялся изучением систем охраны базы ЦРУ на Нуниваке. Вопрос: откуда эти сведения у Вьюгина? – он задавать не стал. И так было ясно, что на Аляске работает не один русский разведчик, и вполне возможно, кто-то из них служил и в самом ЦРУ.
До Чаплино долетели за четыре часа.
Перегрузились в новые вездеходы «Росомаха» российского производства. Вездеходы вмещали до четырёх тонн груза либо восемнадцать пассажиров. У них были гигантские колёса двухметрового диаметра, позволявшие машинам преодолевать любые препятствия и пересекать реки и болота.
По дороге, соединявшей посёлки Чаплино и Лаврентия, вездеходы не пошли. Нырнули на восток в лес и попёрли между сопками, сокращая расстояние как минимум втрое.
Перед отправлением Роман стал свидетелем применения технологии «стелс» на вездеходах, хотя до этого считал, что сделать объекты невидимыми можно только при определённой аэродинамике этих объектов, таких как самолёты, ракеты и морские корабли.
На аэродроме, прямо в ангаре, на вездеходы подвесили необычные антенны в форме ежей.
– Контроль! – объявил Макей.
Установки сработали, по колючкам «ежей» пробежали искры, и над вездеходами выросли «мыльные пузыри», исказившие форму машин и практически скрывшие их размеры.
– Добавьте вниз на ноль три, – попросил Макей по рации.
«Мыльные пузыри» покрылись цветными пятнами… и вездеходы стали почти невидимыми!
– Здорово! – восхитился Роман.
Афанасий покосился на него.
– САЗ.
– Что?
– Спецсредства активной защиты.
– Голография?
– Адаптивная голография. – Майор многозначительно поднял вверх палец. – Подстраивается под окружающий ландшафт. Так можно маскировать любые объекты, даже крейсера. Сверху нас никто не увидит.
Тем не менее во время похода вездеходы дважды останавливались, включая защитную маскировку.
Первый раз – когда над Чукоткой пролетал американский спутник. Второй – когда командиру отряда доложили о пролёте над Беринговым проливом самолёта-разведчика SR-2010. Он имел такую чуткую аппаратуру, что мог свободно засечь движение машин по тайге.
– На всякий случай перестрахуемся, – проворчал Афанасий, отвечая на вопросительный взгляд Волкова.
Стемнело, но свет не включали. Компьютерные видеонавигаторы позволяли обходиться без прожекторов, используя коротковолновые локаторы.
В пути команда Вьюгина переоделась.
Роману достался комбинезон «Север-20», не стесняющий движений, снабжённый системой принудительной вентиляции, удаляющий при необходимости отходы метаболизма.
Роману костюм понравился. Через полчаса он вообще перестал замечать, что на нём плотный, напичканный электроникой и нанотроникой комбинезон, имеющий исключительно надёжную систему маскировки «хамелеон».
К посёлку Лаврентия добрались за три с лишним часа, когда время перевалило за полночь. На берегу небольшой бухточки пересели на катер, который доставил приезжих на борт подводной лодки, не имевшей не только названия, но и номера. Сами моряки уважительно называли её «касаткой».
С виду, то есть со стороны моря, лодка казалась небольшой, если судить по выступающему из воды обтекаемому пузырю рубки. Однако внутри она была под стать океанским субмаринам, и отряд Макея с группой Вьюгина разместились по кубрикам без каких-либо осложнений.
– Два часа на отдых, – сказал Афанасий в одном из кубриков, где расположились его подопечные. – Подъём в половине третьего. Вопросы есть?
Вопрос у Романа имелся: как бойцы Макея проникнут на базу? Из плана операции, изученного им за время перелёта, никаких выводов относительно этого сделать было нельзя. Но задавать вопрос Волков не решился, подумав, что в нужный момент ему всё расскажут.
Спал он хорошо, умея не замечать неудобства вроде храпа.
Храпел экстрасенс по имени Джокер, и это было удивительно, так как люди с такими характеристиками должны были уметь регулировать собственные физиологические процессы.
Проснулся Роман от «звонка» внутреннего «будильника». И тотчас же его плеча коснулась рука Вьюгина:
– Пора.
На сборы ушло пять минут.
Умылись, хлебнули тоника.
Майор исчез и появился через минуту.
– Выходим.
По одному протиснулись в люк, поднялись в рубку, а из неё – на «крышу» подлодки.
Роман вылез и застыл, окунувшись в море звёзд, раскинувшееся над заливом Этолин. Небо было чёрное, бездонное, безоблачное, звёзды – крупные, яркие, каких не увидишь в небе над городами.
Вьюгин толкнул его в спину.
– Что остановился?
– Звёзды…
– В тебе романтик заговорил?
– Давно не видел таких звёзд.
– Как-нибудь полюбуемся звёздами вместе, мне тоже нравится глазеть на небо. Готов?
Роман очнулся, глянул по сторонам.
Вокруг царил мрак. Море ощущалось только по тихому плеску волн о борт субмарины и йодистому запаху. Острова Нунивак видно не было, но Роман чувствовал его присутствие в километре от лодки. Температура в этих краях не превышала десяти градусов Цельсия, но благодаря костюмам не ощущалась вовсе.
– Где десант?
– Уже на берегу. Садись в катер.
– А говорил, что нам нельзя соваться на остров.
– Мы и не полезем туда, будем сидеть в катере.
Роман внутренним волевым усилием отрегулировал диапазон зрения.
Стал виден катер – чёрная сигара с эллипсоидом рубки.
– Нас не засекут?
– Катер весь из композитных материалов, не отражающих радиоволны. К тому же он снабжён «хамелеоном». Залезайте.
Экстрасенсы один за другим спустились в судёнышко по верёвочной лестнице с пластиковыми перекладинами. Вьюгин переговорил с сопровождавшим их матросом, спрыгнул в катер последним.
Судно бесшумно отодвинулось от борта подводной лодки, заскользило по почти невидимой глади залива на юг. Гребного винта оно не имело, и услышать его движение было практически невозможно.
