Читаем без скачивания Морской шакал - Алексей Макеев

В вещах, которые после высадки на берег перешли в распоряжение кока, ничего не обнаружили. Убедившись, что осмотру подверглись все без исключения коробки и мешки, капитан подошел к сумкам и лично приступил к самой неприятной части обыска.

Надо было видеть лица людей. После каждого жужжания молнии моряки напрягались, словно собирались накинуться на владельца сумки, окажись в ней деньги. Когда капитан прекращал шарить по очередной сумке и выпрямлялся, они переводили дух и на несколько мгновений расслаблялись.

Седов проверил все семь сумок, для приличия раскрыв для всеобщего обозрения и свою собственную, но ни в одной из них денег и пистолета не оказалось. Похоже, такой результат многих расстроил.

– Где же деньги? – разочарованно спросил Сергей.

Василий Терентьевич задумался.

– Вероятно, когда мы утром высадились на берег, преступник спрятал деньги в лесу.

– А почему он не сбежал? – спросил Илья.

– Наверное, не спешил, – высказал мнение кок. – Ведь не все из нас знали о радиограмме. А те, кто знал, считали, что преступник – Миша.

– А почему он не сбежал до сих пор? Ведь было столько возможностей, – не сдавался Илья.

– Поначалу, возможно, его что-то сдерживало, а потом, когда мы нашли труп, бежать стало уже затруднительно, – пояснил кок. – Я прав, капитан?

Некоторые моряки по привычке продолжали относиться к Седову как к последней инстанции в решении любого вопроса или спора. Но в этом случае капитан оперировал лишь догадками, в которых сам не был стопроцентно уверен.

– А если он все-таки побоялся утром вывозить с балкера сумку или пакет с деньгами? – предположил Сергей. – И деньги до сих пор находятся на «Улиссе»? Может быть, именно поэтому преступник до сих пор не сбежал?!

У этой версии нашлось немало сторонников, которые стали предлагать немедленно организовать на судне поиски.

– Тихо! – остановил их капитан. – Обыскать судно мы всегда успеем, хотя я никакого смысла в этом не вижу. Найдем мы деньги или нет, что с того? Да и сомневаюсь я, что преступник не воспользовался возможностью, которая была у него утром. В той суматохе он мог вывезти с корабля все, что угодно. Но сейчас речь не об этом. Я хочу, чтобы вы все поняли: с этого момента ситуация в лагере резко изменится. Поскольку преступник среди нас, я запрещаю кому-либо в одиночку покидать лагерь.

– А в туалет? – непроизвольно хмыкнул Дмитрий.

– Сделаем его в черте лагеря. Выроем яму, огородим ее тентом, чтобы никто не смущался.

– А как ходить за водой? – спросил кок.

– В крайних случаях, если это потребуется, из лагеря будем уходить по трое, в исключительных случаях – по двое. Я думаю, вы понимаете, чем это вызвано. Мы не должны дать преступнику возможность сбежать до тех пор, пока нас не найдут.

С этим все согласились.

– И еще, – продолжал капитан. – Мне до сих пор непонятно, как мог преступник узнать про радиограмму. Если преступник не я… не Виктор… и не Алексей…

Капитан специально говорил медленно, чтоб у моряков была возможность посмотреть на каждого из перечисленных людей. Василий Терентьевич и старпом выдержали это испытание спокойно, зато второй механик, на котором Седов остановил свой взгляд в последнюю очередь, прямо не находил себе места.

– Не-е, ребята. Вы только не подумайте, что это я, – с вымученной улыбкой пролепетал он. Голос его предательски дрожал, выдавая с головой. Все поняли, он боится, чтобы его не заподозрили. Но, с другой стороны, это еще ничего не доказывало.

– …Если убийца кто-то другой, то опять же один из нас троих должен был проболтаться ему о радиограмме… Я лично молчал, – сказал Василий Терентьевич и перевел взгляд на старпома.

– Я тоже никому не говорил, – уверенно произнес Титов.

Старпом был абсолютно спокоен. Но один-два человека из команды в этот момент впервые подумали о том, что Титов лучше других моряков подходил на роль хладнокровного убийцы. По крайней мере, если бы среди присутствующих проходил кастинг на роль бандита, то выбор режиссера непременно пал бы именно на старпома. Уж больно у него была для этого подходящая внешность – загорелый бугристый череп, большая челюсть и выпирающий подбородок, прищуренные самоуверенные глаза, крепкое телосложение и высокий рост.

Наверняка многие в эту минуту захотели, чтоб убийцей оказался не Титов, а кто-нибудь другой. В критической ситуации сладить с таким амбалом было бы непросто.

Капитан снова посмотрел на второго механика.

– Я молчал! Вы что думаете, я не понимаю?! – воскликнул Алексей, поймав его взгляд.

Василий Терентьевич ничего не ответил и задумался, а второй механик начал убеждать своих товарищей в том, что никому из них не проболтался.

Алексей зря усердствовал, ему не очень-то верили – не только капитан считал Алексея несдержанным на язык.

– Василий Терентьевич, может, мы все-таки осмотрим судно? – снова предложил Сергей.

– Хорошо. Надо же вас чем-то занять, – согласился Седов и оглядел моряков, выбирая, кого послать на судно. – Сергей, Илья, Дмитрий и Виктор, отправляйтесь на «Улисс». По судну ходить только по двое. Не забывайте, что вместе с деньгами может быть и пистолет. Мы с Олегом и Алексеем останемся на берегу.

Выбор капитана был понятен. У Алексея была травмирована нога, а коку надо было готовить обед.

Сергей направился к плоту, за ним поспешил Илья, а вот Дмитрий пошел следом с гораздо меньшей охотой.

Капитан с недавних пор стал внимательно наблюдать за каждым из членов команды. Ему казалось, что Сергей и Илья до сих пор не понимали, насколько серьезна ситуация. Медлительность Дмитрия он списал на его слабохарактерность, поскольку затея, которую торопился осуществить старший механик, любому здравомыслящему человеку, а тем более далеко не храбрецу, каким являлся Дмитрий, должна была показаться опасной. Ведь, завладев пистолетом, преступник мог запросто им воспользоваться.

Титов тоже не горел желанием второй раз за день возвращаться на «Улисс». Впрочем, он понимал, что Седов посылает его на балкер, чтобы присматривать за моряками. Перед тем как направиться к плоту, он обратился к капитану:

– Мне кажется, ты прав, Василий Терентьевич, деньги наверняка уже на берегу. Лучше было бы организовать поиски в лесу.

– Дойдет черед и до леса, – ответил Седов. – Пока вы будете на судне, я похожу вокруг лагеря. Может быть, что и найду.

– Опасайся кока, – наклонившись к уху капитана, предупредил его Виктор. – Ему легче других было вывезти деньги с судна в своих коробках.

Седов кивнул. Он не думал, что морякам, отправившимся на судно, могла угрожать какая-то опасность. То ли интуиция, то ли здравый расчет подсказывали ему, что преступник давно подготовился к бегству и что его задержало в лагере какое-то непредвиденное обстоятельство, возможно, найденный раньше времени труп Михаила.

Отослав большую часть команды на судно, он мог без спешки и без ненужного риска побродить вокруг лагеря и попытаться найти деньги, а главное, пистолет, которые, как он полагал, были спрятаны именно в лесу. Второго механика капитан не опасался, тот был серьезно травмирован, а вот кока…

Василий Терентьевич взглянул на Олега. Кок в этот момент большим кухонным ножом нарезал на разделочной доске лук.

«Надо будет у всех без исключения моряков отобрать ножи, – решил Седов. – А что касается Олега… Соломки везде не подстелешь. Если он – преступник и попробует на меня напасть или сбежать, что ж, попытаюсь с ним справиться».

Словно прочтя мысли Василия Терентьевича, Олег перестал стучать ножом по доске и посмотрел на Седова. На белокожем лице кока, усеянном сотнями веснушек, промелькнула снисходительная усмешка. Кок был неглупым человеком и, казалось, лучше других моряков понимал, что происходило в данный момент вокруг него и в голове капитана.

Василий Терентьевич немного нервничал. Он даже зачем-то потрогал рукоятку пистолета, словно хотел убедиться, что заряженная ракетница по-прежнему лежит в кармане его брюк. Это движение было непроизвольным – тяжелое оружие своим весом постоянно напоминало о себе. Мысленно наметив план последующих действий, Седов сказал Олегу и Алексею о своем намерении пройтись по лесу и напомнил, чтобы они ни под каким предлогом не отлучались из лагеря.

На протяжении приблизительно четырехсот метров берег полого поднимался в гору, затем сменялся крутым подъемом, который в некоторых местах был практически неприступным из-за почти отвесных, но, впрочем, не очень высоких скал.

Разобравшись в рельефе, капитан решил обследовать участок леса между берегом и подножьем сопок. Это был достаточно большой по площади участок, впрочем, Седов собирался искать не маленькую вещицу, а как минимум вместительную сумку, спрятать которую было не так просто, тем более ранним утром, когда только-только начало светать.

Василий Терентьевич надел очки и стал методично «прочесывать» лес, придерживаясь некого умозрительного петляющего маршрута, который позволял ничего не пропустить и в то же время не ходить по одному и тому же месту дважды.