взгляд бездонных голубых глаз Есении. Возможно для Ахмада и правда все в шоколаде. Мне же чувствовать на себе ненависть девушки — довольно паршиво.
Смешно. Думал, что после той грязи и боли, через которые прошёл, внутри все атрофировалось. Не могу сопереживать.
Оказалось, ошибся.
— Ладно, забудем на время про эту сволочь. Завтра и так весь день будет у меня на глазах. Поговорим о Солдарове. Этот боров слишком обнаглел. Его поймали за руку, причем по-крупному. После свадьбы займешь его место.
— Серьезно? Хочешь поставить меня мэром города? — усмехаюсь.
— Именно так.
— Издеваешься? Официально?
— Пока исполняющем обязанности. Пока господин Солдаров срочно отправится на лечение.
— Я бы не хотел светиться.
— Этот город — транспортный узел, слишком важен. Нужен свой человек. Обязанностей немного. Возможно, Есении понравится быть первой леди.
— Это вряд ли.
— Не решай за нее.
Насколько понимаю, Ахмад управляет огромной криминальной империей, держа всю власть железной рукой. Нещадно расправляется с конкурентами или провинившимися вассалами.
Если кто-то решает обойти приказы Ахмада — жестоко жалеют об этом.
Также Ахмад контролирует игорный бизнес в этих районах, решает вопросы, возникающие между мелкими группировками.
Он далеко не молод, ему уже сложно постоянно быть на острие. Ищет приемника.
Готов ли я им стать?
Не особенно рвусь. Скорее начну легальный бизнес, с нуля.
Но пока время отдавать долги.
Еще пару часов мы разбираем с Ахмадом по шагам план действий по Солдарову.
Есения
— Артем, мне тоже надо поговорить с тобой наедине, — требовательно заявляет мачеха, когда возвращаемся к столу. — Есения, садись уже завтракай.
— Поешь обязательно, дочка, пока не остыло, — говорит мне отец, и следует за женой. Остаемся вдвоем с Соней. Тут же появляется служанка, постарше Айше, с подносом.
— Ваше латте с мятным сиропом, — ставит перед сестрой кружку.
— Я говорила про мятный? — недовольно поджимает губы Соня.
— Да, конечно.
— Мне кажется нет. Ну да ладно. Иди уже.
— Я смотрю ты себя тут уже хозяйкой чувствуешь?
— А ты завидуешь? — не остается в долгу.
— Мне просто кажется можно быть повежливее.
— Ой, выискалась принцесса! Вот уж не думала, что ты хитрая такая. Может поделишься, как заполучила себе богатенького красавца?
— Нет, об этом я точно говорить не намерена.
Пролистываю сообщения на телефоне, игнорируя сестру. Кристина прислала мне новое расписание занятий, и длиннющее сообщение о новостях из универа. О наших общих знакомых, преподах. В глазах снова начинает щипать. Все это так буднично, но так прекрасно! Что лишь подчеркивает кошмар, в котором я оказалась.
Что теперь будет с моей учебой? Неужели меня правда выдадут замуж?
Я в ужасе от происходящего.
Глава 10
День проходит как в тумане. Меня куда-то везут, незнакомые женщины, но Надежда с Соней тоже с нами. С меня снимают мерки, я надеваю одно за другим белое платье. Окончательный вердикт выносит самая старшая из женщин, ее зовут Фатима.
Жена Ахмада. Эту информацию улавливаю случайно, в процессе разговора.
Никого не смущает, что я словно манекен. Без чувств, эмоций.
Действуют оперативно, с энтузиазмом. Так много покупок — голова кругом. Зачем стараться для дочки врага?
Отец не поехал с нами. Оставили как заложника?
Теряюсь в догадках.
Я бы попыталась сбежать, если бы он был в безопасности?
Обязательно!
От мысли, что завтра я стану собственностью ненавистного мне мужчины, все сжимается внутри.
— Отлично, мы берем вот это, — наконец заканчивает пытку примерками Фатима.
С облегчением переодеваюсь.
— Невеста какая-то нерадостная, — язвительный комментарий Сони.
Ей явно поперек горла то, что я в центре внимания. Хотя я бы с огромным удовольствием поменялась с ней местами.
Надежда одергивает ее, что-то шепчет на ухо.
Наконец все заканчивается, и мы возвращаемся в особняк.
Ночью лежу в постели, чувствуя абсолютное опустошение. Даже слез не осталось. Пришло четкое осознание проигрыша.
Другого выхода нет.
Утро начинается с суеты. Меня собирают, красят, наряжают. Женщины воркуют надо мной, напевая что-то нежное, говорят о ночи хны.
Я не понимаю этих обычаев. Попала в совершенно другой мир.
Как можно справиться со всем этим?
За завтраком снова удается пересечься с отцом.
— Зачем столько приготовлений, я не понимаю?
— Мне это тоже не понять, дочь. Возможно, жене Ахмада нравится этим заниматься. Если честно, плевать. Отнесись к этому, как к спектаклю.
— И когда он закончится?
— Я сделаю все, чтобы это произошло как можно скорее.
Мне страшно…
Глотаю эти слова. Они ничего не изменят, но причинят боль родному человеку.
**
— Повернитесь пожалуйста, я застегну платье, — просит незнакомая женщина. Долго возится с крючками.
Наконец меня поворачивают к зеркалу.
Смотрю равнодушно на свое отражение.
— Вам не нравится? По-моему, великолепно!
Пожимаю плечами.
Платье сидит идеально. Скроенное мастерской рукой, облегает фигуру. В то же время закрытое, скромный минимальный вырез. Обычно наряды невест куда более откровенны. Подол очень пышный, как облако.
Дальше возятся с прической, что-то плетут, укладывают, добавляют искусственные белые цветы.
Теперь из зеркала на меня смотрит настоящая невеста.
И в то же время насквозь фальшивая.
Горький комок в горле, подкатывают слезы.
— Нет, нет, только не плакать, дорогая невеста, — командует женщина, занимающаяся макияжем. — Не уничтожайте мой труд, умоляю.
**
Вот сама свадьба. Нас с Давидом сажают за длинный стол, накрытый золотой скатертью. Много гостей, звучит восточная музыка. Ни слова не понимаю в том, что нам говорит специальный мужчина, регистрирующий нас. Вроде бы. Может это спектакль?
Но так много гостей. Цветов, убранства. Оркестр. Кто станет тратиться ради фарса?
Мне переводят слова, которые я должна повторить.
Никак не выходит унять дрожь в руках. Когда наконец мы поднимаемся из-за стола, голова начинает кружиться, кажется вот-вот упаду. Рука Давида крепко обхватывает мою талию.
Сразу же нервно дергаюсь в сторону.
— Успокойся, — цедит сквозь зубы. — Скоро все закончится.
Давида отвлекает мужчина, подошедший с поздравлениями. Пользуясь моментом, сбегаю. Нахожу отца. Стараюсь держаться рядом с ним. К сожалению, Соня тоже здесь.
— И снова ты кислая аки лимон. Выходишь замуж за такого красавца, богатый, говорят мэром назначили. Все равно не довольна, посмотрите на нее. Ты не беременна случаем?
— Нет, ничего такого.
— Да? Странно. Это бы объяснило скоропостижную свадьбу.
— Успокойся, Сонь. Хватит твоих издевок, — строго одергивает отец. — Есения за учебу переживает.
— Ой, да зачем ей эта учеба? — отмахивается. — Кажись тебя муж ищет. Эй, Есень, я тебе говорю!
Вздрагиваю. Муж. Такое странное слово, применимое ко мне!
И правда в этот момент вижу в толпе гостей Байратова. Наши взгляды встречаются, и я тут же поспешно отворачиваюсь.
— Сюда идет, — хихикает Соня. — У тебя
