Неужели, ты полагаешь, что удастся справиться с Теми, Кто За Пределом… — Даон опасливо понизил голос. — Тебе с ними не сладить, ты погибнешь, сам и погубишь невесть скольких людей, к которым причисляешь себя. — Но ведь удавалось же это создателю Талисмана? — Ты же знаешь, Фаргирм, Предшествующим было ведомо многое, что утрачено нами безвозвратно. — Это уже мои заботы! — отрезал Фаргирм. — Отдай мне Талисман Хурана и уходи в любой из миров, если боишься! Впрочем, можешь остаться, если хочешь. Мой мир достаточно велик. Старик вздохнул: — Я давал клятву… — Брось.
Само Всемогущее Время освободило тебя от нее. Не осталось ничего из нашего прошлого, — в голосе Фаргирма прозвучала вдруг глубокая горечь. — Уже давно нет ни тех, кому ты давал ее, ни даже тех, чьим именем ты клялся. — Кто может знать это наверняка? — еле слышно прошептал Даон. Повисло напряженное молчание. — Послушай, Фаргирм, — вдруг умоляюще воскликнул Даон, — Я взываю к твоему разуму; ты ведь был едва ли не умнейшим среди нас… Ты сказал правду, уже нет почти ничего из того, что было дорого всем нам. Подумай, ну, сколько нас еще осталось, рассеянных в тысячах миров! Десятки?
Сотни? Неужели же ты отринешь последнее, что еще… — Ну, хватит, — рявкнул Фаргирм, поднимаясь, — Ты отдашь мне Талисман Хурана?! Старик лишь покачал головой в ответ. — Очень жаль… За время, многократно меньшее, чем потребовалось бы самому тренированному и ловкому убийце, Фаргирм опустил руку в карман плаща, ладонь сжала рукоять. Не вынимая оружия, он нажал на спусковой крючок, мгновением позже осознав, что опоздал… Пробыв в одиночестве минут десять, лейтенант вышел из машины. Он постоял еще некоторое время, заложив руки в карманы и глядя в усыпанное ледяной крупой звезд прозрачное осеннее небо. Потом закурил, опершись на капот «Волги».
Чувствовал он себя не вполне уютно, непонятная тревога, сверлила, не отпуская сердце.
Василий отбросил уже второй окурок, когда из лесу, откуда-то издалека, донесся громкий сухой треск. Потом еще раз… И еще… Василий похолодел, вдруг поняв, что означает этот звук. Словно тугая, взведенная до отказа пружина внутри него начала стремительно разворачиваться. Рванув дверь, лейтенант выхватил из-под сидения короткоствольный автомат и, на бегу передергивая затвор, метнулся в лес.
Туда где трещали выстрелы…
Первая пуля, коротко взвизгнув, отскочила от невидимой преграды и, брызнув щепками, врезалась в потолок. Вторая, посланная вслед сразу за первой, разбила окно. В надежде, что у старика не хватит сил отразить все, Фаргирм выпустил подряд обойму. Когда затвор пистолета, лязгнув, загнал в ствол последний патрон, невидимое простым глазом свечение, окружавшее Даона, погасло, но в тот же миг оружие было выбито из руки Фаргирма, и грянувший выстрел угодил в потемневший от времени циферблат часов с кукушкой. А Даон уже занес, словно для удара, левую руку. Прямо в лицо Фаргирму устремился поток ослепительно белого, даже на вид, испепеляюще-горячего огня.
Устремился и погас, встретив на пути маленькое облачко серого тумана. Дом содрогнулся от фундамента до крыши, с полок посыпались книги и нехитрая утварь.
— Старик еще силен, — только и успел подумать Фаргирм, отражая последовавший почти сразу за первым новый магический удар и одновременно нанося свой… Стрельба внезапно прекратилась.
Лейтенант замер на бегу, едва не упав. Напряженно вслушиваясь в шелестящую лесную тишину, он почувствовал вдруг, как мелко-мелко затряслась земля. Накатила и схлынула сгибающая плечи тяжесть. Одновременно к горлу подступила отвратительная тошнота, будто в животе зашевелился клубок змей. Через секунду все потонуло во вспышке красного огня… и перед глазами Василия возникло удивительное яркое видение. У подножия черных, зеркально блестевших скал, возвышавшихся над каменистой пустыней под темнолиловым небом, стоял человек в белом одеянии. Его напряженный взгляд был устремлен к далекому горизонту, где на фоне бледного зарева грозно двигались исполинские тени.
Лицо его почему-то показалось лейтенанту странно знакомым, но понять, на кого он похож, Василий не успел, видение исчезло, и он обнаружил, что сидит на холодной земле, обняв ствол молодой сосенки. Какое то время, пытаясь отогнать колючую резь в висках, он пытался сообразить: что с ним творится. Но тут вновь ослепительно блеснула багровая зарница, и словно пропасть разверзлась у него под ногами… Лампа погасла, сплющенная в лепешку, но зато ярко засиял кувшинчик матового стекла, неприметно стоявший на полке.
Вот где ОН спрятан!! Мысль, как близка от него — только протяни руку — вожделенная цель, переполнила Фаргирма хищной радостью. Только на краткий миг он отвлекся, но и этого оказалось достаточно. Темное, цвета остывающего металла пламя взметнулось и опало на том месте, где стоял Фаргирм. Он остался невредим, но его невидимая защита исчезла, бесследно сожранная колдовским огнем. Только времени для второго удара у Даона уже не оказалось. Лишь несколько бессвязных слов, отозвавшихся мгновенной, но почти непереносимой болью во всем теле, произнес Фаргирм про себя… Где-то бесконечно далеко, в иной вселенной, услышав долетевший через неизмеримые бездны зов, пробудилось спавшее, уже Бог весть сколько лет в глубочайшей пещере, бесформенное чудовище. Представить такое был не в силах разум человека, и оно бросило мимолетный взгляд, сквозь толщу времени и пространства на крошечную планетку, вращающуюся вокруг тусклой маленькой звездочки, чтобы тут же погрузиться в сон… В этот миг, на едва пришедшего в себя лейтенанта дохнуло вдруг из ниоткуда запредельным космическим холодом, и что-то, чему не подобрать названия, краем своим задело его сознание, едва не сведя с ума… Даон закричал, и крик этот, исполненный непереносимой боли и муки, прозвучал для его противника победной музыкой. С искаженным, мертвым лицом старик, скорчившись, рухнул на пол. Мельком пожалев об истраченных без толку патронах, Фаргирм принялся готовить последнее, добивающее заклятье, представавшее перед его внутренним взором в виде огненного копья, направленного в неподвижно распростертую фигуру. Уже побежали по стенам быстрые темнофиолетовые отблески, уже заклубилась в воздухе мутная дымка… Но тут Даон, должно быть, собрав остаток сил, сделал ответный выпад. Даже многократно усиленный, он не смог бы причинить магу ни малейшего вреда, но целью его на этот раз был не Фаргирм. Направленный в самое слабое звено колдовских сплетений, он вдребезги разнес их. Шар оранжевого плотного огня возник под потолком и беззвучно лопнул, осыпав все вокруг множеством искр. Покачнувшись, Фаргирм скрежетнул зубами — освобожденные магические силы, подобно разорвавшейся цепи больно ударили его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
